Дмитрий Маракулин Все статьи автора
23 ноября 2020, 15:18 380

Жизнь в эпоху вируса: шоковый эффект COVID–19

Фото: vostock-photo

COVID–19, внезапно накрывший весь мир, оказал шоковый эффект на юридический ландшафт и Петербурга, и страны. Консалтеры и адвокаты оптимизировали свою работу, чтобы выжить.

Этот кризис "откинул юридический рынок на 2–3 года назад, кто бы что ни говорил. И он ещё не закончился", — так характеризует ситуацию Евгений Шестаков, управляющий партнёр INTELLECT. С ним солидарна и Анна Денисова, первый вице–президент Адвокатской палаты Ленобласти, которая ещё в мае называла происходящее в юридической сфере "отсроченной катастрофой".

Рейтинг юристов — 2020

Рейтинг юристов — 2020

9924
Редакция

При этом, как рассказывали "ДП" в некоторых юркомпаниях, часть услуг, особенно консультационного характера, они оказывали бесплатно. Такой подход был вызван желанием сохранить действующих клиентов и привлечь новых.

COVID–19 породил серьёзную неразбериху в правовом поле, поставил перед бизнесом, а соответственно, и юристами множество новых вопросов. К примеру, как официально оформлять дистанционную работу сотрудников, какие компании могут претендовать на льготы, объявленные государством, и т. д. (о влиянии эпидемии на юридические практики см. стр. 6).

Ушли в online

Многие игроки юридического рынка использовали ситуацию для продвижения, осваивая новые медиаканалы — некоторые вышли, к примеру, в Telegram или же создавали свои подкасты на yandex. В новом информационном пространстве они давали короткие консультации по самым актуальным темам, проводили конференции и круглые столы, анализировали наиболее актуальные решения правительства РФ и различные ведомственные документы практически в режиме реального времени.

И адвокаты, и консалтеры вынужденно встали на путь серьёзного сокращения расходов: под нож ковида попадали почти все расходные статьи. В конце весны, как неофициально рассказывали "ДП" в некоторых петербургских юркомпаниях, сокращался технический персонал, непосредственно не занятый в процессе оказания юридических услуг, часть штата переводилась на неполный рабочий день, велись переговоры с арендодателями о рассрочке и снижении платы и т. д.

Время собирать кадры

"Да, действительно, я слышал о сокращениях. Видел и вариант уменьшения рабочей недели до 4 дней. Свои издержки мы уменьшали путём снижения арендной ставки, вели переговоры с нашим арендодателем. Затраты на маркетинг и командировки снизились естественным путём, когда всё перешло в online", — рассказывает Андрей Гусев, управляющий партнёр юридической фирмы "Борениус".

Рейтинг юристов — 2020: знаковые кейсы года в судебной практике Петербурга

Рейтинг юристов — 2020: знаковые кейсы года в судебной практике Петербурга

1259

"Мы не стали сокращать сотрудников и расходы. Оптимизация деятельности происходит за счёт увеличения профессиональной нагрузки", — предложил свой путь решения проблем Андрей Тындик, управляющий партнёр Юридической конторы Гессена. А партнёр, адвокат коллегии адвокатов "Делькредере" Андрей Тимчук заявил "ДП", что компания не сокращала ни зарплаты, ни сотрудников: "Напротив, мы повысили зарплаты и увеличили штат примерно на 15%. Кризис — это время, когда на рынке много хороших кадров, и грех этим не воспользоваться".

Мечта об офисе

Компании вынужденно отправляли сотрудников на удалённую работу. И оценки этой работы оказались неоднозначными. Неофициально немало юристов жаловались "ДП" на невозможность (или сложность) работать удалённо и мечтали о выходе в офис. При этом своё желание обосновывали зачастую банальным отсутствием возможности обустроить дома рабочее место (шутки про кошек, стремящихся принять участие в online–конференции, были одними из самых распространённых).

Однако главы юркомпаний и адвокатских образований увидели немало плюсов в новом методе работы. "В определённой степени результат даже превзошёл наши ожидания. Большинство сотрудников увеличили эффективность, и мы уже приняли решение наградить наиболее отличившихся из них возможностью работать в этом режиме и после завершения пандемии. Теперь мы думаем над созданием переменных мест в офисе и привлечением удалённых работников на постоянной основе. Для этого нужно менять и бизнес–процессы, и модели управления", — рассказали "ДП" в "Делькредере".

