Андрей Архангельский Все статьи автора
29 сентября 2019, 10:04 293

Начальник печального образа. "Воскресенье" Светлана Проскурина

Фото: Кинопоиск

Перед нами вроде бы классический герой из позднесоветского кино — "Осенний марафон" или "Полеты во сне и наяву" — завравшийся, запутавшийся, в кризисе среднего возраста, и зрителям предстоит самим решить в итоге: заслуживает он сочувствия или нет. Но у героя нетипичная для такого кино профессия — он работает в мэрии, чиновник, да еще и начальник. Такой герой, впрочем, тоже был — в перестроечном кино Эльдара Рязанова "Забытая мелодия для флейты". Будем считать, что новаторство Светланы Проскуриной в том, что она соединила двух классических для русской культуры героев — лишнего человека и несчастного чиновника. "Образ лишнего чиновника в российском кино XXI века" — так, наверное, звучала бы эта тема в воображаемом школьном сочинении.

В гостях у кризиса. Рецензия на фильм "Дефолт"

В гостях у кризиса. Рецензия на фильм "Дефолт"

763
Андрей Архангельский

Жизнь у героя между тем действительно тяжелая. Любовницы, бывшие жены, при этом дома — болеющая мать. Домработница не слишком мила, личный водитель рассуждает как расист — в общем, бесконечно устал герой от окружающей дикости. В ответ на всевозможные просьбы, упреки, угрозы со стороны других людей он предпочитает молча раздавать конверты с деньгами. Это хорошая деталь — но, конечно, в таком случае нельзя не ответить на вопрос: откуда у него эти пачки денег?.. После премьеры фильма было небольшое обсуждение, и один зритель спросил авторшу: а вот в анонсе фильма написано "про чиновников и коррупцию" — а где там у вас про коррупцию, можно поподробнее?.. На что режиссерша ответила в том духе, что это вообще неважно, какая у героя профессия, — ее интересовал сам по себе человек. Важно, что у него происходит в душе.

…В условном уездном городе есть лесопарк, немного запущенный, который наш герой решил несколько обустроить: проложить дорожки, поставить скамейки, в связи с чем нужно вырубить какое–то количество деревьев. Местные жители против этой вырубки — ну что ж, вполне жизненная ситуация. Но люди, которые отстаивают свое право жить как жили, почему–то показаны в фильме городскими сумасшедшими, маргиналами. Их жалкая кучка — человек, может быть, двенадцать, и почти все пенсионного возраста — молодых лиц не видно совсем, но при этом они создают кучу проблем мэрии и внушают ужас нашему герою.

Учитывая недавние случаи протестов — в Екатеринбурге, например, — выглядит это нереалистично, но, кроме всего, нам предлагают посмотреть на все именно глазами чиновника. Безусловно, режиссерше это удалось. Вот так стараешься для людей — а они не понимают своего счастья. Причем именно чиновника, а не протестующих, оказывается, поджидают в связи с этой реконструкцией всякие опасности. Например, неизвестные регулярно присылают ему записки с угрозами, а наглые подростки обворовывают его, оставляют без мобильного и с разбитой головой — на берегу реки. Но все закончится хорошо в итоге. Кажется, это называется катарсис.

Странные герои, странные проекции, сдавленное, отсутствующее высказывание. Вакуум, немота, деконцептуализация. Кино бессильно высказать какую–то мысль до конца — или не хочет по каким–то причинам. В итоге ни о чем другом, кроме как о душе, фильм рассказать нам не может. Причем игнорируя при этом все остальные души.

Выделите фрагмент с текстом ошибки и нажмите Ctrl+Enter
Новости партнеров
Реклама