Павел Горошков Все статьи автора
24 октября 2017, 00:02 50725

Закипели. После смерти совладельца Redmond между его наследниками и бизнес-партнерами разгорелся конфликт

После смерти совладельца петербургского производителя кухонной техники Redmond между его наследниками и бизнес–партнерами разгорелась корпоративная война.

Вдова умершего петербургского бизнесмена Максима Агеенко Светлана и пять его детей от двух браков подали семь исков в Арбитражный суд к компаниям группы "Редмонд", одного из лидеров российского рынка кухонной бытовой техники. Истцы требуют предоставить им финансовую и корпоративную документацию за весь период деятельности, а также оспаривают два решения общих собраний совладельцев компаний группы. Кроме того, по заявлению вдовы Агеенко Кировским районным отделом ГУ МВД по Петербургу и Ленобласти возбуждено уголовное дело по факту мошенничества в особо крупном размере: по версии следствия, после смерти Максима Агеенко неустановленная группа лиц совершила отчуждение принадлежащих компании склада и товарного знака в пользу лиц, подконтрольных его партнерам по бизнесу. В результате этих действий наследники бизнесмена якобы лишились прав на долю в активах стоимостью не менее 1,2 млрд рублей. В рамках расследования дела в офисе компании, а также в 15–й налоговой инспекции прошли выемки документов, а недвижимость компании арестована.

Задержание наложилось на корпоративный спор. Совладелицу Redmond задержали по подозрению в неуплате налогов

Задержание наложилось на корпоративный спор. Совладелицу Redmond задержали по подозрению в неуплате налогов

22106
Павел Горошков

Все эти действия являются частью жесткого корпоративного конфликта между наследниками Максима Агеенко и его бизнес–партнерами, сооснователями группы компаний "Редмонд" Дианой Желясковой и Андреем Синявиным. Причиной конфликта является разница в оценках справедливой цены выкупа партнерами перешедшей по наследству доли в общем бизнесе. По версии Андрея Синявина, наследники не хотят брать на себя проблемы бизнеса, а хотят лишь деньги — и сразу. При этом они имеют завышенные представления о реальной рыночной стоимости унаследованных долей. Ситуация осложняется проблемами отрасли: рынок падает.

Но самое главное осложнение в том, что летом 2017 года налоговая доначислила компании недоимку на 3,8 млрд рублей. Если конфликт вовремя не остановится, то высока вероятность, что делить будет уже нечего: "Редмонд" рискует просто уйти с рынка.

Местный лидер

Группа "Редмонд" основана в 2006 году группой петербургских предпринимателей. Сегодня Redmond — один из самых узнаваемых брендов кухонной техники в России. По данным аналитиков GFK, эта марка в 2016 году занимала почти 20% рынка объемом 50 млрд рублей. Обороты торговой компании группы — ООО "Технопоиск" — на пике (в 2013 году) достигали 16 млрд рублей, но к 2016 году упали до 10 млрд.

Судя по открытым источникам (суды с таможней, данные СПАРК и т. д.), производство техники размещается в азиатских странах, а в Петербурге сосредоточены логистический, торговый, а главное — интеллектуальный дивизионы группы.

Владельцы компании, Максим Агеенко, Диана Желяскова и Андрей Синявин, похоже, всегда были людьми непубличными. С момента основания компании и до последнего дня своей жизни Максим Агеенко владел 33% в компаниях группы. При этом он был гендиректором ООО "АДМ–групп" — компании, построившей в Шушарах складской комплекс для "Редмонда" площадью 40 тыс. м2 на 6,2 га.

Миллиардер Август Мейер объяснил, кто стоит за арестом совладельца "Юлмарта" Дмитрия Костыгина

Миллиардер Август Мейер объяснил, кто стоит за арестом совладельца "Юлмарта" Дмитрия Костыгина

29946
Амера Карлос, Елена Домброва

В защиту детей

По данным судебных актов, Максим Агеенко скончался 19 апреля 2016 года. В обеспечение интересов наследников краснодарский нотариус назначил доверительным управляющим его активами Игоря Ожередова, который в сентябре 2016 года обратился к ООО "АДМ–групп", ООО "Редмонд" и ООО "Технопоиск" с требованием предоставить ему всю финансовую и корпоративную документацию компаний. Получив отказы, он обжаловал их в арбитражном суде.

Весной 2017 года наследники — вдова Светлана Агеенко и семеро детей от двух браков бизнесмена — вступили в свои права: в ЕГРЮЛ они были записаны как совладельцы компаний, а в суде — как истцы по искам, которые подал управляющий.

Однако, как говорит адвокат Светланы Агеенко Алексей Беляев, получив доступ к документам, наследники выяснили, что незадолго до смерти — в декабре 2015 года — Максим Агеенко на собрании учредителей проголосовал за одобрение крупной сделки — передачи имущественного комплекса "АДМ–групп" (складов в Шушарах) в пользу ООО "Альфа", принадлежащего на 100% Диане Желясковой. А 13 апреля 2016 года, за неделю до смерти, он подписал протокол собрания, на котором Диана Желяскова была избрана вместо него гендиректором "АДМ–групп".

