Чем закончатся выпады Всеволода Чаплина в адрес патриарха Кирилла

Отставка протоиерея Всеволода Чаплина с поста председателя отдела по взаимодействию церкви и общества Московского патриархата, случившаяся под Новый год, — пожалуй, одна из самых внезапных и громких отставок, из тех, которые заставляют гадать о происходящем. Например, в мире чиновников отставка начальника отдела, допустим, администрации президента не вызывает ничего, кроме пары экспертных заметок, а вот судьба Всеволода Чаплина взволновала многих.

Церковь вообще весьма закрытая структура со своими особенностями, там множество невидимых глазу подводных течений, и судить о церковных делах со стороны — дело неблагодарное; но здесь мы имеем дело именно с той гранью, которой церковь соприкасалась со светским обществом. Так получилось, что олицетворял эту грань в основном именно Чаплин, собственно, его должность это и означала.

Протоиерей против патриарха

Хотя Всеволоду Чаплину и выразили благодарность, деятельность его отдела была признана настолько, видимо, неоптимальной, что его вообще упразднили, передав полномочия во вновь образованный отдел по взаимоотношениям общества и СМИ, который возглавит Владимир Легойда, ранее руководивший информационным отделом МП РПЦ. Официальная формулировка — "в целях оптимизации работы и повышения эффективности, а также исключения параллельных процессов в деятельности синодальных учреждений". Легойда, стоит отметить, не священник, он культуролог и религиовед, управляющий информационными ресурсами церкви и известный взвешенными высказываниями. Всеволод Чаплин был также выведен из Межрелигиозного совета России, его место там занял митрополит Иларион (Алфеев), глава отдела внешних церковных связей.

Впрочем, интересней, что сам Всеволод Чаплин стал делать и говорить после отставки. Первое СМИ, куда он отправился давать комментарии — это оппозиционный телеканал "Дождь". Что само по себе примечательно. И уже там он с ходу начал давать резкие комментарии, которые стал потом повторять и другим: о том, что на самом деле пострадал за свою позицию. "Полагаю, Его Святейшество думает, что в церкви должен звучать только его голос. Но это больше никогда не будет так", — заявил он "Дождю".

На следующий день протоиерей созвал пресс-конференцию, на которой и вовсе заявил, что патриарх Кирилл "перестал понимать, что он коллективный проект" и "долго не продержится". Когда протоиерей поднимает голос на предстоятеля, называет его проектом и фактически угрожает — это... ну, в общем, это очень сильно. На глазах изумленной публики один из самых реакционных церковных деятелей провозгласил себя чуть ли не диссидентом.

На что намекает Всеволод Чаплин, говоря о патриархе как коллективном проекте? Неужели на много лет муссирующуюся информацию о сотрудничестве Кирилла и других высших иерархов со спецслужбами? "Кирилл — агент КГБ" — это очень старая история, но никем не опровергнутая.

Священные войны

Еще во времена присоединения Крыма многие наблюдатели обратили внимание на то, что патриарх Кирилл держится в стороне и не спешит выступать в поддержку Кремля, на что в Кремле, вероятно, рассчитывали. Он даже проигнорировал крымскую речь Путина. Церковь не лезет в политику. В то же время все высказывания Всеволода Чаплина, сделанные за последние годы, и то, что он говорит после отставки, сводится как раз к политическим заявлениям. В публичном пространстве он — лидер агрессивного крыла РПЦ, настаивающий на более жесткой и однозначной позиции церкви по отношению к врагам государства. Его неоднократные заявления о "священной войне", которую ведут в том числе и российские солдаты в Сирии, вызвали немалое возмущение на Ближнем Востоке как среди арабов, так и местных христиан, но идея Чаплина сотоварищи — это именно что священная война, которую должна повести церковь и с внешними, и с внутренними врагами, идея превращения церкви в орден современных крестоносцев.

"Та тональность в отношениях с государством, которую все больше принимает церковь, неправильна, нам нужно больше выступать критически по отношению к безнравственным и несправедливым действиям власти, нам нужно более прямо говорить с обществом, нам ни в коем случае нельзя заискивать перед такими явно бросающими вызов православию структурами, как нынешние власти Украины", — сказал он Интерфаксу.

