Налоговики взыскивают с петербургского бизнесмена почти полмиллиарда рублей

Арбитражный суд Петербурга и Ленобласти принял к рассмотрению заявление МИФНС №24 по Петербургу о привлечении к субсидиарной ответственности на 400,3 млн рублей предпринимателя Игоря Мошкова. Это заявление подано в рамках банкротного процесса городского ООО "Производственное предприятие “Шпатлер”", учредителем которого являлся Мошков.

Банкротство "Шпатлера", занимавшегося оптовой торговлей лесоматериалами, строительными материалами и санитарно–техническим оборудованием, налоговики инициировали ещё летом 2025 года. Поводом стала задолженность по налогам на 453,1 млн рублей. Как следует из материалов дела, на июнь прошлого года "Шпатлер" не заплатил в бюджет за 2019–2021 годы налог на прибыль организаций, НДС, транспортный налог на общую сумму 240,45 млн рублей, пени — 162,95 млн и штраф — 49,77 млн.

В октябре 2025 года арбитраж признал заявление МИФНС обоснованным и ввёл на предприятии процедуру наблюдения, временным управляющим был назначен Владимир Ставицкий. По его словам, в последние 3 года должник не осуществлял деятельности. Вместе с тем Ставицкий обратил внимание, что сайт компании продолжает работать под новой вывеской — ООО "Производственная компания “Шпатлер”".

Основным активом производственной компании "Шпатлер" является завод в Пушкине, расположенный на участке 1,6 га и оборудованный двумя производственными линиями, участком мелкой фасовки и производством жидкой продукции. Первая линия производит 50 тонн продукта в час, вторая — 7 тонн. Ежегодно на заводе выпускается более 125 тыс. тонн сухих строительных смесей, указано на сайте "Шпатлера".

Пока в материалах банкротного дела производственного предприятия "Шпатлер" нет данных о том, почему Игорь Мошков должен отвечать по его долгам. Скорее всего, это может быть вызвано тем, что фискальное ведомство считает его реальным бенефициаром должника, который контролировал деятельность производственного предприятия "Шпатлер" (КДЛ).

Сейчас в рамках банкротной процедуры суд по заявлению налоговиков принял обеспечительные меры, запретив Мошкову отчуждать его недвижимость в Краснодарском крае, Ленинградской области, патент на производство цементной смеси, права на товарные знаки и т. д. Кроме того, обеспечительные меры наложены и на другие компании, связанные с предприятием–должником.

Пока в реестр требований кредиторов производственного предприятия "Шпатлер" включено только требование МИФНС, но при этом каких–либо активов у должника не выявлено.

По словам Ставицкого, сейчас в рамках рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности Мошкова стороны планируют заключить мировое соглашение. "Производитель сухих смесей является существенным поставщиком не только на территории Петербурга. В данный момент происходит согласование условий соглашения", — добавил Ставицкий.

"В данном случае мировое соглашение — это способ решения только одного из обособленных споров, который сам по себе не прекращает банкротной процедуры ООО “Производственное предприятие “Шпатлер”", — полагает арбитражный управляющий и частнопрактикующий юрист по банкротству среднего и крупного бизнеса Владимир Полуянов.

Вместе с тем, по его мнению, заключение мирового соглашения в рамках заявления ФНС о привлечении предпринимателя к субсидиарной ответственности может быть первым шагом на пути к прекращению производства по делу о банкротстве самого "Шпатлера". На практике чаще всего в мировом соглашении, заключаемом в обособленных спорах о субсидиарной ответственности, может фиксироваться уменьшение размера взыскания, предоставление рассрочки (отсрочки) по оплате долга.

Или может быть утверждён вариант с погашением этого долга за счёт третьих лиц, возможно также погашение долга не деньгами, а какими–то другими высоколиквидными активами — например, ответчик может предложить в счёт погашения долга акции или недвижимость.

"Строгие рамки ФНС серьёзно мешают таким условиям, как скидка с долга или оплата другими активами, — отмечает Полуянов. — А отсрочку/рассрочку можно ожидать лишь в рамках одного года".

"Принцип работы ФНС в рамках процедур банкротства можно сформулировать как “От родины не уйдёшь”, — говорит адвокат по банкротству и антикризисному управлению Арутюн Саркисян. — Многие предприниматели убеждены, что “до конкурса можно потянуть — потом разберёмся”. Этот принцип в действительности при активной позиции кредитора не работает".

По наблюдениям эксперта, если размер налоговой задолженности превышает 51% от реестра требований кредиторов, это почти автоматически означает субсидиарную ответственность КДЛ. Если меньше, то ещё есть шанс опровергнуть презумпцию причинения вреда и попытаться уменьшить размер.

Правда, последняя судебно–арбитражная практика показывает: подобные споры с ФНС больше носят не состязательный, а следственный характер и выиграть у неё крайне проблематично, подчёркивает Арутюн Саркисян.

Адвокат также обращает внимание, что обеспечительные меры назначены судом в отношении аффилированных с ООО "Производственное предприятие “Шпатлер”" иных компаний КДЛ.

"Налоговый орган тем самым в полной мере применяет институт материальной консолидации сразу к группе компаний, причём основываясь не на формальных, а на фактических признаках, — поясняет Арутюн Саркисян. — Опять же многие бизнесмены полагают, что кредиторы будут банкротить их по модели “матрёшки”, когда каждый раз можно будет противопоставить кредиторам очередную “оболочку” бизнеса и в какой–то момент все устанут взыскивать долги. Банкротство сейчас позволяет проткнуть корпоративную вуаль и привлечь всех КДЛ/бенефициаров/аффилированных лиц одним махом".