В России могут возникнуть новые злоупотребления при банкротстве бизнеса

Действующее законодательство предусматривает реабилитационные процедуры при банкротстве — внешнее управление, финансовое оздоровление и мировые соглашения. Но их эффективность близка к нулю. Как, впрочем, и самого банкротства.

Однако уже в ближайшее время оказавшимся в кризисной ситуации компаниям могут предоставить новые механизмы того, как избежать несостоятельности, договорившись с кредиторами о реструктуризации. На практике такие меры могут дополнительно стимулировать злоупотребления, говорят опрошенные "Деловым Петербургом" эксперты.

Спасение утопающих — дело рук выплывающих

Законопроект, внесённый недавно в Госдуму группой депутатов и сенаторов, допускает заключение внесудебного соглашения о санации. При соблюдении временно неплатёжеспособной компанией (должником) оговорённых условий она защищается от оспаривания сделок и применения иных принудительных мер.

Само соглашение во внесудебном порядке должны одобрить кредиторы, на которых приходится более половины долга. Договор может предусматривать не только отсрочку или рассрочку возврата, но и аннулирование недоимки, конвертацию её в акции или доли компании. При этом для разных кредиторов они могут отличаться.

Кроме того, через суд допускается утверждение комплексного соглашения, обязательного и для отказавшихся его подписывать миноритарных кредиторов. Такое принуждение, по мнению авторов проекта, позволит "вовлечь несогласное меньшинство кредиторов в реализацию мероприятий по спасению должника с учётом решения большинства, имеющего такое намерение".

"Формируется правовая определённость, что повышает доверие кредиторов и инвесторов к реабилитационным механизмам", — убеждены авторы поправок.

Ещё один новый механизм — реструктуризация задолженности по решению суда без возбуждения дела о банкротстве. Управление компанией могут оставить за действующим руководством, передать антикризисному менеджеру или комитету кредиторов.

Допускается даже образование двух руководителей с перераспределением полномочий между ними. Размер начисляемых пени (неустойки) на период реструктуризации ограничивается ключевой ставкой Банка России.

Преодолеть волю кредиторов

Подобные идеи "добанкротной" или досудебной санации ещё в прошлом году одобрило министерство экономического развития РФ.

"Компании должны получить эффективный инструментарий, позволяющий преодолеть временный кризис и избежать ликвидации в результате банкротства. Большинство кредиторов, в случае если они договариваются о санации, должны иметь возможность объединить вокруг себя остальных кредиторов на лучших для них условиях", — заявлял первый заместитель министра экономики Максим Колесников на форуме "Банкротства. Новая реальность".

Основное новшество законопроекта — появление института судебного преодоления воли кредиторов (Cram Down). В настоящее время заключать внесудебные соглашения о реструктуризации не запрещается, но они могут оспариваться несогласными кредиторами. Равно как и добровольно подписавший соглашение вправе в любой момент подать иск о банкротстве.

Законопроект предусматривает защищающие миноритариев механизмы. Так, "несогласным" с комплексным соглашением предписывается возврат не менее 30% их требований (в том числе 10% — в течение первого года санации). Суд вправе отказать в проведении реструктуризации при наличии доказательств злоупотреблений со стороны кредитора — попытки незаконно получить отсрочку от признания его банкротом.

Лёд тронулся

Опрошенные "ДП" эксперты оценивают законопроект в целом критически.

По мнению Антона Кравченко из юридической фирмы "Арбитраж.ру | BFL", санационное соглашение или реструктуризационный план призваны обеспечивать реабилитационный паритет.

"Их условия должны быть лучше, чем моментальная распродажа активов. Вместе с тем введение процедуры реструктуризации делегирует должнику право отказаться от договоров, которые могут помешать исполнять такой план. Это создаёт риски для контрагентов. Или наоборот — арендодатель не сможет расторгнуть или изменить договор аренды с должником, если используемое имущество играет существенную роль в его предпринимательской деятельности", — рассуждает собеседник "ДП".

"Смысл процедуры банкротства в первую очередь заключается в возможности реабилитации должника. Саму возможность проведения реструктуризации вопреки воле собрания кредиторов (Cram Down) надо только приветствовать. Но это может привести и к злоупотреблениям как мажоритарных кредиторов в ущерб интересам миноритарных, так и со стороны должника. В том числе в целях получения незаконной отсрочки", — полагает юрист адвокатского бюро "Прайм Эдвайс Санкт–Петербург" Думан Алекперов.

Партнёр адвокатского бюро "Гуцу, Жуковский и партнёры" Софья Сергеева также считает экономически и социально оправданным стремление законодателя превратить банкротство вместо ликвидационного механизма в систему, стимулирующую сохранять рабочие места и активы.

"В то же время предлагаемый законопроект несёт риски для миноритариев. Они могут оказаться связанными рассрочкой, скидкой с долга или иными невыгодными условиями. Создаётся возможность для злоупотреблений со стороны должников и аффилированных с ними кредиторов", — добавила она.

Чужие на празднике жизни

До сих пор реабилитационные процедуры оставались практически невостребованными. Чаще всего их рассматривали не как способ спасения оказавшегося в тяжёлой ситуации бизнеса, а как опять же попытку затянуть решение вопроса и скрыть активы. В 2025 году банкротами было объявлено 6,5 тыс. юридических лиц, тогда как только в 51 деле вводилось внешнее управление, в восьми — финансовое оздоровление (0,9% от общего числа). А эффективность таких мер оценивается всего в 0,2%.

В то же время длительная и дорогостоящая процедура банкротства остаётся не менее рискованной и не намного более рентабельной. Примерно половина объявленных несостоятельными компаний не выплачивают кредиторам ни копейки. Тогда как заявителям, в том числе кредиторам, приходится тратить сотни тысяч рублей на оплату арбитражного управляющего, госпошлины, услуг юристов и прочего.