Александр Пирожков Все статьи автора
21 августа 2019, 09:40 8735

Инструмент развития конкуренции. Президент Петербургской товарно–сырьевой биржи Алексей Рыбников о новых нишах

Фото: Архив "ДП"

Санкт–Петербургская международная товарно–сырьевая биржа известна как крупнейшая в стране площадка по торговле нефтепродуктами и газом. Но каждый год она находит для себя новые ниши. О том, что помогает и мешает бирже наращивать обороты, рассказал "ДП" ее президент Алексей Рыбников.

СПбМТСБ была и остается ключевым организатором торгов нефтепродуктами в России. Какую долю в доходах биржи занимает этот сегмент и какие еще у вас есть крупные товарные сегменты?

Охотники за пирамидами. Управляющий фондом по защите прав вкладчиков и акционеров о мошенниках и компенсациях

Охотники за пирамидами. Управляющий фондом по защите прав вкладчиков и акционеров о мошенниках и компенсациях

5772
Александр Пирожков

— Нефтепродукты по–прежнему занимают в наших доходах основную долю (до 90% в 2018 году). На втором месте находится природный газ, на третье место уже выходит лес, потому что объемы биржевых торгов этим товаром очень сильно выросли за последнее время. Мы за 5 месяцев этого года наторговали леса уже практически в 2 раза больше, чем за весь прошлый год. В 2018 году оборот был 1,3 млн м3, а сейчас уже более 2,5 млн м3.

Если говорить о региональном разрезе, то Красноярский край последовательно весь объем государственной лесозаготовки выводит на биржу и стал у нас лидером. По–прежнему много леса продает на бирже Иркутская область, активно торгуют Удмуртия и Пермский край. Вот четыре основных региона.

Предприятия еще ряда регионов начинают заключать первые сделки: Новгородская, Кировская области и т. д.

Какие товарные категории вы считаете наиболее перспективными с точки зрения биржевой торговли?

— У биржевых торгов газом, несмотря на все перипетии и сложности развития, большой потенциал. Причем не только в режиме, когда основные производители выходят и продают свои объемы. Я думаю, что перспективы связаны с развитием новых биржевых форматов.

Например, это коммерческая балансировка, причем не только для биржевого, но и для внебиржевого рынка, которая будет делаться через биржу. На рынке газа, к сожалению, нормативы так выстроены, что можно без больших последствий для себя заявлять потребности в больших объемах газа, таким образом создавая себе подушку безопасности. А потом не выбирать эти объемы и не нести за это никакой ответственности. Для добывающих предприятий это создает проблемы переизбытка или дефицита, ведь они реагируют на заявленные объемы, подстраивая под них добычу сырья.

Психологический стабилизатор. Глава УК "БСПБ Капитал" Дмитрий Шагардин об управлении активами

Психологический стабилизатор. Глава УК "БСПБ Капитал" Дмитрий Шагардин об управлении активами

907
Александр Пирожков

Коммерческую балансировку мы в порядке эксперимента начнем на биржевом рынке, будем применять только к объемам, не выбранным или избыточно выбранным по биржевым договорам. После завершения эксперимента мы будем распространять эту систему на весь внебиржевой рынок российского газа. В биржевых торгах лесом в этом году ожидаем кратный рост объемов. Потенциал здесь серьезный, и на внутреннем рынке, и с точки зрения организации торгов на экспорт. Прежде всего — из Сибири и с Дальнего Востока.

Чуть медленнее пока развиваются биржевые рынки сырой нефти, минеральных удобрений. Среди перспективных проектов можно назвать рынок угля (пилотный проект планируем запустить до конца года) и металлического лома.

Разве лом поддается стандартизации?

— Да, и более того, когда он поставляется на экспорт, есть соответствующая шкала градации его качества, с привязкой к ценообразованию. Стандартизуется там, конечно, не все и не полностью, есть индивидуальные особенности.

Вообще рынок угля и рынок лома весьма схожи по характеристикам. Когда к потребителю приезжает конкретная партия, должно быть проверено не только количество, но и качество. И в зависимости от того, какого качества партия приехала, может пересчитываться стоимость сделки, которую покупатель уплачивает продавцу.

