Фото: ТАСС

Утомленные красным. Кто зарабатывает на советском прошлом

Хоть 7 ноября и не красный день календаря, большинство россиян еще помнят его как главный советский праздник. Соответственно, набирающая в последнее время обороты сфера торговли эмоциями не может обойти его стороной. Она ориентирована, разумеется, в первую очередь на туристов, но не исключительно на них. "ДП" посчитал, кто, как и сколько зарабатывает на советском прошлом.

В Париже на каждом туристическом углу продаются за 3 евро береты, пользующиеся большой популярностью у гостей города. В Петербурге аналогом беретов являются шапки–ушанки, облепленные со всех сторон советскими и российскими кокардами. Разница состоит в том, что береты — вполне приличный головной убор, который носят и местные жители (хотя, наверное, и не за 3 евро). Тогда как такие шапки — предмет совершенно идиотский, что тем не менее не мешает некоторым туристам в них ходить. Тут можно сделать много выводов, но самым важным является вывод о восприятии наших брендов. Эрмитаж, Петропавловская крепость, Медный всадник — все это, конечно, да. На всех магнитах, тарелках и кружках. Но наравне с ними — комбинированный символ советско–российского милитаризма. Или советско–российской повседневности.

В Петербурге признали памятником казармы лейб-гвардии Измайловского полка

В Петербурге признали памятником казармы лейб-гвардии Измайловского полка

128

Ровно в таком ключе городской бизнес, ориентированный на туристов, и пытается заработать деньги на славном советском прошлом — не больше, чем на Росси с Растрелли, но и не меньше. С китчевой спецификой.

Традиционно считается, что главными потребителями такого продукта являются китайцы, которых коммунистические символы интересуют не меньше, чем янтарь. Советской сувенирки много на главном городском блошином рынке рядом с "Удельной", который, как и любой подобный маркет в Европе, привлекает определенную категорию туристов. Но китайцев там пока немного: все–таки подобные места — развлечения для индивидуальных путешественников.

Ностальгируем по молодости, а не по партии

С 2015 года петербургские власти при поддержке Ростуризма активно продвигали идею "красного маршрута". Предполагалось, что в год 100–летия Октябрьской революции ленинские места вызовут дополнительный приток туристов, особенно из Китая, пережившего похожее с Советским Союзом прошлое.

Но прорыва не произошло. Как говорят эксперты, китайские туристы активно интересуются основными достопримечательностями города на Неве, но вне привязки к коммунистическому этапу истории страны. "Для старшего поколения китайцев крейсер "Аврора" действительно является неким магнитом, но для молодежи — уже нет, — говорит исполнительный директор туристической ассоциации "Мир без границ" Александр Агамов. — При этом в Петербурге есть большое число объектов "красного" туризма, которые можно было бы красиво "продать": Зимний дворец, памятные места, где был Ленин, музей в Смольном как штаб революции. Для этого нужен маркетинговый план с точным списком объектов под единым брендом".

Маршруты "По ленинским местам Санкт–Петербурга", "Красный маршрут революции" и т. п. предлагают несколько региональных туроператоров. Правда, в турфирме "Акватория", например, отмечают, что на них никто не записывается. Туроператор "Прогулки" закрыл "революционный" маршрут в этом году. "А если посмотреть на объекты, связанные с революционными событиями, но не входящие в крупные обзорные программы, то у них посещаемости практически нет", — рассказала директор Лаборатории изучения китайского туризма Полина Рысакова.

Археологи нашли в центре Петербурга остатки рынка XIX века

Археологи нашли в центре Петербурга остатки рынка XIX века

270

В советское время в городе работало 11 музеев, связанных с деятельностью Ленина. Один из них перешел в частные руки, большинство остальных и вовсе отказались от ленинской тематики. "Востребованности в ней нет. Спрос увеличивается лишь в апрельские дни — в день рождения Ильича. А вот выставки, связанные с ностальгией по СССР, имеют хорошую посещаемость. Даже открываются музеи, которые специализируются на этой тематике, например Музей советского детства, Музей социалистического быта. Чаще всего они частные, и у них есть клиенты", — рассказали в пресс–службе музея "Разночинный Петербург".