Наследники, настаивая, что подпись покойного была подделана задним числом, оспорили оба собрания в арбитражном суде, а также написали заявление в полицию. "Сначала нам препятствовали во вступлении в наследство, а теперь выясняется, что наследовать–то нечего: компания пустая!" — возмущается Светлана Агеенко.

В результате судебных и следственных действий, как утверждает Андрей Синявин, складской комплекс так и не покинул баланс "АДМ–групп".

Активы без пассивов

По словам Андрея Синявина, сделка действительно была одобрена Максимом Агеенко, так как складской комплекс строился на кредитные средства, "Альфа" была инвестором, она же привлекала кредит, и Диана Желяскова поручалась лично перед банком, а "АДМ–групп" выступала застройщиком, которому "Альфа" полностью оплатила строительство.

"Так все делают, чтобы не смешивать торговлю и стройку. Когда склад был достроен, нужно было его передать заказчику, что и было сделано. А что хотят наследники? Чтобы мы не передавали здание, которое строили для себя, а продали его и отдали им треть — а дальше вертитесь как хотите, возвращайте кредит? К тому же недвижимость дешевеет, и мы не продадим его за нормальную цену. Отсюда предположение, что их цель — завладеть деньгами любой ценой, за счет фабрикации уголовных дел против остальных акционеров. Это, на наш взгляд, грязные методы", — говорит Андрей Синявин. По словам бизнесмена, они с Дианой Желясковой сразу предложили наследникам выкупить у них доли постепенно, без ущерба для общего дела. Но наследники, точнее их юристы, отказались.

По словам Светланы Агеенко, предложенная сумма выкупа доли показалась ей заниженной. По ее версии, это 200 млн рублей с рассрочкой на 20 лет (получается 10 млн рублей в год, то есть по 90–160 тыс. рублей в месяц каждому из наследников в зависимости от доли). Андрей Синявин уточнил, что предлагал 240 млн рублей: по 1 млн рублей в месяц на всех наследников: "Зарабатываем - отдаем. Сами мы давно уже не брали себе денег из бизнеса, так как несли огромные убытки: электроника - не первоочередной продукт, не еда, люди ее мало покупают в кризис. Но Максиму позволяли: ему нужно было дорогостоящее лечение".

Юристы, опрошенные "ДП", отмечают, что наследники нередко начинают споры с бизнес–партнерами своих наследодателей. "У нас было два таких кейса, один в Петербурге, другой на Урале, — говорит Егор Носков, управляющий партнер "Дювернуа лигал". — В одном случае партнеры выкупили доли наследников в рассрочку, в другом — весь бизнес был продан стороннему инвестору".

"Избежать этого можно, если еще при жизни всем партнерам договориться с наследниками, как будут они действовать в случае чего. Сейчас первое поколение российских бизнесменов меняется на второе, и такие разбирательства будут происходить чаще", — комментирует партнер КЮЦ "Наследство" Антон Андреев.

У Максима осталось семеро детей, и я представляю интересы их всех. Когда Максим умер, я обратилась к его партнерам с просьбой дать информацию о бизнесе, чтобы адекватно оценить стоимость нашей доли и выйти из компании с реальной компенсацией. Но вместо этого партнеры Максима — Андрей Синявин и Диана Желяскова, судя по всему, вывели все активы с общих компаний на другие юрлица. И на первой и последней очной встрече они мне прямо сказали, что ни на что мы претендовать не можем. По нашему заявлению Кировским районным отделом ГУ МВД по Петербургу возбуждено уголовное дело по статье "мошенничество". Но, разумеется, ни статусом потерпевших по уголовному делу, ни корпоративным конфликтом я детей не накормлю. Мы хотим получить деньги, а не похоронить бизнес.
Светлана Агеенко
вдова совладельца группы "Редмонд" Максима Агеенко
Нам некогда заниматься этим конфликтом. Кризис продаж не закончен, ситуация на рынке требует максимальных усилий. Вокруг массовые банкротства торговых сетей, которые не возвращают долги. Тот же "Юлмарт" свой долг нам (100 млн рублей) погасил только в этом месяце. Если мы не будем эти потери компенсировать качественной работой, наследникам Максима просто нечего будет наследовать. И нам с ними нечего будет делить. Мое мнение: с нами конфликтует команда, которую я бы назвал рейдерами, они переворачивают все наши действия и, похоже, превратно трактуют их для фабрикации против нас уголовных дел. Ничего не делать и вредить всегда проще, чем зарабатывать. Светлана прикладывает к этому усилия, не понимая, что творит. А тем, кто действует от ее имени, до ее проблем никакого дела нет. Она наивно думает, что с их помощью получит больше, чем ей положено по закону. Поэтому от ее имени и начался этот беспредел с блокированием работы компании, обысками, выносом серверов — чтобы сделать бизнес невозможным и вынудить идти на уступки. Надеюсь, что она вовремя остановится, сядет за стол переговоров и получит от нас реальную стоимость доли — пока это не доля от ноля. Но пока она не подала даже предусмотренного законом требования о выкупе доли.
Андрей Синявин
совладелец группы Redmond
Новости партнеров
Реклама