В Петербурге на треть выросло количество уголовных дел о получении взятки

В последние 3 года в Петербурге наблюдается стабильный рост числа уголовных дел коррупционной направленности, что подтверждается судебной статистикой.

Так, количество уголовных дел о получении взятки (ст. 290 УК) выросло за этот период на треть. Если за январь–июнь 2024 года в суды города следователи направили 39 таких уголовных дел, то за аналогичный период текущего года — уже 62 (см. инфографику). Растёт и количество рассмотренных судами уголовных дел о получении взятки: с 36 дел в первом полугодии 2024 года до 59 дел в январе–июне нынешнего, обращает внимание глава Объединённой пресс–службы судов Петербурга Дарья Лебедева.

Кто на скамье подсудимых

В версии Генпрокуратуры, основанной на анализе данных за 2018–2025 годы, типичный коррупционер — это мужчина в возрасте 30–49 лет, с высшим образованием, семьёй и без судимостей. При этом, по оценке надзорного ведомства, наибольшая доля взяток среди осуждённых за это преступление сотрудников правоохранительного блока приходится на структуры МВД — 75%.

Из резонансных дел Петербурга в первом полугодии можно вспомнить приговор бывшему заместителю начальника Северо–Западного таможенного управления (СЗТУ) Максиму Мамчуре. В апреле этого года Петроградский райсуд заочно приговорил его к 10 годам колонии за получение взятки в размере 20 млн рублей. Кроме того, Мамчура был оштрафован судом на 60 млн рублей.

По версии следствия, в 2018 году замначальника СЗТУ совместно с начальником отдела Санкт–Петербургской таможни Олегом Гусевым за взятку пообещал прекратить процедуру таможенного контроля товаров, ввезённых ООО "Таллер". После получения взятки своё обещание бывшие таможенники исполнили.

Раскрытию преступления помогли гендиректор фирмы и посредники, через которых передавалась взятка. Поэтому их освободили от уголовной ответственности. Уголовное дело Гусева Петроградский райсуд рассмотрел ещё в июле 2022–го, приговорив его к 8 годам колонии со штрафом 40 млн рублей. Мамчура скрылся и был объявлен в розыск, а в сентябре 2021 года его заочно арестовали.

Из свежей петербургской практики можно привести приговор бывшему заместителю главы городского управления ФАС России Екатерине Даниловской, которая обвинялась по ст. 286 УК (превышение должностных полномочий) и ст. 290 УК (получение взятки). По версии следствия, Даниловская получала взятки в размере от 450 тыс. до 2,29 млн рублей от различных коммерческих структур. В поле зрения правоохранителей чиновница попала из–за закупки на обслуживание систем безопасности в учреждениях образования и здравоохранения (117 контрактов на общую сумму 43,9 млн рублей). Победителем стало ООО "Вега–С", но после жалобы ООО "Перспектива" определение поставщика было заблокировано.

По версии следствия, Даниловская и её коллеги превысили свои полномочия, отменив закупку по результатам внеплановой проверки, которая фактически не проводилась. Антимонопольщики нашли нарушения при составлении конкурсной документации и предписали госзаказчику провести повторную закупку, что правоохранители посчитали незаконным.

В августе Смольнинский райсуд приговорил Даниловскую к 5 годам колонии общего режима. А в конце сентября Петроградский райсуд приступил к рассмотрению гражданского иска к бывшей сотруднице УФАС о взыскании полученного ею незаконного дохода в размере 39,95 млн рублей.

Чаще дают

Следует отметить, что количество уголовных дел о даче взятки (ст. 291 УК) стабильно превышает число уголовных дел о её получении (ст. 290 УК). Например, в первом полугодии 2024–го в суды города поступило 123 дела по ст. 291 и 39 дел по ст. 290. Эта тенденция сохраняется и в текущем году: за январь–июнь следствие передало в петербургские суды 62 уголовных дела против получателей мзды и 161 дело против взяткодателей.

Такой дисбаланс объясняется совокупностью причин. "Распространённая ситуация: гражданин сам предлагает должностному лицу вознаграждение, однако последний отказывается его принять и сообщает об этом в правоохранительные органы. В этом случае есть взяткодатель, но нет взяткополучателя", — объясняет руководитель уголовной практики адвокатского бюро "След" адвокат Александра Харина.

Бывает так, что вознаграждение передаётся через цепочку посредников, последнее звено которой найти не удаётся. Такой взяткополучатель в уголовном деле останется "неустановленным лицом", отмечает Харина.

Встречаются на практике случаи, когда получателем взятки может быть человек, который лишь выдает себя за должностное лицо. Его действия будут квалифицированы как мошенничество, а действия передающего вознаграждение — как покушение на дачу взятки, то есть пополнят статистику коррупционных преступлений.

В GRATA International St. Petersburg обращают внимание на то, что судебная статистика может неполно отражать картину коррупционных преступлений. Эксперты ссылаются на данные именно о зарегистрированных преступлениях в целом по стране: за 7 месяцев этого года в России зарегистрировано 6,53 тыс. случаев получение взятки и 6,64 тыс. фактов дачи взятки, а в суды направлены дела о 4,94 тыс. и 4,18 тыс. преступлений соответственно.

