Несостоятельный год: как изменилась банкротная практика в Петербурге

Автор фото: Сергей Коньков

2020–й обогатил банкротную практику большим числом новых интересных кейсов. И не только благодаря вызванному вирусом кризису.

Одним из самых заметных в Петербурге банкротных процессов этого года можно назвать историю ООО "ТД “Интерторг”" и связанных с ним компаний (ООО "Евробизнес", ООО "Невская логистика", ООО "Адастра" и ООО "Инвестиционная строительная компания") — они развивали торговые сети под брендами "Семья" и Spar, которые сейчас ушли с рынка. Группу компаний, похоже, подкосил заём, взятый в Сбербанке. Только в январе этого года он предъявил группе семь исков на общую сумму 8,1 млрд рублей. В этом процессе участвует много кредиторов, много сделок оспаривается, причём, по оценкам юристов, довольно неоднозначных, ведущие консалтеры занимаются этим делом. Юристы ожидают череду интересных судебных актов.
Кроме того, эксперты среди банкротных дел Северной столицы выделяют процесс "Метростроя", где в феврале этого года введено наблюдение. Экс–гендиректор компании Сергей Харлашкин ранее говорил, что в совокупности к строителям подземки предъявлено исков более чем на 5 млрд рублей. История вокруг "Метростроя" привела в итоге к тому, что на петербургском рынке появится новый игрок — АО "Метрострой Северной столицы", "дочка" ВТБ, но с контрольным пакетом у Смольного.

По широкому списку

Потенциально оба дела могут дать повод кредиторам поставить перед судом вопрос о привлечении владельцев и топ–менеджеров (контролирующие должника лица — КДЛ) к субсидиарной ответственности. Развитие этой темы было одной из актуальных тенденций уходящего года. Так, Владимир Журавчак, партнёр юридической компании "Сотби", обращает внимание, что расширяется круг привлекаемых лиц, перечень обстоятельств, дающих для этого основания, а также конкретизируется и увеличивается перечень имущества, за счёт которого может погашаться субсидиарная ответственность.

Сын за отца

Верховный суд РФ продолжил активную работу в этом направлении. Его решения позволяют кредиторам взыскать убытки с наследников лица, которое довело компанию до банкротства.
Ирина Серова, руководитель филиала коллегии адвокатов "Хренов и партнёры" в Петербурге, считает важным решение ВС РФ по делу о банкротстве ЗАО "УГМК–Рудгормаш": "Возможность привлечения к субсидиарной ответственности компании, которая являлась фактически “центром прибыли” от деятельности должника".
Ещё одним трендом 2020 года стала субординация (понижение очередности) требований аффилированных с должником кредиторов. В своём обзоре президиум Верховного суда РФ указал: требование кредитора, аффилированного с должником или КДЛ, не может быть понижено только на этом основании. Кроме того, Верховный суд РФ возложил на такого кредитора обязанность развеять сомнения у остальных участников банкротной процедуры в мнимости сделки, которая дала аффилированному кредитору повод к взысканию.

Банкротят всех

По оценке Александра Соловьёва, адвоката коллегии адвокатов "Юков и партнёры", в этом году в рамках банкротных процессов банков арбитражные суды чаще применяли обеспечительные меры при привлечении к субсидиарной ответственности КДЛ или взыскания с них убытков. "Госкорпорация “АСВ” является тем кредитором, которому удаётся успешно привлекать к ответственности контролирующих лиц как в рамках арбитражных дел о банкротстве, так и в порядке уголовного судопроизводства", — добавляет Александр Соловьёв.
Как отмечает Ирина Серова, чрезвычайно увеличилось в этом году банкротство физических лиц. Эксперт объясняет этот рост не столько тем, что физлица не справляются с кредитной нагрузкой, но и развитием института субсидиарной ответственности. Расширяется круг лиц, которых к ней можно привлечь, и, как следствие этого, идёт банкротство бизнесменов, акционеров, топ–менеджеров компаний — суммы, которые суды взыскивают с них, весьма существенны.

Устаревшие технологии

Вместе с тем должники пытаются избежать ответственности разными способами. Однако некоторые приёмы уже можно отнести к "уходящей натуре". Владимир Журавчак говорит о конце эпохи "банкротного туризма". Суть этого приёма заключалась в том, что должник менял место жительства, как правило, формально, где и подавал заявление о собственном банкротстве. Или же просил арбитражный суд, если кредиторы всё–таки обратились с иском о несостоятельности должника по его прежнему месту жительства, перенести процесс в другой регион. Однако практика Верховного суда РФ пресекла такие попытки.
Должники практически перестали использовать "топорные" методы вывода активов. Так, бывший вице–губернатор Ленобласти Николай Пасяда, которого банкротит банк "Уралсиб" с требованием на почти 700 млн рублей, за 2 дня передал своей дочери два дома и пять участков земли во Всеволожске и квартиру на Невском проспекте. Однако банк расценил эти действия как вывод активов и добился в арбитраже запрета на регистрационные действия с этой недвижимостью, писал ДП.
Ещё одним примером в части сделок с детьми может стать банкротный процесс Николая Кичиджи, совладельца некогда крупной сети магазинов "Дети". Арбитражный суд признал недействительными перечисление бизнесменом его дочери 300 млн рублей, дарение ей недвижимости и т. д. Как отмечают юристы, такой способ, как дарение близким родственникам, а тем более в преддверии банкротной процедуры, скоро окончательно уйдёт в небытие.
Также в прошлое уходит включение в реестр кредиторов искусственно созданной задолженности. Этому в том числе способствовала практика Верховного суда РФ, благодаря которой независимые кредиторы научились бороться с такими приёмами.
ФНС и АСВ в целом действуют по–прежнему активно и агрессивно, особенно в крупных банкротствах, в основном в направлении противодействия случаям "контролируемого" банкротства и включения в реестр требований тех кредиторов, которые аффилированы (в широком смысле) с должником, а также в части инициирования привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц. Среди новых возможностей ФНС, которые только начнут применяться на практике в делах о банкротстве, следует отметить поправки в Налоговый кодекс РФ (п. 2.1 ст. 73 НК РФ), которые наделили в отдельных случаях требование налогового ведомства статусом залогового — залог возникает в силу закона.
Станислав Данилов
партнёр коллегии адвокатов Pen&Paper
Я пока не вижу никаких последствий моратория на банкротство (продлён до 7 января 2021 года). Крупные компании вообще отказались от такого права, поскольку хотели продолжать в пандемию выплачивать дивиденды, а мораторий лишал акционеров на время этой возможности. Малый бизнес, общепит, парикмахерские массово не подают на собственное банкротство: для них ведение этой процедуры неоправданно дорого. По этой же причине их кредиторы не видят смысла в инициации таких процессов — ввиду отсутствия активов у должников, и запрет правительства тут ни при чём. У меня изначально было ощущение, что мораторий ввели для "Аэрофлота" и других авиаперевозчиков.
Карина Епифанцева
руководитель практики антикризисного управления и банкротства юридической фирмы "Дювернуа Лигал"