Иван Хлебов Все статьи автора
12 октября 2020, 22:28 380

Цитадель наследников Доминика: история известного петербургского благотворителя

Фото: Сергей Ермохин

Два не слишком бросающихся в глаза скромных дома на Малой Посадской — 15–й и 17–й — построены одним архитектором, знаменитым Фёдором Лидвалем, мастером северного модерна. И владелец у них был тоже один — Шарль Дементьевич Риц–а–Порта, знаменитый на рубеже веков петербургский кондитер и большой энтузиаст внедрения электрического освещения. А ещё — один из известнейших петербургских благотворителей.

Дом–завод винокуров Штритеров: история странного здания на Обводном канале

Дом–завод винокуров Штритеров: история странного здания на Обводном канале

410
Иван Хлебов

Странно было бы думать, что отца Шарля Риц–а–Порта действительно звали Дементием. На самом деле имя его было Доминик, и был он швейцарским подданным. Происходил он из известной в то время по всей Европе семьи кулинаров и рестораторов. В России Доминик появился в 1840–м, в возрасте 20 лет, и сразу же проявил себя как человек деловой и предприимчивый — обратился с прошением на высочайшее имя, ходатайствуя о разрешении открыть в столице ещё одно питейное заведение сверх полагавшихся Петербургу по действовавшим в ту пору правилам 50 трактиров. Чтобы обойти ограничение, назвать его Доминик хотел рестораном. Благо слово это в обиходе уже было, а вот самих ресторанов в городе на Неве не работало ни одного.

Швейцарский ресторатор

Разрешить ресторацию или нет, компетентные органы того времени обдумывали ровно год и решили, что вреда от неё не будет. Так что весной 1841–го на Невском, 24, в бельэтаже, в помещении, арендованном у прихода Петрикирхе, открылся легендарный "Доминик" — первый ресторан русской столицы, названный по имени его владельца. Проект оказался настолько удачным, что просуществовал без малого 80 лет, пользуясь неизменной популярностью. По сути, это был скорее не ресторан в нынешнем понимании, а клуб, в котором можно было провести целый день, выпивая, закусывая, читая свежие газеты — в наличии были практически все российские и европейские СМИ, — играя на бильярде, в шахматы, во входившее тогда в моду домино. Причём играли на деньги, подчас на крупные. Фёдор Михайлович Достоевский однажды ухитрился просадить в домино 1000 рублей. Цены же, напротив, были более чем демократичными: на 60 копеек можно было выпить рюмку крепкого, чашку кофе и заесть всё это расстегаем. Петербуржцы это оценили сразу же: в день у "Доминика" бывало по полторы тысячи гостей.

Сложилась у швейцарца и личная жизнь: в счастливом браке родились сыновья Шарль и Яков, дочери Франциска, Адель, Елизавета, Маргарита, Шарлотта и Антонина.

Домом для многочисленного семейства стал особняк на набережной реки Мойки, 81, там помещалась и хозяйская квартира, и жилплощадь под сдачу внаём. После смерти Доминика Риц–а–Порта дом этот со всеми доходами, которые он приносил, отошёл его младшему сыну — Якову, а старший — Шарль — унаследовал отцовский ресторан и поселился в наёмной квартире на Большой Конюшенной, поближе к главному источнику семейного благополучия.

Поборник электричества

Оказался он человеком с невероятно кипучей энергией — возглавлял Швейцарское благотворительное общество, содержавшее богадельни для женщин, выплачивавшее пособия малоимущим старикам и многодетным семьям, входил в правление "Общества электрического освещения 1886 г.", продвигавшего развитие электроэнергетики в столице. Впрочем, и о семейном бизнесе Шарль Дементьевич не забывал, постоянно развивая и расширяя его. "Доминик" к рубежу веков занимал помещения в бельэтаже уже двух соседних домов, 24–го и 22–го. В 1907 году, поняв, что собственного капитала не хватает на очередное обновление заведения, Шарль привлёк внешние финансы — основал акционерное общество, оставив за собой контрольный пакет, но непосредственное управление рестораном передав правлению.

Небесный огонь в стеклянной колбе: как Петербург перешёл на светлую сторону

Небесный огонь в стеклянной колбе: как Петербург перешёл на светлую сторону

223
Иван Хлебов

Однако более всего его, похоже, занимало благополучие многочисленного клана Риц–а–Порта. Во всяком случае два дома на Малой Посадской, построенные им в 1908–м и 1910–м, стали приютом для всех его родственников и сестёр, не успевших выйти замуж. Это была своего рода цитадель этой семьи. В тех квартирах, что не были заняты роднёй владельца, поселились представители петербургского, как сейчас сказали бы, верхнего среднего класса — люди в должной мере зажиточные и с соответствующими запросами в отношении комфорта. А построенные Фёдором Лидвалем дома этим запросам соответствовали вполне, были для своего времени сверхсовременными — с паровым отоплением и, разумеется, электрическим освещением, за внедрение которого так ратовал Шарль Риц–а–Порта. Самое простенькое и дешёвое жильё здесь обходилось в 444 рубля в год.

Наследник династии рестораторов скончался незадолго перед революцией, а следы его многочисленного семейства после 1917–го теряются. Однако известно, что младший брат его, Яков, умер в 1926–м в Хельсинки. Это даёт определённые основания надеяться, что и сестры Риц–а–Порта тоже покинули колыбель трёх революций вовремя. Не дожидаясь неприятных последствий смены общественного строя.

Выделите фрагмент с текстом ошибки и нажмите Ctrl+Enter
Новости партнеров
Реклама