Алексей Стрельников Все статьи автора
16 октября 2020, 07:10 12454

Груз 159: что довело партнёров по "Деловым линиям" до уголовного дела

Фото: pr.dellin.ru

Исполнительному директору банка "Траст" Михаилу Хабарову предъявлено обвинение в мошенничестве в особо крупном размере. Инициатором его заключения под стражу выступил Александр Богатиков, основатель петербургской компании "Деловые линии". Хабаров и Богатиков в 2014–2017 годах были бизнес–партнёрами. "ДП" попытался восстановить историю их взаимоотношений и истоки многолетнего конфликта.

Как следует из заявления Александра Богатикова (131–е место в Рейтинге миллиардеров "ДП") в правоохранительные органы, Михаил Хабаров в составе группы лиц якобы похитил у него 842 млн рублей.

Совести не прибавит: перевозчики раскритиковали новые требования Минтранса

Совести не прибавит: перевозчики раскритиковали новые требования Минтранса

606
Алексей Стрельников

В 2015 году Хабаров заключил с Богатиковым (тогда единственным владельцем "Деловых линий") соглашение об опционе на приобретение 30%–ной доли в компании. Теперь Богатиков настаивает, что партнёрство было не добровольным, а его ввели в заблуждение и принудили к заключению договора. При этом потерпевшим себя в истории с опционом считает и Хабаров. Он в начале года выиграл дело в Лондонском международном третейском суде (LCIA) о взыскании с основателя "Деловых линий" $58 млн.

"ДП" изучил детали судебных разбирательств английской Фемиды и встретил много откровенных признаний предпринимателей. Из документов следует, что Богатиков пошёл на сделку с Хабаровым из страха потерять бизнес. В обмен он получал патронаж "влиятельных друзей" и "взаимодействие с госучреждениями". Со временем сотрудничество переросло во взаимные подозрения, а в составе совладельцев "Деловых линий" возникли новые лица. Этот этап покрыт завесой тайны, отмечали английские юристы, но назвали имена пришедших инвесторов, не фигурирующие в официальных документах.

Сейчас, по мнению экспертов, исполнение решения LCIA в России может оказаться под вопросом.

Силовики побывали в доме главного исполнительного директора банка "Траст" Михаила Хабарова утром 8 октября. Банкир в ходе допроса в Следственном комитете РФ заверил, что скрываться не намерен, но суд отказался его выпускать под залог 10 млн рублей. Не помогли и поручительства президента банка "Траст" Александра Соколова, акционера "Альфа–Групп" Андрея Косогова и управляющего партнёра "А1" Андрея Елинсона. Без ответа осталось и письмо сразу четырёх объединений предпринимателей (РСПП, Торгово–промышленной палаты, "Деловой России" и "Опоры России") председателю Верховного суда Вячеславу Лебедеву. В нём подчёркивается, что "содержание Хабарова М. В. под стражей противоречит ч. 1.1 ст. 108 УПК РФ, которой предусмотрен запрет на применение меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений в сфере предпринимательской деятельности".

В среду, 14 октября, столичным Главным следственным управлением СК РФ Михаилу Хабарову предъявлено обвинение в мошенничестве в особо крупном размере. Его защита посчитала процессуальное действие незаконным, отказавшись подписывать протокол. Также адвокаты подали жалобу в Генпрокуратуру.

В пресс–службе банка непрофильных активов "Траст" сообщили "ДП", что арест топ–менеджера стал "крайне неожиданным событием".

"Уверены, что Михаил, оставшись на свободе, оказал бы следствию полное содействие. Поэтому считаем, что суд избрал избыточную меру пресечения. Михаил Хабаров играет одну из ключевых ролей в деятельности “Траста”. Нам придётся скорректировать ряд бизнес–процессов", — добавили в банке.

"Не все равны перед законом": тяжким преступлениям запретили особый порядок

"Не все равны перед законом": тяжким преступлениям запретили особый порядок

391
Дмитрий Маракулин

В пресс–службе "Деловых линий" отметили, что "личные взаимоотношения не касаются деятельности “Деловых линий” и не сказываются на операционной деятельности группы".