Подразумеваемое недовольство государством отстраненной позицией патриарха вполне могло быть подоплекой угрожающих намеков Всеволода Чаплина — если, конечно, допустить, что за ним реально кто-то стоит. Хотя куда более вероятно, что он просто храбрится и набивает себе цену, — протодиакон Андрей Кураев, например, высказал мнение, что, наоборот, слишком радикальные высказывания Чаплина стали доставлять неудобство Кремлю, и российские дипломаты даже были вынуждены оправдываться за них, говоря, что никакой религиозной основы у российской военной операции в Сирии нет.

В октябре Всеволода Чаплина уже не пригласили на заседание Совета по взаимодействию с религиозными объединениями при президенте, в который он входит, — и глава ОВЦО выступил с гневными словами:  "Считаю происходящее попыткой исключить из дискуссии по вопросам межнациональных отношениях голоса тех, кто критикует рецидивы провальной национальной политики 1990-х годов и настаивает на правильности гармонизации гражданской идентичности с идентичностями этническими и религиозными". Этот тезис он повторяет и сейчас, после отставки: "Русофобов в России достаточно много — среди политиков, интернет-деятелей, руководителей СМИ. Им нужно отвечать. Нужно добиваться того, чтобы никому не было позволено говорить плохо о русских или любых других народах, проживающих в России и мире".

Досталось всем

За несколько дней до отставки Всеволода Чаплина случилось другое увольнение, не настолько замеченное широкой публикой — лишился поста главный редактор "Журнала Московской патриархии" Сергей Чапнин. Он как раз считался церковным либералом, а увольнение, так совпало, случилось после его доклада в Московском центре Карнеги, посвященному положению церкви в публичном пространстве. Очень аккуратно, но там он все же критиковал позиции Всеволода Чаплина и отмечал, что РПЦ как "церковь империи" "не скрывает выражения симпатий к советскому" вслед за государством и обществом, а также — что сейчас "формируется новая гибридная религиозность", некая "гражданская религия, инкорпорировавшая и православные традиции, и ностальгию по советскому прошлому, и мечту о сильной империи".

Выходки околоправославных активистов типа Дмитрия Энтео, сообщил Сергей Чапнин, "проявили... внутреннюю проблему русской церкви, которая разделила церковных людей на два лагеря — это отношение к силе и насилию". "Насилие оказалось для значительной группы и священников, и мирян очень притягательным и квалифицируется как христианский поступок", — констатировал он.

Отставка Всеволода Чаплина, казалось бы, означает, что РПЦ не устраивают слишком радикальные заявления, ненужные политические ассоциации и постоянные скандалы. Всеволод Чаплин все-таки был близок к кругам прохановского толка, боготворящим Сталина, а сменивший его в Межрелигиозном совете митрополит Иларион, напротив, однозначно называет Сталина "чудовищем и духовным уродом", вполне сопоставимым с Гитлером.

Однако с разницей в несколько дней оказались отставлены и либерал, и радикал — по странному совпадению с почти одинаковыми фамилиями. Роднит их то, что и Чапнин, и Чаплин критиковали РПЦ за молчание. Только один критиковал, что называется, справа, а другой слева, один считал, что радикалов никто не одергивает, а другой хотел больше радикализма. Очевидно, патриарх хотел бы сохранить за собой право выражения позиции церкви и намерен, насколько это возможно, не поддаваться на попытки вписать РПЦ в политическую систему координат, в борьбу либералов и почвенников в принципе. Если конфликт и есть, то он купируется и не выпускается в свет. Вопрос о том, в какой степени и как церковь должна реагировать на общественные события — он вообще философский и дискуссионный, но вот пока выдерживается такая линия.

Сейчас Всеволод Чаплин говорит о том, что продолжит выражать свою позицию свободно, и, возможно, даже создаст свое СМИ. Он наверняка станет эдаким Андреем Кураевым справа, то есть отодвинутым в сторону, но популярным комментатором и вдохновителем — однако маргинализируется и больше не будет ассоциироваться с официальной позицией. Вряд ли Чаплин сможет повлиять на то, как долго продержится патриарх Кирилл, но он вполне может выступить с каким-нибудь компроматом и попытаться внести в РПЦ смуту и раскол, сыграв на том, что среди церковников тоже есть разные взгляды. Если Кирилла сменит более радикальный пастырь, то церковь могут ожидать непростые времена.