Иван Воронцов Все статьи автора
28 апреля 2019, 23:53 13098

Недавно гостил я в чудесной стране. Новый прогноз Минэкономразвития рисует нам волшебное будущее

Фото: Артем Геодакян/ТАСС

Опубликованный на прошлой неделе министерством экономического развития РФ документ под монументальным названием "Сценарные условия, основные параметры прогноза социально–экономического развития РФ и прогнозируемые изменения цен (тарифов) на товары, услуги хозяйствующих субъектов, осуществляющих регулируемые виды деятельности в инфраструктурном секторе на 2020 год и на плановый период 2021 и 2022 годов" вызывает много вопросов. Но все они, по сути, риторические.

Прогноз для нефтяников: заморозки. Консервация цен на топливо не стала сюрпризом

Прогноз для нефтяников: заморозки. Консервация цен на топливо не стала сюрпризом

26531
Иван Воронцов

Несмотря на заглавие, документ включает прогнозы по всем основным параметрам экономики вплоть до 2024 года. Для того чтобы предсказать будущее страны на 6 лет, экспертам министерства хватило 27 страниц. И будущее это прекрасно.

Заповедные годы

Если верить министерским прогнозам, то переломными для российской экономики должны стать 2020–2021 годы. Если до этого показатели в таблицах улучшаются довольно осторожно, то в 2021–2024 годах происходит чудесное преображение. Индекс потребительских цен, качнувшись вниз, замирает на уровне 4% (напомним, в текущем году инфляция ожидается 4,3%). Годовой рост ВВП в 2021–м идет вверх с 2 до 3,1% и в дальнейшем не падает ниже 3%, достигая к 2024–му 3,3% (а дефлятор — 3,5%). Ожидаемые инвестиции в основной капитал демонстрируют в 2020 году пик 7% (почти на 4% больше, чем в 2019–м) и потом плавно съезжают с него, но не опускаются ниже 5,3%. И все это — на фоне довольно сдержанных и здравых оценок мировых цен на нефть ($53,5 за баррель Urals в 2024 году при $70 в 2018–м) и роста курса до 68,6 рубля за доллар.

"Я не вижу никаких экономически обоснованных причин, почему со следующего года страна должна совершить некий "рывок", — заявляет аналитик ГК "ФИНАМ" Алексей Коренев. — Конечно, исключать сочетание крайне благоприятных факторов нельзя. Нулевых вероятностей в природе не существует, и вполне может оказаться, что в 2020–м с России будут сняты все санкции, нефть снова уйдет выше $100 за баррель, а в экономику государства рекой потекут инвестиции. Но вероятность такого исхода крайне низка".

Осторожные потоки

Авторы прогноза сообщают, что МВФ предварительно оценивает мировой экономический рост 2018 года в 3,6%. В 2019 году прогнозируется его снижение до 3,3%, а к 2024–му эксперты МВФ ожидают увидеть показатель не выше 2,9%. То есть за тот же период, за который темпы мирового экономического роста сократятся на 0,7%, российский ВВП станет расти на 2% быстрее. То, каким образом это произойдет, в документе объясняют следующим образом: "Начиная с 2020 года главным фактором экономического роста станет повышение темпов роста инвестиций в основной капитал… В 2021–2022 годах ускорение темпов экономического роста до 3,1–3,2% будет происходить на фоне повышения как внутреннего, так и внешнего спроса на российскую продукцию".

Во власти прогноза. В 2019 году планируют построить 77 млн м2 жилья

Во власти прогноза. В 2019 году планируют построить 77 млн м2 жилья

15239
Павел Никифоров

Вопрос о том, кто, куда и зачем станет так активно инвестировать и покупать, повисает в воздухе.

Кстати, говоря о курсе рубля, авторы документа подчеркивают, что благодаря соблюдению бюджетного правила он все более независим от цен на нефть. Соответственно, все большее значение приобретают потоки капитала. Здесь нетрудно увидеть довольно откровенный намек на те же инвестиции. Но в этом контексте было бы странно не вспомнить и о потоке, направленном в другую сторону.

Минэкономразвития ожидает, что отток капитала из страны в 2019 году достигнет $38 млрд. А потом будет падать год от года и к 2024–му снизится до $17 млрд. Эти оценки выглядят более осторожными, чем у Центробанка (хотя экономисты–практики, как правило, предпочитают верить именно последним).

ЦБ РФ прогнозирует отток капитала в 2019 году в размере $35 млрд, в 2020–м — $17 млрд, а в 2021–м — и вовсе $13 млрд. При этом стоит держать в голове, что в сентябре 2018–го ЦБ прогнозировал объем оттока капитала на конец года $55 млрд (а до того — $30 млрд). Реально же в 2018–м страну, по последним данным, покинуло $63,3 млрд. А за I квартал 2019–го отток капитала составил уже $25,2 млрд.

Особо интересны прогнозы по реальным располагаемым доходам населения, о которых за последнее время столько всего было сказано.

Министерство считает, что уже в текущем году показатели вырастут на 1% (хотя за I квартал упали на 2,3%) и далее неуклонно пойдут в гору. К 2024 году общий рост составит 12,3%.