Это создает определенные трудности с точки зрения организации биржевой торговли. Но по углю мы формулу нашли, как это делать, с рынком договорились, концептуально этот подход согласовали. В законодательство об организованных торгах и о клиринге все это прекрасно вписывается. Эту технологию можно применять и на других рынках. Для лома она тоже годится.

Около 7 лет назад в интервью "Деловому Петербургу" вы уделили внимание изменениям законодательства, в том числе антимонопольного, которое содействует большей прозрачности рынка нефтепродуктов и увеличению биржевых оборотов по ним. Какие нормативные акты, вступившие в силу или готовящиеся сейчас, являются стимулом для развития биржевой торговли товарами в настоящее время?

— Если смотреть с позиции государства и тех решений, которые оно принимает для стимулирования биржевой торговли, на первом месте, безусловно, Указ президента № 618 от 21 декабря 2017 года об утверждении Национального плана развития конкуренции. И, соответственно, сам этот план. Там большое место уделяется бирже.

Далее — принятое в развитие указа распоряжение правительства от 18 августа 2018 года № 1697. Оно содержит дорожную карту развития конкуренции в различных отраслях экономики. Там тоже огромное внимание уделено биржевой торговле. Государство воспринимает биржу как один из инструментов развития конкуренции. Особенно на рынках, где традиционно доминирует ограниченное количество хозяйствующих субъектов.

Недавно был утвержден еще один важный документ, который в прессе прошел незамеченным. Это план системного развития организованных торгов на товарных рынках, утвержденный вице–премьером Антоном Силуановым. Это достаточно конкретный план мероприятий, со сроками, конкретными задачами, которые должны быть решены, и ведомствами, ответственными за их решение.

Высокая роль государства для биржевой торговли вполне обоснованна. Многие вопросы, которыми мы занимаемся в конечном счете, упираются в необходимость изменения законодательства, связанного с функционированием товарных рынков. К тому же у нас в стране многое делается в формате исполнения поручений, которые генерируются правительством, министерствами и ведомствами, эти распоряжения являются сигналами для хозяйствующих субъектов.

Приведу пример по рынку природного газа. "Газпром" ограничен сегодня объемом 17,5 млрд м3 газа, которые он может продавать на биржевых торгах при условии, что независимые производители газа тоже должны реализовать 17,5 млрд м3. Это так называемый принцип паритета. Но это не работает, потому что неясно, кто должен первым продавать запланированный объем, за какой период нужно считать соблюдение паритета и т. д. Поэтому на сегодняшний день есть перекос по объему биржевых торгов в пользу "Газпрома". Стало очевидно, что принцип надо отменять. Но это можно сделать только изменением постановления правительства. И саму квоту 17,5 млрд м3 тоже нужно увеличивать, потому что "Газпром" в нее не вписывается. Идет дискуссия. Мы надеемся, что в ближайшее время нормативная база будет изменена, регуляторы в лице ФАС России сообщили о планах увеличения квоты "Газпрома" до 25 млрд м3 (постановление правительства по этому поводу вышло после взятия интервью, 17 августа. — Ред.).

В области коммерческой балансировки, про которую я говорил, тоже нужны решения правительства. Если покупателей газа заставят платить за недобор заказанных объемов или продавать их на бирже, они, во–первых, повысят точность планирования, а во–вторых, система будет сбалансирована, потому что в каждый момент времени излишки произведенного газа не нужно будет где–то хранить, поставщик всегда сможет его кому–то отгрузить: либо тому, кто изначально заказал, либо новому покупателю. Если правила поставки газа, утвержденные распоряжением правительства, не поменять, никакой коммерческой балансировки не будет.

В то же время всем очевидно, что от биржи тоже очень много зависит. Поэтому, если мы будем работать плохо, если участники торгов будут недовольны качеством сервиса, то никакими государственными решениями на биржу продавцов и покупателей не вывести, если они не почувствуют интерес.

В прошлом году случился скандал: "Роснефть" отказалась участвовать в торгах на СПбМТСБ. Через несколько дней конфликт был улажен, но осадочек, как говорится, остался. Что биржа делает, чтобы подобные ситуации не повторялись впредь?

