Фото: Из личного архива М.Рахлина.

Михаил Рахлин: естественный отбор закончился

Заслуженный тренер России по дзюдо Михаил Рахлин о бизнес-задачах, стоящих перед современными спортивными менеджерами, выращивании специалистов в собственном коллективе, искушении атлетов и тренеров госслужбой и о том, мешает или помогает ему знакомство с Владимиром Путиным.

Тренер в советское время отвечал за все аспекты спортивной жизни. Он и в зале трудился, и занимался хозяйственными и финансовыми вопросами, и бытовые проблемы своих учеников решал. Сейчас, с развитием спортивного менеджмента, по-другому?

"Я все время чем-то недоволен в своей музыке". Саксофонист Игорь Бутман о джазе, президентах и публике

"Я все время чем-то недоволен в своей музыке". Саксофонист Игорь Бутман о джазе, президентах и публике

483
Сергей Князев

— В дзюдо на уровне национальной сборной, на самом высоком уровне, система менеджмента выстроена эффективно, вопросы решаются быстро, потому что глава Федерации России — сам успешный руководитель. Там, где есть дополнительное внебюджетное финансирование и эффективные управленцы, там все хорошо. А вот на местах особо ничего не изменилось. Только бюрократии стало еще больше. Количество различных отчетов и бумаг, которые должен заполнить тренер, чтобы просто войти в зал к спортсменам, только растет, не говоря уже о поездках на учебно-тренировочные сборы и соревнования. В итоге приходится заниматься бумажными и административными делами вместо того, чтобы сфокусироваться на подготовке спортсменов.

Из-за подобной волокиты тренер выгорает эмоционально и, когда доходит до зала, сил работать с людьми, выполнять свои прямые обязанности у него практически не остается. Таким образом, КПД тренера как профессионала, наставника оказывается крайне занижен.  

Вы же не будете отрицать, что в отечественное и зарубежное дзюдо уже довольно давно пришли очень большие деньги?

— Действительно, в дзюдо в последнее время инвестируется больше средств, чем это было раньше. Конечная цель, как и в любом другом виде спорта, — высокие достижения, престиж страны и т. п. Но, как известно, каждая инвестиция должна приносить доход. В результате дзюдо должно стать коммерчески не менее успешным, чем, скажем, теннис, футбол, хоккей. Поэтому бизнес-задачи перед спортивными менеджерами стоят очень конкретные: понятные лишь профессионалам соревнования на татами преобразовать в привлекательные для зрителей, зрелищные спортивные шоу.

Что вы делаете, чтобы, если что-то переменится и деньги из дзюдо уйдут, после вас не осталось выжженное поле?

— Недостаточно заниматься только спортом высоких достижений. Чтобы система четко функционировала, а ее будущее не зависело от какого-то одного источника финансирования или от регулярности денежных поступлений, следует создать многоуровневую инфраструктуру. Спорт высоких достижений базируется на детско-юношеском спорте. Следующий уровень — центр олимпийской подготовки, финансируемый от других источников деятельности.

Сегодня сам я развиваю такой проект и, надеюсь, уже года через два у нас будет возможность оценить первые результаты.

За все в ответе: как реформируют российский спорт

За все в ответе: как реформируют российский спорт

464
Михаил Шевчук

Несколько лет назад по инициативе клуба дзюдо "Турбостроитель" из отделения дзюдо районной спортшколы была создана СДЮСШОР по дзюдо имени Анатолия Рахлина. В настоящее время школа функционирует под патронажем общественных организаций в тесном содружестве с близлежащими детскими дошкольными учреждениями, общеобразовательной школой и КОР-1.

На практике мы видим, что система успешно работает. Мы имеем приток в дзюдо талантливых детей, а образовательные учреждения бонусом получают обустроенный спортивный зал для занятий детей и профессиональных тренеров-наставников. Теперь нам предстоит трансформировать ее в более масштабный проект. В ближайшие 2-3 года планируем построить детско-юношескую спортивную школу уже по четырем видам спорта: стрельбе, фехтованию, художественной гимнастике, дзюдо. Кстати, такой выбор не случаен: в Ленинграде-Петербурге каждый из этих видов спорта имеет свою историю, определенные традиции, успехи и сложившуюся тренерскую школу. Таким образом, не создавая нечто с нуля, мы ставим задачей усовершенствовать уже имеющуюся жизнеспособную систему, вкладываем в ее материально-техническое оснащение.

