Сергей Балуев Все статьи автора
17 мая 2020, 13:53 2120

От них зависит мир: в России появилось единственное значимое поколение

Фото: vostock-photo

В России за 100 лет появилось только одно значимое поколение — поколение перестройки. Все началось 35 лет назад: 15 мая 1985 года в Ленинград приехал молодой (54 года) генеральный секретарь ЦК КПСС Михаил Горбачев. Он приехал и сказал слово "перестройка". Если быть точным, он сказал не существительное, а глагол: "Товарищи, всем нам надо перестраиваться. Всем". С этого и пошло. Сначала какая–то ерунда: ускорение, интенсификация. Трезвость, опять же, — норма жизни. Интенсификация — это про то, что надо хорошие станки с ЧПУ (их было мало) эксплуатировать постоянно, в три смены, но и устаревшие (вывезенные из Германии по репарации) не выбрасывать. То есть предполагалось, что если трезвый рабочий будет в три смены работать на хорошем станке, то все пойдет на лад. Но даже в таком лайт–реформистском варианте Горбачев вызывал симпатию. Не ленинградский интеллигент, конечно: это провинциальное мягкое "г", эти "начать" с ударением на первом слове и "углубить" на втором, это "ну вы меня понимаете" вызывали усмешки. Но все же он был почеловечнее предыдущих. С народом любил разговаривать. Жену показывал.

Восемь главных перемен современного мира, вызванных COVID-19

Восемь главных перемен современного мира, вызванных COVID-19

722
Сергей Балуев

Только через 2 года началось по–серьезному. Перестройка — это как выход из карантина (у нас, конечно, не карантин, а чепуха, тут надо представить настоящий карантин). То ничего нельзя: сиди дома, не высовывайся. А потом можно на 100 м, потом на 300. Потом в парикмахерскую… В СССР, где было почти ничего нельзя, стало можно купить квартиру, открыть кафе (жутковатые, надо сказать, заведения появлялись). Ну и, понятно, гласность. Как говорил мне редактор "Смены" Югин: "Сережа, ты не думай, у нас не свобода слова, у нас гласность!" — в том смысле, что не перегибай палку. Но перегибы было уже не остановить.

Весь этот экскурс в историю только затем, чтобы перейти к главному из случившегося. Главное — это не развал СССР. Главное — появившееся поколение перестройки.

У американцев Хоува и Штрауса есть теория поколений. По этой теории каждые 20 или 25 лет появляется новое поколение людей, имеющее серьезные отличия от других поколений. У них такие поколения получились: "величайшее поколение" (люди, родившиеся с 1900 по 1923 год), "молчаливое поколение" (1923–1943), поколение бэби–бумеров (1943–1963), поколение X (1963–1984), поколение Y (1984–2004) и поколение Z (с 2004–го по сейчас). По этой классификации выходит, что поколение перестройки — это поколение Х. Но это механистический подход, который к России не подходит. Потому что поколение перестройки описывается не годами рождения. А тем воздействием, которое перестройка оказала на людей разных возрастов. А она большое воздействие оказала. Перелопатила сознание.

До этого в СССР было еще одно значимое поколение — поколение оттепели. Но оттепель все же меньше повлияла, шестидесятниками стали не все. Те, кто стал, отличались культурным кодом: легко цитировали Мандельштама и Евтушенко, носили бороды под Хемингуэя и слушали Чака Берри. Поколение перестройки — не такое элегантное. Но оно выдвинуло огромное количество новых лиц. Практически все, кого мы знаем: политики, экономисты, публицисты — поколение перестройки. Все наши Цои, Гребенщиковы и "Зоопарки" — тоже оттуда. Ошибка — считать это поколение поколением либералов. Перестройка родила и правых, и левых. Главное не в этом — а в том, что каждый из этого поколения понял, что способен сметать устои. В том, что появилось ощущение: мы — центр мироздания, от нас зависит, менять мир или не менять. И в этом главное противоречие поколения перестройки с нынешней действительностью.

Других внятных поколений после этого не появилось. Ни поколения тучных годов, ни поколения покорения Крыма.

Вероятно, люди перестройки похожи на поколение начала ХХ века — откуда вышло всё, чем мы гордились и ненавидели последующее столетие. Но это давно было. А поколение перестройки еще живет. И до сих пор знает, что если мир нехорош, то его надо менять.

Сергей Балуев, главный редактор журнала "Город 812"

Почему патриарх Кирилл назвал эпидемию Божьим промыслом

Почему патриарх Кирилл назвал эпидемию Божьим промыслом

1509
Сергей Балуев
Выделите фрагмент с текстом ошибки и нажмите Ctrl+Enter
Новости партнеров
Реклама