Зимний скачок. Кто больше всех пострадал от инфляции

Уже месяц, как официальные лица говорят нам, что пик инфляции пройден, что это был кратковременный скачок… Их послушать — кажется, что цены стали как раньше. Как бы не так. Это их рост стал как раньше. Но сами цены вышли на новые уровни. Это вызвано повышением с 1 января НДС на 2%. То есть рост совершенно рукотворный, сознательно созданный правительством, которое захотело больше денег в бюджет.

Зачем ему это надо — понять невозможно, ведь у него колоссальные денежные запасы (12,6 трлн рублей на 1 апреля) просто лежат на счетах без дела. У него — огромный бюджетный профицит. И все равно правительству хочется все больше… Но ведь деньги берутся не из ничего. Правительство, собирая их в виде налогов, сокращает доходы населения и бизнеса. Что тормозит экономику и снижает уровень жизни. В общем, как читатель уже понял, на взгляд автора, никакой необходимости в повышении налогов не было. Осталось оценить размер вреда.

Это трудно. Ведь нельзя поставить повторяющийся эксперимент в тех же условиях. Как быть? Понимая условность такого метода, сравним инфляцию с уровнями прошлого года. Исходя из предпосылки, что если бы не повышение НДС, то все было бы как раньше. Как видно на картинке, инфляция начала расти не 1 января 2019 года, а сильно заранее — как только были объявлены планы повышения НДС. За последний год (май 2018–го — апрель 2019 года) она выросла на 5,1%. А в аналогичный период год назад — только на 2,4%. То есть рост налога на 2% от цены дал скачок инфляции 2,7%. При этом стоит вспомнить, что рост НДС распространялся не на все товары. Льготные категории были исключены, а это значительная часть товарооборота. Если прикинуть грубо, то рост НДС обернулся двукратным скачком инфляции. Это очень плохо, очень сильное влияние (или, как говорят экономисты, высокий мультипликатор).

Получение допдоходов бюджетом (которые ему в общем–то и не нужны) обернулось падением реальных доходов населения. Но вернемся к льготным категориям, на которые НДС не вырос. Наверное, читатель ждет, что тут скачка цен не было? Главной такой категорией являются продукты питания (не все, исключены деликатесы и т. п.). И тут мы видим парадокс. Именно на продукты питания скачок цен был самый сильный: цены выросли на 5,9% против 2,4% годом ранее. Если в среднем 1% роста НДС привел к дополнительному росту цен на 1,35%, то в продуктах питания — на 1,75%.

Почему? Потому что магазины логично повысили цены не на то, что подорожало в опте (прежде всего непродовольственные товары), а на то, подорожание чего приведет к наименьшему спаду потребительского спроса (на языке экономистов — на товары с наименьшей эластичностью). От покупок продуктов не откажешься… Теперь вспомним, что на продукты бедные тратят гораздо бoльшую долю своего бюджета, чем богатые. И понимаем, что именно по бедным скачок инфляции ударил сильнее всего.

В заключение. Есть еще целый ряд явлений, сопровождающих инфляцию, но формально инфляцией не считающихся. Росстат их не учитывает.

Шринкфляция (англ. shrinkflation), она же даунсайзинг (англ. downsizing), — снижение производителем количества, объема или веса товара при сохранении или непропорционально малом снижении отпускной цены. Например, упаковка с 9 яйцами почти по той же цене, что ранее с 10.

Даункволитинг (англ. downqualiting) — снижение производителем качества товара без снижения или при непропорциональном снижении отпускной цены. Например, использование пальмового масла вместо оливкового и т. п.

Апсортинг (англ. upsorting) — вымывание товаров дешевого ассортимента в пользу аналогичных, но более дорогих товаров. Например, 100–й бензин вместо 98–го.

В этом словотворчестве — только доля шутки. Первое слово уже попало в русскую "Википедию", но два последних изобрел автор. Хотелось бы, чтобы и сами явления были его выдумкой, но увы…

Алексей Михайлов, экономист