Одновременно с этим готовимся реализовать еще один план, касающийся проектирования загородного филиала нашей будущей школы для круглогодичной подготовки спортсменов. Здесь же будет организована научно-методическая площадка для проведения различных мероприятий для профессионалов от спорта: от заседаний судейской коллегии до семинаров и тренингов по повышению квалификации для тренеров. Правительство Петербурга поддержало нашу инициативу. Подписано постановление, согласно которому нам выделен участок земли в Курортном районе на заброшенной территории старого детского сада.

/
Купить фото
Alternate Text
Alternate Text
Alternate Text

Кадровые вопросы как решаете?  

— Естественно, как на уже существующие, так и на будущие проекты нам требуются талантливые, опытные кадры. Нанимать кого-то извне я пока не планирую. Моя задача — вырастить собственную команду профи из бывших спортсменов и начинающих тренеров, чтобы в дальнейшем задействовать их в своих структурах в сфере спортивного менеджмента, спортивной медицины или, скажем, на административных позициях. Уже сейчас меня окружают те, кто рядом по нескольку лет и за это время имел возможность доказать свою состоятельность на ту или иную роль в моей команде. Они могут быть великолепными спортсменами, но без педагогической подготовки и минимального практического опыта допускать их сразу к тренерской или административной работе нельзя.

Уже много лет подряд для спортсменов, которые хотят строить свою карьеру в спортивном менеджменте, мы организуем и полностью финансируем профессиональное образование, включая стажировки за рубежом. Так, с 2000-х годов наш клуб тесно сотрудничает c Токайским университетом в Японии, проректором которого является легендарный олимпийский чемпион Ясухиро Ямасита. Началось все благодаря дружбе моего отца с господином Ямаситой. Совместно они создали авторскую программу, ориентированную на перепрофилирование наших спортсменов и повышение квалификации начинающих тренеров, которые раз в год выезжают в Японию, в Токайский университет, на мастер-классы и семинары. Программа действует и по сей день. Часть расходов берет на себя Фонд поддержки и развития дзюдо им. Анатолия Рахлина. Другая часть финансируется из фондов возглавляемого Ясухиро Ямасита НКО "Солидарность международного обучения дзюдо" (Non-Profit Organization "The Solidarity of International Judo Education").

В последнее время стало модно на все должности ставить людей с деньгами, только лишь потому, что у них есть власть, есть ресурсы, есть какие-то рычаги влияния. Бизнесмены занимались спортом, медициной, культурой, даже армией. К чему это порой приводило, мы видели. Они могут быть попечителями или работать в наблюдательном совете. Однако руководить всей системой должны профессионалы именно от спорта. Безусловно, в людей нужно вкладывать время, знания, деньги. Да, на это уйдет не один год. Но, оценивая свои планы в перспективе, на глобальном уровне, знаю, что в итоге мы только выиграем.

Возможно ли сегодня существование тренера, который, как когда-то ваш отец, проходит все три стадии и доводит спортсмена от мальчишки до члена сборной команды страны?

— Сегодня это возможно только как исключение из правил. Чтобы вырастить одного спортсмена уровня национальной сборной, нужна целая команда. Вот, кстати, отличие нынешнего тренерского дела от советских времен, когда кто-то один выходил на самый верх методом естественного отбора. В России — 300 тыс. дзюдоистов, в Японии — 5 млн, и понятно, что, если полагаться только на "естественный отбор", мы здесь гарантированно проиграем. Сейчас не может быть один тренер, который отвечает за всё. Один педагог сегодня занимается начальной подготовкой, прививает любовь к спорту. Второй доводит до определенного технического уровня. Третий работает уже со спортсменами уровня сборной страны, где более важны тактическая подготовленность и психология.

Вас приглашали когда-нибудь на госслужбу

с вашим опытом создания команды, управления большими проектами?

— Вокруг меня разговоры такие ведутся, но до конкретных действий пока не дошло в том числе и по моей инициативе. Сейчас я являюсь советником губернатора Санкт-Петербурга по спорту на общественных началах. Меня такая роль устраивает, поскольку я — действующий тренер, и мне нужна свобода во времени и перемещениях. Ведь пока ты ведешь спортсмена, ты должен быть рядом с ним на сборах и соревнованиях. Как только ты сел в кабинет, личный контакт со спортсменами и тренерами теряется. Жизнь покажет, но до 2020 года, до Олимпийских игр в Токио, примерять на себя роль руководителя не планирую!  