Время бродить

Сложная экономическая ситуация в стране привела к "брожению" внутри юридических компаний. "Компании покидают и партнёры, и руководители практик, и юристы рангом ниже. Эти процессы действительно происходят и в Москве, и в Петербурге", — признаёт Андрей Тимчук. "Кризис обострил внутренние противоречия в юридических фирмах, скрытые конфликты вышли наружу, что привело к выходу из сложившихся коллективов конкурентных партнёров, а в отсутствие достаточной кормовой базы — и негенерирующих старших юристов", — добавляет Евгений Шестаков.

На "исход" сотрудников могли повлиять такие причины: отсутствие в компании финансовой "подушки безопасности", что привело к сокращению зарплат; в других фирмах произошло снижение количества проектов: персонал получает зарплату, но не работает — этот вариант тоже не всех устраивает, что заставляет юристов уходить пусть на меньшие гонорары, но с возможностью активной практики.

Однако Виктория Голдман, управляющий партнёр Eversheds Sutherland, полагает, что процесс перехода юристов, партнёров, руководителей практик и команд в другие фирмы перманентен и это обычное явление на юридическом рынке: "Я не считаю, что пандемия каким–либо образом повлияла на него. Такая тенденция больше всего, конечно, характерна для столицы, потому что именно Москва является штаб–квартирой для всех юридических международных фирм, и более того, некоторые из них представлены только в Первопрестольной. Обычно партнёр или руководитель практики со своей командой и со своим пулом клиентов уходят для того, чтобы присоединиться к другой фирме или создать “юридический бутик”. Причины этих изменений могут быть абсолютно разными, объективными и субъективными".

Пора расставаться

В Петербурге этой осенью юридическую компанию "ДЛА Пайпер" покинула Вильгельмина Шавшина, которая является признанным экспертом в области таможенного законодательства. Она стала ассоциированным партнёром компании Ernst & Young. Здесь юрист возглавила направление таможенного регулирования и международной торговли в группе по оказанию услуг в области косвенного налогообложения.

А Нина Боер покинула пост главы петербургского офиса юркомпании "ФБК Право": стороны отказались от схемы работы, близкой к юридическому партнёрству, в пользу обычной модели взаимодействия между компаниями. Как рассказала "ДП" Нина Боер, каждая команда получила свободу и независимость в вопросах выстраивания бизнес–процессов и продвижения.

"Такая модель позволит и адвокатскому бюро “НБ”, и “ФБК Право” наиболее полно реализовать свой потенциал работы с клиентами, не создавая для себя внутренних и внешних конфликтов интереса. Бренд “ФБК Право” очень сильный и известный на юридическом рынке России, но на Северо–Западе, и конкретно в Петербурге, мой личный бренд тоже силён. Поэтому опора на два бренда одновременно, без сомнения, наиболее выгодна для общего дела", — добавила Нина Боер.

Кому мать родна

Юристы, наверное, как никто другой, не любят обсуждать ни размеры своих гонораров, ни размеры доходов своих юркомпаний (да и чужие обсуждают непредметно). Однако ещё в мае эксперты ожидали спада выручки игроков рынка юруслуг только за апрель–май на 30%. При этом парадоксально, но некоторые компании (неофициально газете говорили, что это больше относилось к московским консалтерам) отказывались снижать размеры гонораров своих юристов, что явно не могло сделать доступнее их услуги для коммерсантов.

Тем не менее многие из опрошенных "ДП" юристов позитивно оценивают результаты этого сложного года и смотрят в будущее с изрядным оптимизмом. "Для нас год не является плохим в финансовом смысле. Ситуация с коронавирусом вызывает повышенную конфликтность в разных сферах общественных отношений (неисполнение обязательств, срывы госзаказов, трудовые споры и т. д.). В связи с этим востребованность судебных юристов высока и имеет тенденцию к дальнейшему росту", — заявил газете Андрей Тындик.

Его поддержал Андрей Гусев: "Сравнивая с предыдущим годом, мы можем сказать, что наша выручка выросла. Это связано с тем, что мы нашли для себя правильный фокус и собрали пул качественных, подходящих нам клиентов".

Однако Евгений Шестаков вносит здоровую долю пессимизма, напоминая о том, что "юристы — прекрасные пиарщики, любящие приукрасить действительность".

"Бравурные пресс–релизы стоит фильтровать и делить на два как минимум. Мало кто сильно вырос в этот кризис, учитывая обесценивание рубля на 20% за текущий год. Зато пострадало очень много юрфирм. Впервые были закрыты суды, госорганы. Многие говорили, что формируется отложенный спрос. Но суды и госорганы по–прежнему работают вполсилы, отложенный спрос не может покрыть все убытки", — резюмирует Евгений Шестаков.

Выделите фрагмент с текстом ошибки и нажмите Ctrl+Enter
Новости партнеров
Реклама