Фото: Сергей Коньков

Историк Лев Лурье о том, что петербургская оппозиция должна как можно быстрее сделать

Первомайская демонстрация, собственно, и стала тем петербургским карнавалом, который никак не удавался Валентине Матвиенко. Приветливые полицейские ласково провожали глазами горожан, ставших на пару часов политическими актерами. Открывало демонстрацию чинное шествие бюджетников во главе с губернатором и спикером: вместе с народом и в беду, и в праздник. Зрелище вполне советское. Впрочем, ни Василий Толстиков, ни Григорий Романов во главе толп не ходили — какой–никакой прогресс, авторитаризм с человеческим лицом.

Вот парадный подъезд. Лев Лурье о том, что первым делом видят туристы в России

Вот парадный подъезд. Лев Лурье о том, что первым делом видят туристы в России

28000
Лев Лурье

Троцкисты, анархисты, нацболы, ленинцы и сталинцы обозначали левый сектор. Для наследников коммунизма так же обязателен дресс–код, как татуировки на зоне. Черное, красное, кепки, майки с Че, береты, "рот–фронт". И, проходя мимо витрин Елисеевского магазина, — дружное: "Ешь ананасы, рябчиков жуй: день твой последний приходит буржуй!"

Самые отчаянные речевки и одеяния — у геев и лесбиянок. Красные зонты обозначали движение квир–феминистской аффинити арт–группы "Нежелательная организация" и движения "Серебряная Роза", объединяющего свободолюбивых секс–работниц. Известный всем депутат, как злобный уличный пес, конвоировал колонну ЛГБТ, рвался с поводка, лаял, рычал, захлебывался слюной.

Молча, скорбя о России, следовали националисты в монашеском черном, имперцы, белогвардейцы–реконструкторы, язычники–родноверы, поклоняющиеся Велесу и Даждьбогу. Веганы требовали не мучить ни китов, ни кроликов, забыть про мех, бифштексы, гамбургеры, докторскую колбасу. Экологи призывали к раздельному сбору мусора.

"Открытая Россия" несла полотнище со злейшими врагами прогресса — Русланом Кадыровым и Николаем Кропачевым.

Шли обманутые дольщики, жертвы валютной ипотеки, дальнобойщики против "Платона", защитники Баболовского парка, противники строительства города Южного, запертые в гетто жители Шушар и Новой Охты, "яблочники", "Справедливая Россия", Партия роста.

Ингерманландцы под национальными желтыми флагами обсуждали будущие границы свободной Ингрии. Радикалы настаивали на включении в будущее государство Боровичей и даже Старой Руссы. Умеренные соглашались на рубеж по Оредежу.

Читатели защищали Публичку, астрономы — Пулково, студенты — Европейский университет, Полиграфический колледж и Гидромет.

Первомай в Петербурге: неформальные и оппозиционные движения повеселились на славу

Первомай в Петербурге: неформальные и оппозиционные движения повеселились на славу

13596
Виктор Овсюков

За Исаакий в городском подчинении выступали все. Разногласия на время забыли. Все жалели полуослепшего Навального, никто — Путина: надоел, что ли.

Петербургские власти, кажется, убедились: лучше разрешить, чем запретить. Для недовольных шествия и демонстрации становятся способом выпустить пар, пообщаться, пройтись — почти светским, обычным, безопасным ритуалом. Можно идти с детьми и собаками.

Ораторы все те же, выступления, как всегда, неинформативны и затянуты. Артисты на этом спектакле лучше режиссеров.

Протест, впрочем, эффективен и в таком виде: размах и степень возмущения заставляет Смольный и Кремль идти на уступки. Публичку не сливают с Ленинкой, обещанные сроки передачи Исаакия РПЦ сорваны, Европейский университет пока работает.

Митинг, вообще говоря, успешен только в качестве запала мятежа — как молитва перед боем. Но никаких предпосылок и никакой необходимости в мятеже петербуржцы, даже оппозиционные, явно не видят. Очевидно другое: всякая смена городской власти потребует от оппозиции связной программы и, что еще важнее, определенных кадровых предложений. Любимый аргумент начальства: вы горазды критиковать, предложите альтернативу.

В стране очевидным образом происходят изменения. Ожидать можно чего угодно, в том числе и новых, внеочередных губернаторских выборов. Если это "наш город", то должны быть амбиции им руководить — внятные лидеры и программа. Избирательные блоки надо образовать уже сейчас: критически настроенный к власти избиратель устал от бесконечных разборок внутри демократической оппозиции. Борьба за Исаакий показала — противоречия устранимы.

В Петербурге есть опыт борьбы за Законодательное собрание, в Мариинском дворце всегда присутствовали дерзкие и квалифицированные оппоненты городской властной элиты. Хуже с кандидатами в исполнительную власть. Это важно. Вспомним, хаос февраля 1917 года удалось на время сдержать потому, что Прогрессивный блок заранее наметил двенадцать кандидатов на премьерскую и министерские должности.

Мне кажется, и кандидатура будущего губернатора, и состав его кабинета должны стать предметом общественного обсуждения. Городу нужно министерство доверия, объединяющее лучших сити–менеджеров. Среди них могут быть и люди бизнеса, и политики, и действующие чиновники, не обязательно петербуржцы. Давайте поиграем в эту игру: составлять списки вообще увлекательно.

Лев Лурье, историк Все статьи автора
5 мая 2017, 13:34 5202
Выделите фрагмент с текстом ошибки и нажмите Ctrl+Enter
Новости партнеров
Реклама