Ход конём в эндшпиле

Конфликт бывших бизнес–партнёров по "Деловым линиям" до недавнего времени не выходил за пределы арбитражных разбирательств. За последние 3 года представители бизнесменов участвовали в судебных схватках в разных странах — на Кипре (там ранее была зарегистрирована головная организация "Деловых линий"), в Великобритании (соглашение об опционе обязывало разрешать споры в LCIA) и в судах двух российских столиц, включая районные.

Если применять к борьбе предпринимателей шахматную терминологию, то партия приближалась к эндшпилю. Перевес был на стороне Хабарова, который одержал в начале года победу в LCIA. Английский трибунал обязал Александра Богатикова, а также подконтрольные ему кипрские компании Doglemor Trade Ltd и DL Management выплатить $58 млн за нарушение соглашения об опционе. Наступление велось сразу по нескольким фронтам: под обеспечительными мерами оказались активы Александра Богатикова на Кипре на сумму не менее 2 млн евро. Обездвиженными остаются доли основателя "Деловых линий" и его родственников в Петербурге, где зарегистрировано ООО "АБ Групп" (оно контролирует 43% ГК "Деловые линии"). В борьбу также вступил бывший совладелец "Деловых линий" Игорь Богатырёв (см "ДП" № 123 от 11.09.2020), который требует с Александра Богатикова 735 млн рублей.

И вот сторона ответчика сделала ход конём, обратившись в правоохранительные органы. По сути, она поставила под сомнение сам факт добровольности заключённого соглашения об опционе, а следовательно, и необходимости исполнения решения LCIA, говорит партнёр коллегии адвокатов Pen&Paper Станислав Данилов. "Процесс приведения решения LCIA в исполнение может быть приостановлен при определённых обстоятельствах, когда для этого есть процессуальные причины. Например, когда суд убеждается, что приведение иностранного решения в исполнение может быть использовано как инструмент для достижения преступной цели. В данном кейсе, если будет установлено, что Богатикова принудили к совершению сделки, исполнение решения LCIA может оказаться последним этапом инкриминируемого преступления. Если состава преступления не увидят, то шансы на исполнение решения английского арбитража есть", — поясняет юрист.

Финальное заключение LCIA (имеется в распоряжении "ДП") проливает свет на конфликт бизнесменов. Документ представляет собой 274–страничный талмуд, написанный почти в детективном жанре. В документе приводятся показания двух сторон. Главным образом английских арбитров интересовала предыстория конфликта Богатикова и Хабарова, а также детали подписанного ими в 2015 году опциона по приобретению Хабаровым 30%–ной доли в Doglemor Trade Ltd (до 2018 года — головная организация "Деловых линий"). Это соглашение выполнено не было, из–за чего Хабаров и обратился в LCIA.

С чего всё начиналось

Александр Богатиков и Михаил Хабаров познакомились в 2013 году. К тому времени основатели "Деловых линий" разошлись во взглядах на стратегию развития, а один из соучредителей Сергей Демидов (владел 29%) решил выйти из бизнеса на наиболее выгодных для себя условиях. Он обратился за помощью к инвестиционной компании "А1". На тот момент её возглавлял Михаил Хабаров. Согласно свидетельским показаниям Александра Богатикова, он воспринимал "А1" как агрессивную компанию, которая играла на урегулировании споров между акционерами, "отрезала большой кусок от спорного бизнеса".

В 2013 году представители "А1" получили доступ к налоговым декларациям "Деловых линий". Выяснилось, что компания имела длительную историю неуплаты налогов. Согласно показаниям Богатикова, появилась угроза визита правоохранительных органов по заявлению "А1". В 2014 году налоговики действительно присмотрелись к деятельности "Деловых линий", хотя Хабаров, давая показания в Лондоне, отрицал своё участие в инициировании уголовного и налогового расследований. Впрочем, английские юристы оставили под сомнением случайный характер событий. Ведь в 2016 году именно из–за вскрывшегося факта неуплаты "Деловыми линиями" налогов на 1,6 млрд рублей Богатиков был объявлен в розыск, а счета грузоперевозчика арестованы.

