Жанна Журавлева Все статьи автора
30 августа 2009, 11:04 1151

Андрей Албитов: "Представьте, что антивирус — это стиральный порошок"

Андрей Албитов
Фото: Trend

Директор российского представительства ESET, производителя антивируса Nod32, Андрей Албитов рассказал "Деловому Петербургу" о росте прибыли, борьбе с пиратством и представил антивирус в роли стирального порошка.

"ДП": Андрей, с каким из следующих утверждений вы согласны? По мнению Евгения Касперского, вирусов во время кризиса становится больше в разы, так как многие программисты остаются без работы. В финской F–Secure говорят: кризис ничего не меняет.

МВД вызвало "Доктора Вэба"

МВД вызвало "Доктора Вэба"

1493

Андрей Албитов: Я склонен согласиться с финскими коллегами. Как правило, вирусные эпидемии связаны с тем, что в очередной версии операционной системы или какого–либо софта найдена критическая уязвимость. Вирус эту уязвимость использует, распространяется на миллионы компьютеров. Но это бывает редко — раз в год, иногда раз в несколько лет. И вряд ли это связано с финансовым кризисом.

Сильные программисты останутся при работе. А хорошие вирусы пишутся хорошими специалистами. Рассказы о том, что любой школьник может написать вирус, который взломает миллионы компьютеров, — это просто страшилки.Андрей Албитов Андрей Албитов

"ДП": В конце этого года должна выйти новая операционная система Windows 7. Вызовет ли это новую волну вирусной активности?

Андрей Албитов: Microsoft — компания с большим опытом, она заранее оповещает всех вендоров о выпуске нового релиза. К концу года у них будут версии, которые стабильно работают с Windows 7.

"ДП": Кризис изменил расстановку сил на мировом рынке антивирусных продуктов?

Андрей Албитов: Во многих странах есть сильные местные игроки, которые исторически заняли позицию лидера у себя на родине, и их трудно потеснить. К примеру, в странах бывшего соцлагеря была сильная математическая школа. И если мы посмотрим сейчас, более половины антивирусов написаны разработчиками из этих стран. Это не меньше дюжины вендоров.

К примеру, родина ESET — Словакия. Первоначально акционерами компании были шесть программистов–разработчиков из Чехословакии, которые чуть ли не в гараже написали этот продукт. Сейчас штаб–квартиры ESET располагаются в Словакии и США.

Антивирус Касперского поставят в "Ашан"

Антивирус Касперского поставят в "Ашан"

350

"ДП": Каково место российского подразделения в структуре ESET?

Андрей Албитов: По итогам прошлого года российский рынок вышел на первое место по продажам в структуре компании ESET. Это без учета американского рынка. Сейчас в России есть две компании, которые оторвались от других конкурентов: "Лаборатория Касперского" (ЛК) и мы. Американский Symantec имеет слабые позиции в рознице, а DrWeb — в корпоративном сегменте.

Я не думаю, что за 1–2 года нас кто–нибудь догонит. Свою долю на российском рынке антивирусов в денежном выражении мы оцениваем как 27–29%. Если рассматривать рынок для частных пользователей, наша доля выше, а в корпоративном сегменте — ниже. Думаю, в целом по итогам года мы получим рост доходов в России 10–30%, а рынок увеличится на 5–10%.

"ДП": Как вы оцениваете свои шансы на то, чтобы стать лидером рынка в России?

Андрей Албитов: Думаю, у нас высокие шансы стать лидерами на рынке антивирусов для частных лиц.

В некоторых московских ретейловых сетях мы уже по доходам от продаж сравнялись с ЛК. Мы несколько уступаем по количеству продаваемых "коробок", зато наша продукция на 10% дороже. А в корпоративном сегменте мы уступаем ЛК, потому что они уже давно на этом рынке, у них лучше позиции в государственном секторе.

"ДП": Может, имеет смысл снизить стоимость продукции?

Андрей Албитов: Это вопрос из области позиционирования товара. Например, почему BMW дороже "тойоты"? У каждой компании есть видение, сколько должен стоить ее продукт.

Мы считаем, что у нас хорошая техническая поддержка, хороший продукт, и это дает нам право устанавливать цену выше. Очень часто вендор, который выходит на рынок России, пытается снизить цены в надежде на то, что через несколько лет он их поднимет, окупит свои вложения. Мы сразу решили, что этот путь нам не подходит.

"ДП": По–вашему получается, что цена — не главное для потребителя. А видит ли обыватель принципиальную разницу между антивирусами?

Андрей Албитов: Представьте, что антивирус — это стиральный порошок. Вам надо постирать — вы идете в супермаркет и по какому–то принципу выбираете порошок: по цене, коробка понравилась, первый на полке, может, какая–то надпись вас впечатлила.

То же самое с антивирусами: человек приходит в магазин и по аналогичному принципу делает выбор. Есть покупатели, на мнение которых влияет продавец. Он дает рекомендацию: антивирус от этого вендора лучше.

"ДП": Для того чтобы продавец давал такие рекомендации, надо ему платить.

