Гаммы на органе. Почему в Порвоо можно устроить серьезный музыкальный фестиваль, а в Комарово — нет

Можете представить новый концертный зал под Петербургом? Думаю, большинство ответит "да". Особенно в свете гергиевского — в Репино. Правда, пока он остается довольно закрытым и скорее представительским, чем реальным. А для какой музыки? Вообразить себе некое подобие Юрмалы с поп–составом в районе Комарово несложно, но что–то более серьезное — нелегко. Даже в Гатчине: решаются на Ночь музыки, но ни о каких попытках построить зал и речи нет.

Из воздуха или на ветер. Президент "Усадьбы  Jazz" Мария Сёмушкина о том, почему музыкальные фестивали всё равно не бизнес

Из воздуха или на ветер. Президент "Усадьбы  Jazz" Мария Сёмушкина о том, почему музыкальные фестивали всё равно не бизнес

3727
Георгий Вермишев

Впрочем, даже если представить, то репертуар получится скорее очень летний: Павловский курзал, перенесенный в наше время. И исполняемые композиторы под стать идее — Рахманинов, Штраус, Чайковский. Нет, это все хорошая музыка, но риска ноль. Другой вариант — органный зал. Договориться с какой–нибудь протестантской церковью — и вперед. А любая органная музыка давно стала символом высокой духовности. Вне всякой зависимости от того, как сыграно. Можно хоть гаммы на органе исполнять, и все будет хорошо.

Приходится признать, что гибких решений в области музыки у нас все меньше и меньше. На все и за все Мацуев — локомотив с громким звуком.

А рядом — Финляндия. Перенятая советская система музыкального образования сделала ее едва ли не самой продвинутой в этом отношении страной Европы. Одних дирижеров экстра–класса, по самым скромным подсчетам, полдюжины. Когда у нас — два с половиной. И при этом их дирижеры проводят летом еще и музыкальные фестивали, подчас в довольно глухих местах. В Порвоо проходит фестиваль современной музыки (состоялся буквально на днях), там дирижеры меняются, часто ими становятся композиторы in residence. В этом году руководил Сакари Орамо, главный дирижер Стокгольмского филармонического и BBC в Лондоне.

Несколько лет собирался я на этот фестиваль и в этом году выбрался на заключительный концерт. Само здание — перестроенная фабрика. Зал — бывший цех, все очень просто: бетонные опоры остались, сделано ступенчатое повышение пола. Стены отделаны колотым кирпичом для акустики. Изначально и этого очень изысканного, хотя и простого кирпича не было. В зале играют и джаз, и рок, и поп, а довольно часто — серьезную музыку.

Программа была крайне продуманной. Электронный Ксенакис ("Восток / Запад") перетек в бисерного и вокально гиперсплетенного Вивье ("Бухара"). Фольклорный трепак на редком народном йоухикко буквально сросся с колыханием струнного вступления к "Луоннотар" Сибелиуса. Шедевр пела феноменальное сопрано Анну Комсу, и пела так, что это воспоминание на всю жизнь. Это едва ли не первое произведение Сибелиуса на финском, мало кто решается к нему подступиться. Недаром Элизабет Шварцкопф гордилась именно им. На сей раз — монодрама на 15 минут с вокальными затуханиями и почти эхо немыслимого качества.

К этому были добавлены еще два финских сочинения, одно новое, другое — 1980–х. Сыграны отменно, так подготовить премьеру соберутся не многие. Вообще, финны играют новую музыку едва ли не в каждом втором симфоническом концерте. И своих классиков середины XX века не забывают, и новых исполняют постоянно. У нас же концерты Петербургской музыкальной весны уже несколько лет как стали бесплатными. Видно, не верят в интерес публики. И своих классиков давно не играют. Имя Бориса Тищенко практически исчезло с афиш, молодая публика о нем практически не знает. Как, впрочем, и о Галине Уствольской, а в Зальцбурге (!!!) в этом году ее играют в пяти концертах.

В Порвоо финалом стала 2–я Шумана, сыгранная продуманно, азартно, тонко, с чувством. Не до конца доверился себе, проверил дома по Челибидаке — финны не уступили.

Шика–блеска дай. Обозреватель "ДП" о буржуазности, русском стиле в архитектуре и кирпичах для общества

Шика–блеска дай. Обозреватель "ДП" о буржуазности, русском стиле в архитектуре и кирпичах для общества

9875
Алексей Лепорк

И при этом важно, что публика не столько молодая, среднего возраста было даже больше, чем юных. Можно списать все на спокойную жизнь финских пенсионеров, а можно — на готовность на концерте размышлять, пытаясь понять. В этом, наверное, еще один смысл. Не только слушать давно знакомое, но работать головой. А для успокоения прожить симфонию Шумана.

И при этом все крайне демократично. И в тихом месте — с населением 48 тыс. жителей. Да, в часе езды от Хельсинки. У нас такой концерт, впрочем, и в культурной столице не представишь.

А потому Ночь музыки — затея хорошая, хотя и сомнительная. Но стабильно думающая музыкальная жизнь еще лучше. Она ведь и мозги шевелит, не только чувства. Эйнштейн играл сонаты Моцарта вряд ли зря. А нам для встряски сознания нужно разное. Современное не помешает, а если бы рядом с дачей — то совсем здорово.

Алексей Лепорк, обозреватель Все статьи автора
15 июля 2018, 10:23 694
Новости партнеров
Реклама