Алексей Лепорк Все статьи автора
29 сентября 2020, 08:00 856

Никакого сострадания: что коронакризис изменил в российском обществе

Фото: ТАСС

Уже стала раздражать клишированная болтовня о том, что пандемия–де нас поменяла.

Стали, мол, вдруг видны человеческие ценности, всех тянет друг к другу, ещё чуть–чуть — и поверишь, что мы накануне "обнимитесь, миллионы". Для коллективных объятий и изъявлений доброты и нежности, правда, выбираются порой странные объекты. Иногда кажется, что, например, вся история с Михаилом Ефремовым была специально поставлена для переключения фокуса на фоне карантина. Просто мини–сериал. И попугаистые адвокаты со всеми их клоунскими атрибутами прям специально подобраны, чтобы превратить всё в комик–шоу. И даже люди, потерявшие близкого и родного, стали, увы, его участниками. Ну а приговор — просто финальной точкой.

Куда катится мир? Неконструктивных протестов становится всё больше

Куда катится мир? Неконструктивных протестов становится всё больше

6233
Сергей Балуев

Тут, понятно, пора выражать сочувствие, скорбеть, демонстрировать наше только что обретённое сострадание. И, конечно же, комментировать адвокатов, суд и прочее. Бедный он, показательно выпороли, хотя ведь просто горький пьяница да наркоман. Практически "опустела без тебя земля". В то, что суд может выносить приговор по сути, мало кто верит, это не про нас.

А параллельно — Белоруссия. Одна мирная демонстрация за другой, всё почти по Ганди. Но против людей совсем не англичане, а ОМОН, спецназ и те же вместе. Поражает водяная бесчувственность этих защитников режима, которым сограждане нипочём. Неделю за неделей об их щиты бьются потоки мирных людей, а тех не пробивает. Даже смотреть на это уже почти невмоготу. Но при этом, например, Маша Колесникова — герой безо всяких скидок. Улыбчивая, энергичная, задорная и стойкая до последнего предела. И все с удивлением говорят — флейтистка. Это почти центральноевропейская традиция. Первым польским премьером был великий пианист Падеревский, Литву к свободе привёл музыковед Ландсбергис. А, кстати, и Грета Тунберг — дочь солнечного сопрано.

И тут — опрос общественного мнения у нас. Выясняется, что 40% населения одобряют меры Лукашенко по защите режима. Ступор, полный. Как же так, где же вся эта хвалёная новая доброта и вечная русская отзывчивость? К пьянице есть, а к побитым, убитым, покалеченным — нету.

Вот тебе и на. Значит, весь советский пафос Зои Космодемьянской, молодогвардейцев, Анджелы Дэвис, республиканцев в Испании улетел как листики к зиме. Уж не вспоминая о жёнах декабристов, оде "Вольность" и прочем. Русская традиция — обман и фига. Не Пушкин, а Николай I наш герой.

То есть котики (особенно пьяные котики) нам дороги, но в главном — равняйсь на середину. Значит, не зря слиплись у нас страницы истории и Гражданской войны, и ГУЛАГа, всех преступлений сталинизма.

Ладно, историю забудем. Но и экономическую инициативу — туда же. Нам дорог последний колхоз и Госплан, они победят. Аргумент железный — там же честно всё. То есть получается: за собственное стыдно, а потому их старый парник нам дорог.

Взращиваемая жестокость населения, как известно, на раз–два может сыграть и против тех, кто её культивирует. Впрочем, в конечном итоге против всех.

"Скопировать рисунок протеста": что Жыве Беларусь принесет политике и бизнесу Петербурга

"Скопировать рисунок протеста": что Жыве Беларусь принесет политике и бизнесу Петербурга

18425
Виталий Алексеев

Грустная игра. Один ритуал это, а не сочувствие. Безо всякого сердца.

Правда, у Пушкина есть точные слова, написанные, кстати, как раз на карантине. "Нежного слабей жестокий". Пока сбывается. Да и с Николаем I сбылось.

Выделите фрагмент с текстом ошибки и нажмите Ctrl+Enter
Новости партнеров
Реклама