Единственное исключение — музейный комплекс в Разливе, которому переквалифицироваться не удастся. "За год музей посещают 80 тыс. гостей — не только из России и ближнего зарубежья, но также из Франции, Аргентины, Турции, Китая, Японии, Германии, Англии. Но сравниться с музеями в центре Петербурга нам сложно из–за удаленности расположения. Еще один минус — у нас нет ресторана", — отмечает специалист музейного комплекса по связям с общественностью Диана Пальц.

Заведений общепита из советского прошлого, как и музеев, становится все меньше. Ресторан "Демьянова уха", существующий с 1971 года, пышечная на Большой Конюшенной и пирожковая на Московском — немногие, кому удалось сохраниться в условиях конкуренции с нынешним общепитом. Но и вновь открытые заведения, эксплуатировавшие в интерьерах ностальгические советские нотки, тоже постепенно уходят с рынка.

"Раньше было кафе "СССР", но оно закрыто. Была "Коммуналка" — тоже закрылась, — отмечает президент Федерации рестораторов и отельеров Северо–Запада Леонид Гарбар. —Во–первых, не все выдерживают конкуренцию. Во–вторых, если кафе стремится ассоциироваться с конкретным историческим периодом, не надо добавлять в меню современные блюда и стараться быть всеядными, предлагая все, в том числе суши. Пожалуй, только "Центральный" сохраняет концепцию чистого моноконцептуального ресторана, где представлена кухня конкретного исторического периода. Но это может быть интересно только для российских туристов и, конечно, для самих петербуржцев".

Союз на каждом шагу

Если "революционные" туризм и ресторанный бизнес расти никак не хотят, то реализация "красного" ширпотреба темпов не снижает. Речь идет о сувенирах с советской символикой, шапках–ушанках, пионерских галстуках, значках, монетах, флагах, футболках и советских игрушках. Любопытно, что покупателями этой продукции являются, как правило, не китайцы, а европейцы. Это связано с разницей в менталитете: западные люди футболку с символами СССР приобретают "по приколу".

"У европейских туристов отношение к Ленину скорее юмористически–потребительское. А китайцы футболку с Лениным купят вряд ли: они относятся к истории и культуре соседней страны с большим уважением, тем более что у наших государств много общего. Китаец скорее приобретет марки или монеты, и в этом проявление почтения и интереса к Советскому Союзу", — говорит Полина Рысакова.

Хотим мы того или нет, отсылки к СССР можно встретить в современном Петербурге практически везде: от винтажных и книжных магазинов до холодильников с мороженым, имитирующим советское эскимо.

Альфия Айседулина для своего бренда "Кукабарра" создает современную одежду из ретротканей. Она ищет их на Аvito, спрашивает у знакомых, а что–то покупает за границей. "Ткани состоят на 100% из хлопка, они сохранились в прекрасном состоянии, хотя были произведены около 30 лет назад, — рассказывает Альфия. — Такие изделия пользуются популярностью еще и потому, что принты не повторяются, так как макеты для этих тканей делались вручную".

В месяц у девушки получается делать около 50 изделий на заказ, средняя цена одного — около 4 тыс. рублей.

Администратор магазина "Товары из прошлого и СССР" Анастасия Труфанова рассказывает, что наиболее популярны у покупателей военная амуниция и армейские атрибуты. "К нам приходят и коллекционеры, и туристы. Многие заказывают покупки онлайн, — делится Анастасия. — Спрос на такую продукцию есть, и он стабильный".

Куратор выставки "Петербургский антикварный салон" Наталья Глущенко рассказывает, что среди советского антиквариата востребован фарфор, особенно тот, который производился с 1918 по 1940 год.

"Тогда Советская республика переживала расцвет новых форм выражения: на фарфоровой посуде рисовали Ленина, лозунги, серп и молот. Посуда делалась для пропаганды среди широкой аудитории, но уже тогда агитационный фарфор оседал в коллекциях. Сейчас такие тарелки стоят огромных денег — до $20 тыс.", — рассказывает Наталья Глущенко.

Продолжают жить и букинистические магазины, где можно найти издания советского периода на любой вкус и возраст.

Заведующий букинистическим магазином "Академкнига" на Литейном Михаил Суслов рассказывает, что 80% продаваемых у него книг выходили именно в советское время. "Есть и спрос, и предложение, — говорит он. — Возраст покупателей разный — от 10 лет до 90. Ценовой диапазон — до 10 тыс. рублей, если книга редкая".

