В Петербурге вырос спрос мужчин на антивозрастные процедуры

Согласно недавнему исследованию ВЦИОМ, за последние 3 года доля россиян, делающих шаги для продления молодости, выросла с 48 до 56%. Тема становится массовой, и главный драйвер этого роста — мужчины.

В основе — конкуренция

По словам основателя и научного руководителя сети клиник иммунореабилитации, адаптационной и превентивной медицины Grand Clinic Ольги Шуппо, мужчины действительно пересматривают своё отношение к старению и в основе этого тренда часто лежит конкуренция.

"Молодые, энергичные, презентабельно выглядящие при сравнительно одинаковом опыте и стаже работы априори имеют больше шансов на успех в переговорах и на собеседовании", — уверена Ольга Шуппо.

Главный врач сети клиник "Альфа эпоха" (бывший "Медлайн") Елена Косенко подтверждает, что в некоторых профессиональных сферах внешний вид действительно становится частью личного бренда.

"Но современный мужской запрос обычно не про изменение внешности, а про здоровый, отдохнувший и подтянутый вид. Поэтому растёт интерес к методикам с естественным результатом и минимальным периодом восстановления", — рассказывает Елена Косенко.

Действительно, траектории и инструменты борьбы со старением у мужчин и женщин существенно различаются. По словам генерального директора Lab4U Алексея Образцова, эти отличия связаны с особенностями кожи, гормонального фона и запросами к внешности у представителей каждого пола.

"Биология мужского и женского старения — это два принципиально разных процесса, — подтверждает основатель и генеральный директор ООО “Единые медицинские системы” (сеть EMS Family Clinic) Татьяна Романюк. — У мужчин андропауза — раннее и постепенное снижение тестостерона, которое тянет за собой потерю мышечной массы, снижение плотности костной ткани и когнитивные изменения. У женщин всё иначе: менопауза — резкий гормональный обрыв, который мгновенно меняет липидный профиль, эластичность сосудистой стенки и качество кожи".

При этом, по словам эксперта, кожа мужчин плотнее за счёт более высокой коллагеновой плотности — первые морщины у них действительно появляются позже, но когда формируются — они глубже и структурнее.

"Потеря коллагена у мужчин идёт линейно, у женщин — скачкообразно: в первые 5 лет постменопаузы теряется до 30% коллагена кожи, выработка проколлагена первого типа падает на 37%. Именно в этом окне системная эстроген–заместительная терапия даёт максимальный эффект: увеличивает содержание коллагена, толщину и эластичность кожи, уменьшает выраженность морщин", — рассказывает Татьяна Романюк.

Что касается мужчин, то метаболизм у них выше, однако сердечно–сосудистая система уязвимее: сосудистые события возникают на 10–15 лет раньше.

"Поэтому стратегии коррекции строятся на разных мишенях: у мужчин — поддержание андрогенного статуса и сосудистого тонуса, у женщин — управление метаболическими, сосудистыми и воспалительными последствиями эстрогенного дефицита в перименопаузе и постменопаузе. Протоколы антиэйдж–терапии должны быть строго дифференцированы и персонализированы", — убеждена Татьяна Романюк.

Минимальное вмешательство

Подходы мужчин и женщин к сохранению молодости также разные.

"Различается прежде всего мотивация. Женщины чаще приходят с эстетическим запросом, мужчины — с запросом на энергию, восстановление, физическую форму и сохранение активности", — рассказывает Елена Косенко.

Впрочем, мимо косметических продуктов и косметологических услуг мужчины тоже не проходят. Например, согласно исследованию компании "Нильсен", за прошлый год доля мужчин в структуре спроса на антивозрастную косметику выросла вдвое. Устойчивый прирост показывает и сегмент мужской косметологии в клиниках.

При этом, по словам Алексея Образцова, мужчины чаще обращаются с запросами на коррекцию выраженных морщин, отёчности, выпадения волос, локальных жировых отложений.

"Но для мужчин важна минимальная заметность вмешательства и отсутствие длительного восстановления", — комментирует эксперт.

Эта разница в стратегиях важна для индустрии: универсальные решения здесь не работают. По словам Алексея Образцова, в связи с этим клиникам имеет смысл выстраивать услуги вокруг конкретных задач.

"Для косметических брендов это означает развитие продуктов с более понятным сценарием применения, — считает эксперт. — Мужская аудитория чаще выбирает короткие схемы ухода, поэтому востребованы многофункциональные средства, продукты для кожи после бритья, средства с SPF, составы для коррекции пигментации и признаков старения. В спа и клиниках аналогичный принцип можно применять к сервису, предлагая программы, ориентированные на конкретный запрос и занимающие минимум времени".

Мужское пространство

Дифференцированный подход в антиэйдж–индустрии необходим не только с точки зрения отдельных протоколов и методов, но и, возможно, в плане создания специальных "мужских" пространств.

"Отдельный сервис может снижать психологический барьер, но сама медицина не должна делиться на мужскую и женскую, — считает Елена Косенко. — Оптимален индивидуальный маршрут, учитывающий возраст, пол, образ жизни и состояние организма. Для мужчин особенно важны понятная коммуникация, конфиденциальность и отсутствие избыточной эстетической риторики".

Ольга Шуппо считает, что идея идти по созданию мужских отделений имеет право на жизнь. "Спрос в мегаполисах оправдывает такие расходы для премиальных клиник. Мы точно задумывались об открытии антиэйдж–направления для мужчин дополнительно к основному", — рассказывает эксперт.

В любом случае рынок должен учитывать интересы сильной половины не как нишевой сегмент, а как полноценную, растущую аудиторию. Это касается как разработки косметических продуктов, так и формирования предложений в клиниках и салонах красоты.