Иван Воронцов Все статьи автора
2 июня 2020, 14:31 836

"Наша проблема — артист": глава агентства NCA Михаил Шурыгин о кризисе концертного бизнеса

Фото: Архив "ДП"

Президент концертного агентства NCA Михаил Шурыгин рассказал "ДП" о том, как организаторы концертов переживают режим самоизоляции, могут ли спасти индустрию онлайн–концерты и сколько нам придется жить без гастролей иностранных артистов.

Несколько лет назад в интервью "ДП" вы говорили, что концертный бизнес не слишком подвержен влиянию кризисов. Получается, нынешние события подобрали к нему ключ? Или это отмычка?

Самая мощная индустрия развлечений переживает беспрецедентное испытание

Самая мощная индустрия развлечений переживает беспрецедентное испытание

6269
Максим Заговора

— Давайте будем объективны. Этот кризис подобрал ключи абсолютно ко всем отраслям. Наша отрасль пострадала не больше, но и не меньше, чем та же туристическая или авиаперевозки. Однако существенное отличие состоит в том, что наша индустрия закрылась одномоментно, а откроется самой последней. Если уж мы отказались от Парада Победы, то что говорить о коммерческих мероприятиях. Это лето, безусловно, будет пустым на 99%.

Прежние кризисы — и 1998, и 2008 годов — были чисто финансовыми. То, что происходит сейчас, однозначно изменит всю структуру любого бизнеса, который ориентирован на человека и его внутренние потребности, эмоции. Авиаперевозки — они либо есть, либо нет. Либо есть качество, либо нет качества. Ты выбираешь услугу по понятным параметрам: цена, надежность перевозчика. А в случае с концертом ты выбираешь в соответствии со своим внутренним миром. И мы пока не знаем, что будет двигать людьми после этой ситуации при посещении массовых мероприятий. Страх, который сейчас вгоняется в нашу голову, настолько велик, что реакция непредсказуема. Человек либо полностью перестанет воспринимать эти потоки информации, либо воспитает в себе устойчивую неприязнь к массовым событиям. И перераспределит свои расходы на что–то другое. Это то, чего мы боимся больше всего.

Пожалуй, плюс этой пандемической ситуации в том, что компании объединились. Создана группа, в которую вошли более тысячи организаторов массовых мероприятий. Каждая из этих организаций проводит в среднем 30–40 концертов в год. Представляете, сколько людей их посещают? Уверяю вас, их не меньше, чем пассажиров авиакомпаний. Рядом ключевых игроков российской индустрии принято решение о создании ассоциации промоутеров. Сейчас мы в ожидании согласования правительством наиболее важных для нашей индустрии мер поддержки.

Каких, например?

— Потребитель имеет право в случае отмены или переноса концерта получить обратно полную стоимость билета. Но если сейчас всем вернуть полную стоимость билетов, то, уверяю вас, больше половины российских организаторов концертов закроются. Это может быть самым сильным сокращением участников рынка среди всех видов бизнеса. Вот, допустим, я организатор тура, у меня 30 городов — это все, на что живет компания. И тут весь запланированный доход вылетает в трубу, а новых источников нет. Что делать? Только закрываться и увольнять всех. Именно поэтому мы обратились с просьбой не приравнивать перенос концерта к отмене. И не считать поводом для возврата денег. За исключением критических ситуаций. Когда человек, например, из другого города был и мог приехать только в эту дату. Понятно, что это все индивидуально рассматривается. Мы готовы предлагать адекватную замену в виде бессрочного сертификата на посещение любого нашего концерта. Также мы ждем пакеты компенсационных мер по снижению арендных ставок на государственные площадки.

Только комплекс мер поможет индустрии выжить. Точечные решения приведут к массовым закрытиям.

Концертный рынок можно назвать жестко конкурентным? Насколько дружелюбными или недружелюбными были отношения между игроками до того, как общая беда всех объединила?