Добровольно–принудительно

Английские юристы делают особый акцент на добровольности подписанного соглашения об опционе. С одной стороны, факты показывали, что Михаил Хабаров действительно имел репутацию человека, обладающего влиянием в правительственных кругах. Но при этом Богатиков вряд ли мог быть введён в заблуждение, ведь именно людей со связями он и искал, в чём и признался в LCIA. В любом случае предприниматели обсуждали возможность оказания услуг со стороны Хабарова "по взаимодействию с госорганами" за вознаграждение $10 млн. Впрочем, Хабаров утверждал, что был нанят в компанию для продвижения и защиты интересов "Деловых линий". Можно долго гадать, были ли задействованы его связи в ходе налоговых проверок в 2016 году, но Богатиков сообщил LCIA, что был сильно разочарован работой бизнес–партнёра. Хабаров, напротив, подчёркивает: финансовые результаты компании росли.

"Г–н Богатиков не был запуган тактикой г–на Хабарова в акционерном споре до такой степени, что это могло бы заставить его ввести г–на Хабарова в бизнес против собственной воли. Скорее, г–н Богатиков увидел то, что он воспринял как возможность, поэтому он охотно пригласил г–на Хабарова в свой бизнес", — делают вывод английские арбитры.

При этом LCIA отмечает, что оппоненты осторожно высказывались относительно своих финансовых ресурсов и возможности исполнения требований опциона. Наконец, в середине 2017 года (в самый разгар конфликта Хабарова и Богатикова) на сцене возникают новые инвесторы. Как следует из материалов LCIA, Богатиков рассматривал возможность потенциального вовлечения "других влиятельных лиц, включая г–на Керимова (политика и предпринимателя), г–на Гаджиева (ещё одного политика) и г–жу Башмакову (предпринимателя)".

"Поскольку я понимал, что бизнес по сути не будет представлять ценности без помощи новых инвесторов, я был готов продать им 30%–ную долю за $1 при условии их согласия сделать всё возможное для решения проблем с потенциальными расследованиями налоговых органов и органов уголовного преследования и предоставить бизнесу в будущем заёмное финансирование с низкими процентными ставками", — говорил Богатиков.

В 2017 году "Деловые линии" сообщали, что правоохранители прекратили дело против компании и её главного бенефициара, так как обязательства перед ФНС полностью погашены. Спустя год в ГК "Деловые линии" появились новые инвесторы. При этом в своих показаниях LCIA Александр Богатиков сообщал, что сумма недоплаченных налогов "Деловых линий" составляла 32 млрд рублей. Так он пытался продемонстрировать: его активы ничего не стоят, поэтому возмещать Михаилу Хабарову нечего. Проверить признаки состава преступления в деятельности руководства ГК "Деловые линии" попросил в этом году депутат Госдумы от КПРФ Алексей Корниенко. Он направил письмо на имя руководителя ГСУ СК РФ по Петербургу Александра Клауса с просьбой проверить эту информацию. Ответа из СК депутат не получил.

Возбуждение уголовного дела против бывших партнёров — традиционный, к сожалению, способ решения корпоративных конфликтов. В ситуации, когда решения таких судов, как LCIA, приводятся в исполнение, заявления о хищении, скорее всего, направлены на оказание давления на иcтца. Взаимосвязь с судебным спором представляется очевидной. Но возбуждение дела и задержание Михаила Хабарова не должны оказать формального влияния на ход арбитражного спора об исполнении решения коммерческого арбитража, поскольку не являются основанием для отложения или отказа в удовлетворении заявления.
Нина Боер
Нина Боер
партнёр адвокатского бюро "НБ"
Насколько я понимаю, в LCIA партнёр Хабарова не ссылался на принуждение. Полагаю в связи с этим, что, во–первых, в ходе следствия по уголовному делу правоохранительные органы могут дать оценку непоследовательному поведению партнёра, заявившего о принуждении только после завершения Лондонского арбитража. Во–вторых, в любом случае выводы российских правоохранительных органов не оказывают влияния на вопрос о признании и приведении в исполнение решения LCIA в России.
Олеся Петроль
Олеся Петроль
партнёр Petrol Chilikov
Выделите фрагмент с текстом ошибки и нажмите Ctrl+Enter
Новости партнеров
Реклама