Идея вживить в классические маршруты элементы "красного" туризма, особенно если сделать ставку на Китай, выглядела очень продуктивно. Но сам по себе "красный" объект, каким бы он ни был, редко становится центром притяжения и смыслом поездки только из–за цвета. Прежде всего китайские туристы хотят посмотреть нашу страну, хотят посмотреть Петербург. А прикоснуться к истокам коммунизма готовы лишь представители официальных делегаций КНР, руководители Коммунистической партии Китая. Для массового туриста таких экскурсий почти не стало. Как сделать так, чтобы "красные" объекты (а по сути это символы истории нашего государства) стали органичной частью маршрута? Это сверхзадача, которую с переменным успехом решают во многих экс–коммунистических городах мира.
Александр Агамов
Александр Агамов
исполнительный директор туристической ассоциации "Мир без границ"
Книги в советскую эпоху были качественными и по содержанию, и по иллюстрациям. Тогда над ними работали ведущие авторы, редакторы и художники. Поэтому и сейчас петербуржцы с удовольствием покупают эту продукцию. Конечно, значительная часть читателей переиздаваемых нами советских книг просто подвержены ностальгии по детству или молодости. Но "начинка" этих произведений актуальна до сих пор. Очень востребована и переиздаваемая литература о блокаде. При этом мы сохраняем самоокупаемость и работаем без убытка.
Леонид Янковский
Леонид Янковский
директор издательства "Речь"

В контексте

Игра на ностальгии — прекрасный способ отъема денег у населения. И у иностранного, и у российского. Собственно, поэтому предметы советского быта — от погремушек до книг — до сих пор популярны. Многочисленные музеи–квартиры исторических персонажей удачно вписываются в концепцию.

Речь о классических небольших музеях в квартирах, где жили, даже совсем недолго, интересные люди. Собственно, секрет успеха (в данном случае — привлекательности для туриста) незамысловат. Известное имя, артефакты, доступность.

Например, в Пскове есть музей–квартира Ленина — не путать с домом–музеем. Жил здесь Ильич всего 3 месяца после ссылки в Шушенском, пребывание в крупных городах ему было запрещено. Все 3 месяца не скучал, в скромной съемной комнате готовил выпуск газеты "Искра" и будущий съезд соратников. В экспозиции копии документов — и фотолетопись того Пскова, которым его увидел будущий вождь мировой революции, одежда, аптекарские принадлежности (арендодателем был провизор). Очень уютно, камерно и тихо. Посетителей практически нет, экскурсии под заказ. Немного портит впечатление, что сотрудники расположенного этажом ниже областного комитета по культуре на вопрос, где же музей, ответить не сумели.

В Вологде есть музей политзаключенных — "Вологодская ссылка" — в доме, где отбывал ссылку Иосиф Сталин. В экспозиции — его койка, документы и восковая фигура. Здесь более 20 лет, как раз с 1937–го, был собственно музей вождя, а потом музей революционной деятельности, позже закрытый. В нынешнем виде открылся в 2007–м.

В отличие от псковского собрата, этот музей уже вполне интерактивный и нацелен не только на экспонирование артефактов, но и на просвещение в хорошем смысле этого слова.

Дети могут выдвигать панели и нажимать кнопки, а взрослые, например, бросить в специальный сосуд белый или черный шар, оценивая роль личности Сталина в истории. В мой визит в музей фанаты сталинизма явно проигрывали.

На самом деле у учреждений такого рода два пути. Первый, конечно, консервация — и, как следствие, постепенное угасание интереса гостей. В тех же Пскове и Вологде есть что еще посмотреть. Второй — трансформация и внедрение современных методов рассказа об истории, объяснения, почему та самая личность так интересна.

Ностальгирующие о том, как их принимали в пионеры, в большинстве уже не горят тем идеологическим огнем. А иностранцам артефакты советского времени интересны скорее как история диктатуры и тоталитаризма. Но и у таких экспозиций в мире есть конкуренты.

Вера Хейфец

Дарья Зайцева, Анастасия Бочкарева, Анна Серпер Все статьи автора
7 ноября 2019, 00:08 8161
Выделите фрагмент с текстом ошибки и нажмите Ctrl+Enter
Новости партнеров
Реклама