В России продолжается формирование законодательной базы для регулирования развития технологий на основе искусственного интеллекта. При этом инициативы поступают как сверху, так и снизу: федеральный закон, разработанный правительством, уже поэтапно вступает в силу, проект другого, авторами которого значатся известные представители ИТ–индустрии, вынесен на общественное обсуждение. Между тем у многих экспертов идеи законодателей вызывают скорее опаску, нежели оптимизм.
Проект за проектом
В начале октября был опубликован экспертный проект федерального закона "О безопасном использовании систем искусственного интеллекта в Российской Федерации". Среди его авторов — сенатор Владимир Кожин, президент группы компаний InfoWatch Наталья Касперская, известный технопредприниматель Игорь Ашманов.
Инициатива предлагает регулировать использование ИИ–систем в целом, уделяя особое внимание социальной сфере, государственному управлению и массовому обслуживанию. В частности, авторы предлагают разделить производителей, операторов и пользователей ИИ, определить их обязанности и закрепить требования к безопасности технологий. Когда и в каком виде этот документ доберётся до рассмотрения в парламенте, пока что неясно.
Новости по теме:
Москва против Петербурга: кто может стать столицей ИИ в России
Использование ИИ в медицине стало создавать угрозу для личных данных
Полезный сотрудник: как внедрить ИИ–агента в рабочие процессы малого бизнеса
Власти и эксперты поспорили о роли ИИ в госзакупках
Маркировку ИИ-контента в России хотят переложить на владельцев...
По большей части проект является попыткой дополнить отдельными правилами безопасного использования ИИ федеральный закон № 243–ФЗ "О поддержке развития технологий искусственного интеллекта в Российской Федерации", который был принят ещё в июле и частично вступил в силу 1 сентября (некоторые положения, касающиеся безопасности и ведения документации, начнут действовать с 1 марта 2027 года). В целом документ регулирует разработку, внедрение и применение больших фундаментальных моделей ИИ, содержащих не менее 1 млрд параметров и предназначенных для решения широкого круга задач.
Параллельно в Госдуме находится на рассмотрении ещё одна инициатива об ужесточении требований к маркировке материалов, созданных или изменённых с помощью больших фундаментальных моделей.

Каждому по реестру
Одно из наиболее заметных предложений октябрьского проекта — создание государственного реестра доверенных систем искусственного интеллекта. Предполагается, что для включения в него решение должно быть разработано в России, а входящие в его состав программы и базы данных — присутствовать в реестре российского ПО. Система должна пройти экспертизу, иметь русскоязычные интерфейс и документацию, а производитель — контролировать доступ к технической инфраструктуре и исходному коду. Отдельно проект предусматривает обязательное страхование гражданской ответственности производителей и операторов доверенных ИИ–систем.
Использование не включённых в реестр решений предлагается ограничить в социальной сфере, массовом обслуживании и государственных организациях.
Руководитель продуктового направления "Некстби" Евгений Сурков считает, что такие требования могут осложнить положение небольших разработчиков и стартапов. По его словам, представители индустрии уже высказывают опасения по поводу протекционистского характера отдельных ограничений, затрудняющих применение конкурентоспособных международных продуктов.
При этом эксперт сомневается, что у российской индустрии уже есть необходимые ресурсы и полнота технологий для полноценной замены зарубежных решений. А без конкуренции возникает риск технологического отставания.
Директор управления продуктов и технологий "Е–Флопс" Сергей Плюснин указывает на возможный рост накладных расходов. В частности, речь идёт о регистрации систем и получении разрешений. По его мнению, важно, чтобы благие цели регулирования не привели к дополнительной бюрократии и злоупотреблениям.
Генеральный директор АНО "НЦК Информационные системы управления" Кирилл Семион полагает, что увеличение стоимости ИИ–решений само по себе не является препятствием для развития отрасли. По его словам, ответственность за безопасность должна лежать как на создателях технологий, так и на тех, кто их применяет.
"Может подняться стоимость решений, но это оправданная рыночная тема, а не барьер. На мой взгляд, здесь государство в первую очередь должно заботиться о людях, а уже во вторую — о развитии рынка", — отмечает Семион.
Кто ответит за ошибку
Ещё одна спорная часть инициативы — распределение ответственности за последствия работы искусственного интеллекта. В создании и применении ИИ могут участвовать производитель модели, разработчик прикладного решения, интегратор и конечный заказчик. Ошибка может возникнуть на любом этапе: из–за недостатков обучающих данных, неправильной настройки или некорректного использования результата.
Октябрьский проект предусматривает отдельные обязанности производителей и операторов. Первые должны обеспечивать безопасность систем и информировать об их характеристиках и ограничениях. Вторые — проверять решения перед эксплуатацией, контролировать их работу и соблюдать правила безопасного использования.
Если ущерб возникнет вследствие нарушения оператором требований эксплуатации, возмещать его должен оператор. Производитель сможет освободиться от ответственности, если докажет, что вред возник из–за непреодолимой силы, умышленных противоправных действий пользователя или использования системы вопреки технической документации.
По мнению Евгения Суркова, ответственность должна прежде всего ложиться на то звено цепочки, которое непосредственно совершило действия, приведшие к ущербу, допустило использование ИИ для их выполнения либо ориентировалось на результаты работы нейросети при принятии решений.
Например, если в результате действий интегратора, работающего с применением ИИ, ущерб причинён инфраструктуре заказчика, отвечать должен интегратор. Если же компания использовала результаты работы нейросети при оказании услуг клиентам и нанесла им вред, ответственность должна лежать на самой компании.
Старший разработчик систем искусственного интеллекта Innostage Александр Лебедев предлагает рассматривать генеративный ИИ прежде всего как инструмент поддержки принятия решений. В такой модели всегда остаётся человек, который использует результаты работы системы и проверяет их достоверность и безопасность.
По оценке эксперта, существующее регулирование уже близко к тому, чтобы закрыть основные потребности разработчиков и потребителей ИИ–продуктов. Он опасается, что новые инициативы могут привести к избыточным ограничениям, как, по его оценке, и произошло в Евросоюзе.
Сергей Плюснин также считает, что для распределения ответственности не обязательно создавать отдельную систему правил: отношения между участниками рынка во многом можно урегулировать с помощью лицензий, договоров и пользовательских соглашений при соблюдении действующего законодательства.
Для Петербурга дискуссия о регулировании ИИ имеет вполне практическое значение. По данным "Городских сервисов Яндекса", в 2026 году почти половина предпринимателей города использовала нейросети в работе. Это означает, что возможные изменения затронут не только специализированные ИТ–компании, но и предприятия, которые внедряют ИИ в повседневные процессы.
Для местных разработчиков последствия будут зависеть от специализации. Создателям собственных моделей могут потребоваться дополнительные ресурсы на экспертизу и обеспечение безопасности. Интеграторам придётся учитывать новые требования к настройке и сопровождению решений, а корпоративным заказчикам — пересматривать правила использования нейросетей и передачи им информации.