К слову, не так давно ко мне обратились братья Хасан и Хусейн Халмурзаевы и попросили, чтобы я руководил их подготовкой к следующей Олимпиаде. Хасан — действующий олимпийский чемпион, Хусейн — призер чемпионата Европы. Есть у меня в команде сильные девушки: Алена Прокопенко, Анастасия Конкина, Галия Сагитова, которых я много лет веду, а теперь рассчитываю на их участие в предстоящей Олимпиаде и успешное выступление.  

Должен ли большой спортсмен становиться крупным руководителем?

— Одно другого не исключает, если на то есть талант и определенный склад характера. Но ставить спортсменов на какие-то должности только потому, что они завоевывали медали и теперь нужно их куда-то пристроить, — это неправильно. Они определенно нужны, чтобы передавать следующим поколениям чемпионскую энергетику, лидерские качества, свои умения и опыт, но для этого нужны специальные знания. Чтобы учить других, нужно самому прежде получить соответствующее образование.

И все же, если вам поступит предложение пойти на госслужбу, как вы к нему отнесетесь?

— Сразу точно не откажусь. Однако оголтело делать карьеру тоже не собираюсь. Я должен быть уверен, что новая должность, равно как и команда, в которой предстоит работать, стоят того, чтобы оставить собственные проекты. Сейчас же я намерен завершить то, что уже начато: школа, большой спорт, и на это потребуется еще 2-3 года.

Я начинал работать тренером, еще будучи студентом, с нуля, прошел все этапы, возглавил клуб. Сейчас занимаюсь созданием инфраструктуры нашей спортшколы, одновременно готовлю спортсменов к Олимпийским играм 2020. За свою профессиональную жизнь научился находить общий язык с самыми разными людьми: спортсменами, тренерами, бизнесменами, руководителями разного уровня. Подобный опыт, уверен, мне в дальнейшем еще пригодится! На словах очень много великих управленцев. Однако на практике за словами всегда должны стоять конкретные дела!

Великого баскетболиста Майкла Джордана на пике его карьеры как-то спросили, при каких условиях он готов оставить баскетбол. Он ответил: "Миллиард долларов и время подумать над вашим вопросом". Что можно предложить вам, чтобы вы оставили дзюдо?

— Не столь важно, куда ты уходишь, сколь важно, куда ты в конце концов возвращаешься. Если я займусь бизнесом, то заработанное я все равно буду вкладывать в клуб, в детей, в тренеров... Если окажусь на государственной службе, то буду делать всё, чтобы в том числе помочь клубу, который делает большое и правильное дело. Так или иначе я ведь все равно продолжу участвовать в развитии и становлении своего детища. Для меня клуб и школа — дело жизни, как посаженное дерево и построенный дом. Так зачем уходить? Если есть силы, время и, самое главное, желание, то любые дела можно качественно совмещать.

Если бы у вас как советника губернатора по вопросам спорта спросили: что в системе нашего спорта нужно изменить, что бы вы ответили?

— Не сказал бы, что в Санкт-Петербурге так плохо обстоят дела в области спорта, однако, считаю, поработать есть над чем. К примеру, в дзюдо за профнепригодность я бы уволил чуть ли не половину тренеров. Эти люди занимают чужое место, а государство тратит на их содержание бюджетные деньги. Проблема может быть решена введением системы профаттестации и даже лицензирования тренерской деятельности. Последнее станет эффективным способом пресекать так называемых "тренеров" — случайных людей, которые называют себя специалистами, при этом не имея ни должного образования, ни морального права работать с людьми. Эта проблема касается всех популярных видов спорта, а не только единоборств. Открывают по городу, часто в жилых домах, в переоборудованных полуподвальных помещениях, спортзалы, катки в торговых центрах, набирают группы, собирают деньги, а результат от подобных занятий — нулевой. Обычное выкачивание денег из населения. О каком развитии детско-юношеского спорта и популяризации физической культуры здесь можно говорить?

Во-вторых, нужно не забывать и о том, что у нас в городе подавляющий процент спортивных школ и училищ олимпийского резерва не обладают нормальной материально-технической базой, отсутствует современная, хорошо развитая инфраструктура. Школы функционируют, а баз нет! Поэтому необходимо создавать новые комплексы с полноценной системой площадок и т. п.