Исследование изоляционизма: как изменились театр и музыка в эпоху карантина

Исследование изоляционизма: как изменились театр и музыка в эпоху карантина

228
Ольга Комок

— Конечно, жесткая конкуренция на любом рынке присутствует. Я бы сказал, что наш рынок — самоочищающийся. У нас существуют определенные паттерны, каноны, которым несложно научиться, и определенная внутренняя этика. Людей, которые их не выполняют, немного. И их мы в ассоциацию включать не собираемся. Но на самом деле наша главная проблема — это артист. Потому что артист до сегодняшнего дня не регулируем никем. Он определяет все. Он забирает у организаторов практически весь доход. Артист по субъективным причинам выбирает, с кем работать, а с кем нет. Раньше нормальной практикой было требовать гонорары в конвертах. Сейчас вроде бы все завели себе ИП, но по какой–то причине к гонорару требуется добавить компенсацию всех затрат.

Я очень надеюсь, что наша ассоциация сумеет повлиять на уважение к нашей профессии со стороны артистов.

Трендом последнего времени стали онлайн–концерты. У этого формата есть будущее?

— Да, теперь мы стали заниматься бесконтактным искусством. И все учатся новым способам ведения дел в концертном бизнесе. Сейчас онлайн–концертами вынуждены заниматься и мы. Это дает возможность сохранять штат. Но это все равно отвлечение от живых эмоций. И если они станут нормой, то я буду очень расстроен. Потому что они повлияют на то, как люди будут относиться к посещению живых концертов.

Онлайн–концерты сами по себе — это хорошо. Но как замена живым концертам — плохо. Это расхолаживает публику. Потому что ее пытаются уверить в том, будто она почувствует драйв живого концерта. А это не так. То сидение на диване, которое мы сейчас переживаем, — это не только дополнительные килограммы, но еще и изменение привычек.

Эффективная монетизация онлайна возможна?

— Пока онлайн–концерты работают только за счет спонсорства крупных компаний. Сотовых операторов или онлайн–кинотеатров. Они выполняют функцию привлечения абонентов. Зрителям сразу начинают предлагать: давайте мы вам покажем расширенную версию концерта, который вы не успели посмотреть онлайн, но вы обязаны оформить подписку.

Нужно, чтобы существующая конкуренция привела к созданию высококачественного продукта. Снимать и транслировать надо уметь. Вот когда появится по–настоящему высококачественный продукт, тогда его можно будет монетизировать. Чтобы человек покупал билет.

У нас концерт Пелагеи посмотрело 4,5 млн человек. А у некоторых других концертов было и по 6 млн просмотров. Вот и представьте себе: если бы каждый зритель заплатил по 100 рублей — о–го–го какие деньги!

Но я за то, чтобы это был отдельный бизнес. Он не должен замещать в сознании потребителя живой концерт. Тот, кто первый придумает грамотную систему монетизации, тот и создаст модель нового продукта.

Следует ли нам готовиться к тому, что ближайшие пару лет придется жить без концертов иностранных артистов?

— У нас до сих пор открыта продажа на осенние концерты иностранных исполнителей, однако мы уже обсуждаем их переносы.

Честно говоря, мы думаем уже о 2022 годе. Все, что мы сейчас сможем перенести, мы перенесем, потому что нет выбора. Но новые обязательства на 2021 год я буду брать крайне осторожно. Риск инвестиций в глобальные проекты чрезвычайно высок. Я предпочту небольшие, локальные малорисковые проекты и, возможно, государственные праздники.

Это будет тяжелейший год для индустрии развлечений. Покупательная способность упадет и восстанавливаться будет до 2022 года. А потом наступит ренессанс нашего бизнеса. Те, кто доживет, сформируют пласт успешных и системообразующих участников индустрии.

Выделите фрагмент с текстом ошибки и нажмите Ctrl+Enter
Новости партнеров
Реклама