Как показывает практика, в суд дела в отношении взяткодателя и взяткополучателя могут поступать не одновременно. Иногда дела в отношении разных фигурантов даже рассматриваются в разных регионах. В одном поступившем в суд деле могут быть объединены несколько эпизодов, например, получения взяток от разных лиц.

Не только взятки

Если вернуться к судебной статистике коррупционных дел Петербурга, то можно увидеть ещё одну тенденцию. Уголовные дела по ст. 285 (злоупотребление должностными полномочиями) и ст. 286 УК (превышение должностных полномочий) не достигают такого количества, как уголовные дела о взяточничестве. Так, в первом полугодии 2024 года в суды поступило 13 дел по ст. 285 УК и 15 дел по ст. 286 УК, а за январь–июнь нынешнего года — 13 и 32 соответственно.

Такая картина вызвана рядом факторов. И один из ключевых — сложность выявления этих преступлений и их доказывание. "Злоупотребление полномочиями не оставляет столь очевидного материального следа, так как выражается в обычных формально законных действиях — подписании документов, принятии решений, даче указаний и т. д., — говорит Харина. — Правоохранителям необходимо доказать не только неправомерность конкретного поведения должностного лица, но и его мотив, существенность наступивших последствий и причинную связь между ними, что на практике сделать не так уж просто".

Кроме того, подчёркивают в адвокатском бюро "Корвус", для квалификации преступления по ст. 286 УК и 285 УК обязательно наступление общественно опасных последствий, а таковые наступают далеко не всегда.

До тех пор пока негативные последствия решений чиновников не выйдут на свет, не станут явными, в принципе невозможно понять, были признаки преступления или нет, добавляют в адвокатском бюро "Теза".

Верить ли на слово

В сегодняшней следственной и судебной практике, касающейся коррупционных преступлений, эксперты выделяют несколько тенденций. Ключевой тренд, который отмечают эксперты, опрошенные "ДП", — это снижение стандарта доказывания, что характерно и для следствия, и для суда.

"С каждым годом растёт количество дел, где единственным доказательством становится рассказ лица о том, что несколько лет назад он якобы передал кому–то крупную сумму денег, — поясняет Харина. — Вместе с тем Верховный суд неоднократно отмечал: если предмет взятки не обнаружен, приговор не может основываться только на взаимоисключающих показаниях участников предполагаемой коррупционной схемы".

При этом, обращают внимание в коллегии адвокатов Pen & Paper, такой подход особенно заметен по так называемым уголовным делам, где из доказательств предполагаемой преступной деятельности имеются лишь показания лиц, имеющих мотивы оговорить привлекаемого к ответственности.

К числу таких лиц, как правило заинтересованных в исходе уголовного дела, относятся, к примеру, бывшие сослуживцы, подчинённые и партнёры по бизнесу, с которыми "не сложились" отношения.

Сохраняется тенденция формального подхода к доказыванию по уголовным делам коррупционной направленности. Вина зачастую доказывается только на свидетельских показаниях, в том числе сомнительного качества, однако органы прокуратуры и суды оценивают такие доказательства как достаточные, считают в GRATA International St. Petersburg.

По–прежнему суды при избрании меры пресечения по коррупционным делам преимущественно отдают предпочтение лишению свободы, особенно по делам о взяточничестве в крупном и особо крупном размерах. Хотя ст. 290 и 291 УК допускают альтернативу аресту. Кроме того, по оценкам экспертов, суды с каждым годом всё реже применяют положения ст. 73 УК РФ об условном осуждении.

Ещё один тренд — это широкое использование технических средств доказывания, которые ранее были правоохранителям недоступны. Например, осмотр переписки в мессенджерах, движения по банковским счетам или записей с внешних камер видеонаблюдения. Такие достижения прогресса существенно облегчают работу следствия и судов.

Что дальше

В ближайшее время можно ожидать только ужесточения мер по борьбе с коррупцией. В частности, в пользу такого прогноза могут свидетельствовать высказывания главы государства Владимира Путина на коллегиях МВД, Генпрокуратуры и ФСБ, прошедших в начале этого года. Президент ориентировал все ведомства на усиление борьбы с этим явлением, отметив рост преступлений коррупционной направленности в 2025 году на 12,3%. "И конечно, нужно контролировать средства, которые идут на гособоронзаказ и расширение мощностей оборонно–промышленного комплекса", — сказал на коллегии Генпрокуратуры президент (цитата по РИА Новости). Кроме того, Путин подчеркнул важность работы по выявлению источников доходов и имущества коррупционеров.

Перед МВД глава государства поставил задачу жёстко реагировать на коррупцию в любых видах и формах. Особое внимание органы внутренних дел должны уделить защите средств, выделяемых на национальные проекты.

Антикоррупционная повестка в последние годы заметно политизирована, поэтому отдельные уголовные дела неизбежно воспринимаются как часть более широких управленческих процессов, отмечают эксперты. "В связи с этим в ближайшее время, безусловно, стоит ожидать новых резонансных уголовных дел в сфере оборонно–промышленного комплекса. Также особое внимание правоохранителей сейчас, как никогда, сосредоточено на предпринимателях, работающих с государственным финансированием", — прогнозирует Харина.