— В первую очередь хочу подчеркнуть: ничего, что можно назвать "скандалом", не произошло. Да, имел место определенный форс–мажор, связанный с позицией крупнейшего продавца нефтепродуктов на бирже в очень непростой для рынка период. Но эта позиция была четко выражена и аргументирована, оперативно налажен диалог, в ходе которого были выработаны взаимоприемлемые решения. Все необходимые подробности мы достаточно быстро доводили до сведения общественности и журналистов.

Самое главное, что в результате событий прошлой осени очень многие вопросы, которые несколько лет обсуждались и по которым решения не принимались, пошли в работу. Это темы контроля за ценообразованием, контроля за участниками торгов, полномочий биржи, правил торгов… В результате реакции крупнейшего поставщика и после поручений, данных вице–премьером Дмитрием Козаком, мы проработали основные вопросы развития торгов, подготовили необходимые изменения и с начала января 2019 года ввели в действие — в новых правилах торгов и правилах клиринга. Это, в частности, касается борьбы с излишней активностью использования так называемых торговых роботов на нашем рынке, спекулятивно раскачивающих цены. Мы ввели повышенные платежи за заявки, которые не приводят к заключению сделки, если они превышают определенное количество. Ввели дополнительные штрафы за неисполнение сделок. То есть мы объяснили рынку, какие торговые практики нам не нравятся. Рынок к нам прислушался.

И самое главное, что эта работа не завершена. Сейчас в работе этический кодекс участника биржевых торгов. Мы обсуждаем с регуляторами тематику контроля за ценообразованием и распределение полномочий: что делает Центральный банк, что — Федеральная антимонопольная служба России, а что — биржа. В том числе это вопросы контроля в режиме онлайн за соблюдением конкурентного поведения на биржевом рынке. Есть соответствующая рабочая группа из представителей этих ведомств.

Теперь, если оглянуться и посмотреть, что и как мы делали в эти полгода, то в общем это — нормальная реакция на кризис: оперативный поиск решения, чтобы двигаться дальше. Мы видим, что действия были верными, да и крупнейший продавец практически сразу вернулся на торги, а теперь и увеличивает объемы.

Как известно, СПбМТСБ развивает и срочный рынок, в частности, много новостей было о начале торгов фьючерсами на нефть сорта Urals. Насколько заметную долю занимает сейчас срочный рынок в оборотах и доходах биржи? Какие основные инструменты на нем торгуются сейчас и какие появятся в ближайшем будущем?

— Правильнее говорить не только о месте и роли срочного товарного рынка на бирже, но и вообще о месте и роли инструментов срочного рынка в арсенале российских компаний. К сожалению, до сих пор это место мало. Инструментарий управления рисками, прежде всего ценовыми, пока слабо освоен. И эта история пока развивается не так быстро, как хотелось бы.

Однако некоторые инструменты начинают работать. Например, поставочный фьючерс на бензин, который мы запустили вместе с компанией "Газпроммежрегионгаз" ровно год назад. Этот контракт на срочном рынке активно торгуется. Мы видим, что люди не только торгуют фьючерсом — они доводят его до физической поставки. Счет поставок идет на тысячи тонн каждый месяц. Проходят десятки сделок по исполнению фьючерсов физической поставкой. Это означает, что продавец хорошо технологически подготовился к работе на срочном рынке: построил свою внутреннюю инфраструктуру, процедуры риск–менеджмента. Понимает, что такое фьючерс и как он работает. К сожалению, пока не все российские компании это сделали.

Что касается фьючерсов на Urals. Проект, которым мы занимаемся, не ограничивается только запуском биржевого контракта. Это проект, связанный с перестройкой системы ценообразования на российскую экспортную нефть в принципе.

Самостоятельной цены на Urals никогда не было, этот сорт всегда продавался по цене сорта Brent с некоторым дисконтом. Поэтому, когда встал вопрос: а давайте запустим инструмент, который бы определял биржевую цену Urals, пришли к тому, что если нет цены базисного актива, то нет и цены исполнения расчетного фьючерса. И единственный вариант, который остается, — это пытаться запустить поставочный фьючерс. Потому что он замыкается сам на себя, исполняется поставкой.

Несколько лет мы этой темой занимались — не очень пока движется. Тут огромное количество факторов. Есть факторы, которые против России в целом работают. Начиная с санкций и заканчивая недавней историей с загрязненной нефтью в трубопроводной системе. Иностранцы, конечно, достаточно скептически относятся к фьючерсам на Urals.