Из чего следует, что, в-третьих, не стоит разбрасываться средствами, которых, по сути, нет, на все подряд. Министерство спорта и его структуры в регионах должны заниматься только олимпийскими видами плюс теми видами, которые считаются традиционно нашими, которые зародились в нашей стране и стали частью нашей истории. Их совсем немного: самбо, русский хоккей и т. д. Поддерживать на госуровне, вкладываться финансово нужно именно в это направление. Неолимпийские виды спорта тоже должны быть, но как хобби, удовольствие, развлечение, и курировать их, на мой взгляд, должно ведомство, отвечающее за молодежную политику. Если помните, в России раньше было министерство спорта и молодежной политики. Сейчас стало два отдельных ведомства, отвечающих конкретно за спорт и конкретно за молодежь. Это правильно, но нужно идти дальше.

Знакомство с Владимиром Путиным вам сегодня помогает или мешает?

— Знакомство с Владимиром Владимировичем, конечно, помогает. Но право иметь свое мнение, как и авторитет, нужно заработать. Прежде чем мое слово приобрело какой-то вес, я более 20 лет трудился и не стесняюсь говорить об этом вслух. Мне есть, чем гордиться, помимо знакомства с президентом страны. Да, я прошел все этапы тренерства. Тысячи мальчиков и девочек прошли через мои руки. Большинство из них стали успешными людьми, здоровыми гражданами нашей страны. Кто-то достиг уровня национальной сборной, стал олимпийским чемпионом. Рос сам и росли мои подопечные.

Как я уже рассказывал, своими силами мы восстановили старый заводской спортклуб, преобразовав его в современный тренировочный центр "Клуб дзюдо "Турбостроитель", теперь создаем спортивную инфраструктуру. А ведь тем самым мы приносим пользу нашему городу, людям: организуем новые рабочие места, помогаем спортсменам перепрофилироваться, оплачиваем им дополнительное образование, создаем комфортные условия для молодых тренеров, стимулируя их таким образом профессионально развиваться. В конце концов, предоставляем возможность сотням мальчиков и девочек бесплатно заниматься спортом, реализовывать свои лучшие качества через физическую культуру, а не на улице.

Мне кажется, что те, кто Путина не любит, не без удовольствия критикуют его в вашем присутствии.

— Да, и иногда это принимает форму провокации, но я уверенно справляюсь с этим. Мне есть что ответить оппонентам, и это всегда не пустые слова, а реальные факты.

Сам Владимир Путин говорил, что ваш отец

едва ли не единственный из близких ему людей, кто у него никогда ничего не просил. Вам приходилось просить о чем-то президента?

 

— Такое утверждение не совсем верно. Отец иногда просил. Но те просьбы касались исключительно развития детского спорта, в частности дзюдо. О помощи для себя, своей семьи, личного благополучия речи не шло категорически. В деятельности нашего клуба и школы Владимир Владимирович лично не участвует, и какой-либо его особой протекцией мы не пользуемся. Когда мне предоставляется возможность с ним увидеться, я просто рассказываю, чем живет школа, клуб, как развивается, о наших успехах и достижениях. Он всегда очень внимательно слушает. Ведь когда-то и он сам тренировался в "Турбостроителе", стремился к высоким спортивным результатам, завоевывал медали.

Расскажу один эпизод. 7 мая 2000 года Владимир Путина пригласил моего отца в Кремль на инаугурацию. Но тот не смог присутствовать, так как был на спортивных сборах. Вернее, его не смогли найти, чтобы передать именное приглашение. Он увиделся с Путиным уже на следующий день. На память о той встрече Владимир Владимирович подарил отцу две фотографии из личного архива. Одну подписал: "А. С. Рахлину с любовью", а вторую — "Моему родному с/к "Турбостроитель". Мне кажется, этим многое сказано!

Для меня важно, чтобы сегодня он мог так же гордиться нами, как мы им. От своего отца я хорошо знаю биографию того поколения и, в частности, его самого, знаю, каким он был в юности, как умел побеждать и проигрывать, как закалялся его характер, формировалась личность. Так вот, за статусом самого влиятельного в мире политика стоит настоящий, искренний и трудолюбивый человек. Наш президент достоин большого уважения и как человек, который сделал себя сам, и как хороший спортсмен, который имел все шансы прославить нашу страну на спортивном поприще, если бы выбрал для себя такой путь!

Сергей Князев Все статьи автора
17 ноября 2017, 00:01 3190
Новости партнеров
Реклама