В портах русской Балтики выросли ставки фрахта

Ледовая обстановка этой зимой давила на ставки фрахта, но не критично, рассказывает управляющий партнёр консалтинговой группы "2Б Диалог" Борис Богоутдинов. По его информации, в начале года операторы повысили цены как из–за зимней премии за риски использования судов ледового класса, так и в связи с оплатой возможных задержек на входе в Финский залив и выходе из него. Ставки увеличивали санкционные риски, доступность тоннажа, страхование, география покупателей. Но в апреле 2026–го ставки фрахта выросли по единственной причине — из–за топливной составляющей.

"Например, Transfennica увеличила бункерную надбавку с 5% в марте до 22,8% с 1 апреля 2026 года. Топливная составляющая рейса растёт, и судовладельцы начали закладывать её в ставку либо напрямую, либо через бункерные надбавки", — объясняет Борис Богоутдинов в разговоре с "ДП".

На динамику ставок на судовое топливо во всех портах мира повлияла эскалация на Ближнем Востоке. Так, в дальневосточных российских портах ставки фрахта судов класса Handysize с отправкой в Южную Корею повысили на 44%, до $13 за тонну, в Индию — на 34%, до $39 за тонну. К концу апреля фрахтовые индексы на коротких маршрутах вернулись к уровню января, однако длинные направления по–прежнему испытывают давление цен на топливо.

По сообщениям петербургских участников рынка, за перевозку 20–футового контейнера в экспортном направлении операторы в апреле могли взимать дополнительные $50 в виде бункерной надбавки. И это — минимально. Тот же контейнер, но отправляемый в импортном направлении, мог подорожать из–за введения топливной надбавки — уже минимум на $1,5 тыс. Дополнительный платёж из–за роста затрат на топливо взимают не только операторы крупных океанских линий. "Даже маленькие калининградские операторы этим грешат", — говорит соучредитель транспортно–экспедиторской компании "Модуль" Владимир Гай. Выросли не только затраты на топливо, но и количество жалоб клиентов, признаётся эксперт. Но причины ввода топливных надбавок — объективные, подчёркивает он. И в ближайшие полгода значительного снижения ставок фрахта ожидать не стоит. Владимир Гай ссылается на двукратный и даже трёхкратный рост стоимости судового топлива в некоторых портах мира.

Перевозчики пытались разработать схему, позволяющую брать запас топлива на борт. "Да, так мы можем потерять ёмкость, но выиграть в экономической целесообразности рейса, так как не будем бункероваться в Китае или Индии. Но в России запрещён экспорт топлива, то есть организация такого запаса на борту предполагает внесение изменений в конструкцию судна. Да, приходится клиентам выставлять дополнительные счета из–за роста затрат на топливо", — комментирует Владимир Гай.

У грузовладельцев сохранилось право не оплачивать дополнительный топливный сбор. Этим правом воспользовался один из клиентов крупнейшей мировой контейнерной линии, который вёз груз из Большого порта Санкт–Петербург в порт Джабаль–Али (ОАЭ). Генеральный директор C–Shipping Алексей Гагаринов рассказывает, что в итоге перевозчик, получив отказ, выгрузил груз в порту Коломбо (Шри–Ланка) и выставил клиенту счёт на $4,5 тыс., а за использование контейнера — ещё $900 сверху.

"Российские перевозчики так не поступают. Мы всё равно груз доставляем", — заявляет Алексей Гагаринов.