Но биржа все равно продолжит заниматься данной тематикой, тем более что правительство и Минэнерго РФ не снимают ее с повестки дня. Накопив опыт взаимодействия с иностранными участниками и ценовыми агентствами, мы будем пробовать построить индекс стоимости российской физической нефти другим способом. В частности, будем предлагать российским компаниям проведение аукционов и тендеров по реализации экспортной нефти на нашей базе.

Такого рода опыт у нас есть: "Зарубежнефть" уже давно этим занимается. "Роснефть" и внутренние, и экспортные тендеры проводит на нашей платформе. Пока, правда, на нефтепродукты, не на нефть. Идет проработка этих вопросов еще с несколькими компаниями.

Мы сейчас предложили российским нефтяникам действовать таким же образом на биржевой платформе, по индивидуальным правилам, в соответствии с процедурами, принятыми в отдельно взятой компании. Сможем организовать тендеры и получить конкурентное ценообразование на продукцию. Поработать так год–два, накопить опыт, а дальше стандартизовать условия проведения аукционов. И тогда уже на данной базе можно будет вывести цену физической российской нефти Urals.

С аукционами сегодня экспериментируют серьезные мировые игроки. На Дубайской бирже аукционы проходят уже несколько лет. Чикагская товарная биржа весной этого года начала проводить аукционы на физическую нефть. Притом что у них с фьючерсами на нефть все хорошо. То есть рынок понимает, что здесь надо искать новые возможности выявления справедливых цен. Ведь с мировым нефтяным ценообразованием в целом сейчас большие проблемы. Физического объема нефти сорта Brent практически не осталось. Тем временем огромный процент срочных контрактов привязан к нему. Так что надо как–то модернизировать эту систему.

Можно ли в качестве участника торгов на СПбМТСБ зарегистрироваться физическому лицу? Сколько всего участников на бирже и кто они в основном?

— Всего у нас более 2 тыс. участников, ведущие холдинги, средние и небольшие компании, ИП, но не физлица.

Если говорить о структуре секции нефтепродуктов, то основные продавцы — крупнейшие ВИНК (вертикально интегрированные нефтяные компании. — Ред.), основные покупатели — это трейдеры, брокеры.

Конечные потребители тоже присутствуют, но у большинства из них для прямого выхода на биржу не хватает организационных ресурсов, штата квалифицированных менеджеров. Поэтому зачастую им выгоднее подавать заявки на биржу через своего брокера или покупать у посредника.

Здесь играет роль, сколько ты покупаешь, устраивают ли тебя стандартные условия поставки, установленные биржей. Если нужен индивидуальный график поставки, дополнительное финансирование, то, скорее всего, вы будете работать с инфраструктурной организацией, профучастниками рынка, деятельность которых, как мы уже говорили, подвергается сегодня все большему контролю.

О персоне: Алексей Рыбников

— Родился в 1965 году в Москве.

— В 1987 году окончил МГИМО по специальности "экономист".

— С 1991 по 2004 год работал в банках "Еврофинанс" и "Дж. П. Морган Банк Интернешнл", а также в Национальном депозитарном центре.

— С 2003 по 2009 год — генеральный директор Фондовой биржи "ММВБ", старший вице–президент ММВБ.

— С 2009 года по сентябрь 2011 года — гендиректор торговой системы RSX.

— В сентябре 2011 года избран президентом ЗАО "СПбМТСБ".

О компании: Санкт–Петербургская международная товарно–сырьевая биржа

— Создана в мае 2008 года.

— Основные акционеры — "Роснефть", "Транснефть", "Транснефтепродукт", "Зарубежнефть", "Газпром нефть", РЖД, правительство Петербурга, "Сургутнефтегаз" и др.

— По итогам 2018 года на бирже реализовано 19,97 млн т нефтепродуктов, 15,13 млрд м3 природного газа.

— Количество участников торгов в конце 2018 года — 2199.

— Оборот торгов по итогам 2018 года — 924 млрд рублей.

Выделите фрагмент с текстом ошибки и нажмите Ctrl+Enter
Новости партнеров
Реклама