"Росту реальных доходов граждан, а также снижению уровня бедности будет способствовать индексация социальных выплат, ежегодное установление МРОТ на уровне величины прожиточного минимума трудоспособного населения за II квартал предыдущего года, развитие форм предоставления социальной помощи нуждающимся гражданам в целях поддержки их потребительского спроса, а также целевая поддержка отдельных категорий граждан, в частности семей с детьми", — поясняется в прогнозе. Численность граждан с доходами ниже прожиточного минимума, кстати, с 2019 по 2024 год должна сократиться почти в 2 раза: с 12 до 6,6%. А реальная зарплата с 2021–го — стабильно расти на 2,7% в год.

Вот что не вызывает особых вопросов, так это графа "Численность рабочей силы". С 76,2 млн человек в 2019 году она должна вырасти до 76,8 млн в 2024–м. Видимо, так и будет: авторы пенсионной реформы позаботились о том, чтобы трудовые ресурсы в стране не истощались.

Кстати, стремительного сокращения уровня безработицы авторы сценарного прогноза решили не обещать. К 2024 году он упадет всего на 0,2% — с 4,7 до 4,5%.

По прочтении министерского сценария в памяти поневоле всплывают яркие картины из прошлого. В октябре 1961 года, выступая на XXII съезде КПСС, Никита Хрущев отметился сразу несколькими громкими заявлениями, которые моментально разошлись на афоризмы и анекдоты.

"Нынешнее поколение советских людей будет жить при коммунизме", "К концу 1965 года у нас не будет никаких налогов с населения", "Наши цели ясны, задачи определены, за работу, товарищи!" — это все оттуда. Тогда поводы для оптимизма, в общем–то, имелись: космическая гонка выиграна, самые мощные в мире ядерные испытания проведены, и даже непопулярная денежная реформа вполне себе удалась. Однако стоит помнить и о том, что уже в 1962–м советский народ получил вместо отмены налогов расстрел рабочих в Новочеркасске. А самого Никиту Сергеевича товарищи по партии спровадили на принудительную пенсию в 1964–м.

Документ очень примечательный. В нем предпринята попытка соединить относительно реалистические оценки состояния отечественной экономики с суперамбициозными задачами, поставленными в указе от 7 мая 2018 года. Поэтому прогноз, на мой взгляд, остается набором довольно мало связанных между собой тезисов разной степени реалистичности. Возможен ли рост курса доллара на 5,7 % к концу периода при снижении цен на нефть на 24,5 %? Наверное, да. Но за последние годы можно было понять, что цены на нефть весьма волатильны и курс рубля не меняется плавно и линейно. Возможно ли сокращение положительного сальдо торгового баланса с $ 180 млрд до $ 151 млрд? Да, это очень вероятно, но тогда откуда надежды на «экспортно ориентированный рост», особенно в условиях стагнации нефтедобычи? Если с 2012 по 2019 год доля инвестиций в основной капитал в ВВП упала с 20,9 до 20,7 %, то отчего она должна к 2024–му взлететь до 25,2 %? Надеяться на это откровенно недальновидно. Наконец, если доля конечного потребления в ВВП расти не будет, население будет даже увеличиваться, а рост реальных зарплат не превысит 3 % в год, то откуда возьмется тот скачок благосостояния, который позволит сократить долю лиц с доходами ниже прожиточного минимума с 12 до 6,6 %, то есть на 8 млн человек?! Я понимаю, что сочетание относительного реализма с представлением в Кремль красивых цифр — залог выживаемости любого чиновника и соответствие прогноза этому условию является его явным достоинством. Но вот насколько его можно считать надлежащим ориентиром для принятия решений — это большой вопрос…
Владислав Иноземцев
Владислав Иноземцев
доктор экономических наук, директор Центра исследований постиндустриального общества
Прогноз выглядит так: все не очень хорошие показатели будут падать, а все хорошие — расти. Я понимаю, что у нас есть национальные цели. Но цели — это то, к чему нужно стремиться. А прогноз — это то, как может развиваться ситуация. И они удивительным образом совпадают. Такое ощущение, что мы на исключительно верном пути. Но ведь все немного сложнее. Прогноз — это всегда коридор значений. Прогнозы, к каким бы отчетным показателям они ни стремились, должны учитывать какие–то сценарные развилки. Иначе все выглядит очень странно. В той ситуации неопределенности, в которой мы находимся, при не очень благоприятной экономической конъюнктуре, получается, что мы уверенно движемся из левого нижнего угла в правый верхний, и все заканчивается хорошо. При достаточно высокой цене на нефть у нас текущий показатель роста экономики 2 %. В прогнозе заложено, что цена будет снижаться, но при этом экономика будет расти. За счет каких позитивных факторов она будет это делать? Да, предполагаются промышленный рост, инвестиции и так далее, но даст ли это в совокупности те темпы роста, которые заложены? Затрудняюсь сказать. Я не макроэкономист. Но как у пользователя, который хотел бы опереться в своих решениях на данные прогноза, у меня уверенности в них не возникает. Мне кажется, ведомству стоило бы усложнить свою модель прогнозирования.
Марина Липецкая
Марина Липецкая
директор Центра стратегических разработок "Северо–Запад"
Выделите фрагмент с текстом ошибки и нажмите Ctrl+Enter
Новости партнеров
Реклама