Андрей Албитов: Вовсе нет. Многие сети не разрешают работать с продавцами в плане материального стимулирования: запрещены призы, подарки. Мы предпочитаем проводить учебные тренинги, предоставлять продавцам бесплатную версию нашего антивируса на год. Если человек пользуется продуктом, ему нравится, он совершенно честно рекомендует его покупателю.

Соглашений с ретейлерами, гарантирующих продажи, нет ни у нас, ни у ЛК. Объясняется это просто: софт для большинства компьютерных магазинов не является приоритетным направлением.

"ДП": Сейчас многих производителей софта потянуло на малоразвитые рынки. Как обстоят с этим дела в ESET?

Андрей Албитов: В 2009 году мы открыли офис в Мумбае. Конечно, разница между потребителями в России и в Индии большая. Начнем с того, что у последних нет электричества. В Индии около семи городов с населением больше 10 млн человек, из которых 60–70% не умеют читать.

При этом только в Мумбае круглосуточно есть электричество. Остальные пользуются частными электрогенераторами — люди выкручиваются как могут. Хотя рынок потенциально очень интересный, на данный момент он очень "тяжелый". Кроме пиратов там много технических проблем.

"ДП": Что сейчас с пиратством в России?

Андрей Албитов: У нас уровень пиратства доходит до 70–80%. В Интернете есть множество нелегальных "зеркал" обновлений. Законодательно закрыть их практически невозможно. Человек, выложивший обновления, вроде как не берет денег за свои услуги, просто раздает софт своим друзьям и всем желающим.

Часто это несовершеннолетний молодой человек, живет, например, в Барнауле, а хостится в Петербурге. Может, попутно он зарабатывает на размещении рекламы или подсаживает вместе с антивирусом свой вирус, крадущий чужие пароли. А может, это просто идейный борец за права пользователей, который считает, что платный софт — это зло. К сожалению, мне не удалось поговорить ни с одним из пиратов лично.

"ДП": Как тогда вы боретесь с пиратством?

Андрей Албитов: Мы отслеживаем количество обновлений с каждого пароля. Если оно становится ненормальным, например обновления идут более чем с 10 IP–адресов, мы блокируем такой пароль, связываемся с владельцем (ведь у нас есть его регистрационные данные), говорим, что пароль был засвечен в Интернете, сообщаем ему новый.

Может, пароль у человека был украден. А бывает так, что он сам нарушил условия лицензионного соглашения и вывесил пароль в блоге. Но наказать этого человека мы фактически не можем. Доказать его причастность к распространению пароля крайне трудно.

"ДП": Как вы считаете, если бы завтра пиратов в сфере IT не стало, насколько мог бы вырасти рынок антивирусных продуктов?

Андрей Албитов: На 50–100%, не больше. Люди бы стали искать альтернативу в виде бесплатных антивирусов. При этом все вендоры, я думаю, пошли бы на снижение цен.

"ДП": На Западе ситуация с пиратством принципиально иная?

Андрей Албитов: Конечно, уровень пиратства там ниже, но он все равно держит планку хотя бы в 10%. А во многих западноевропейских странах достигает 30–40%. Когда я был у родственников в Италии, я спросил у них, пользуются ли они лицензионным софтом. Оказалось, что большинство использует нелицензионный. У них в деревне есть учитель, который обычно и дает всем проинсталлировать Windows.

Я был у знакомых во Франции, там тоже люди признают, что в домашних компьютерах достаточно большое количество пиратского софта. Разница в том, что во многих европейских странах участковый имеет право проверить лицензионность софта у вас дома. Он может попросить предъявить чек или лицензионное соглашение. В России такие проверки проходят только у юридических лиц.

"ДП": Кстати, как за последнее время изменились запросы юрлиц?

Андрей Албитов: В новой версии нашего антивируса появилась возможность блокирования USB–портов. Это одно из новых направлений. Работодатель может заблокировать возможность использования флеш–карт, так как это один из сильных каналов распространения вирусов.

"ДП": Как вы считаете, антивирусы для мобильников — перспективное направление?

Андрей Албитов: Мы не считаем, что на этот продукт есть спрос. Вирусов для мобильных телефонов сейчас мало, все они на платформе Windows, с ними достаточно легко бороться на уровне настроек.

"ДП": Каковы сейчас тренды в области антивирусов?

Андрей Албитов: Я бы отметил совместную работу производителей антивирусов и интернет–провайдеров. Потребитель покупает подписку на антивирус у своего провайдера. Во–первых, это широкий канал продаж.

Во–вторых, у пользователя есть возможность приобрести подписку на месяц или платить посуточно.

В–третьих, клиенту удобно платить по одному счету за услуги провайдера и безопасность компьютера. До кризиса многим провайдерам такое сотрудничество было просто неинтересно. Но кризис заставил их пересмотреть свои взгляды на рентабельность. Их заинтересовали новые услуги. Встал вопрос: что еще можно продать этой же абонентской базе? Теперь уже провайдеры сами обращаются к нам, спрашивают, есть ли у нас возможность с ними сотрудничать.

Выделите фрагмент с текстом ошибки и нажмите Ctrl+Enter
Новости партнеров
Реклама