Александр Пирожков Все статьи автора
11 апреля 2019, 12:28 343

Рынок ОСАГО освобождается. Страховщики о расширении тарифного коридора

С начала года расширен тарифный коридор по ОСАГО. Это только первый шаг реформы, окончательная ее цель — чтобы тарифы стали более справедливыми и более адекватно учитывали все особенности водителя и присущие ему риски.

Страховщики накануне старта реформы говорили, что если средняя цена изменится, то незначительно, а в некоторых регионах снизится. "ДП" спросил у участников рынка, сбылись ли эти прогнозы и каковы дальнейшие перспективы реформы ОСАГО.

Что изменилось после расширения Центробанком коридора базовых тарифов ОСАГО в Петербурге и Ленобласти?

Дмитрий Большаков, заместитель генерального директора СПАО «РЕСО–Гарантия»:

Надо разделить клиентов на две группы: частные лица, розничные (на своих частных машинах), и клиенты, представляющие корпоративный сектор, то есть юридические лица. Если говорить о юридических лицах, то на данный момент "РЕСО–Гарантия" продает им полисы в регионе на нижней границе тарифов ОСАГО. Для физических лиц в феврале была немного поднята базовая ставка: в Петербурге — на 5%, а в Ленобласти — на 10%.

Но клиента интересует стоимость полиса, а не базовый тариф сам по себе. Казалось бы, цена была поднята. Но это не так, потому что реальная стоимость полиса, которую клиент розницы заплатил за полис в январе и феврале этого года, снизилась почти на 2% по Петербургу и на 3,5% по Ленобласти. Цена снизилась, несмотря на увеличение базовой ставки. Объяснить такое явление легко: все большее число клиентов пользуется системой бонусов, корректное применение КБМ (коэффициента "бонус–малус") снижает среднюю цену полиса.

Глобальный вывод: рынок постепенно становится конкурентным благодаря возможности компаний устанавливать базовые цены на полисы. Поэтому нам придется бороться за высокую долю рынка. На местном рынке у "РЕСО–Гарантии" высокая доля по сравнению с конкурентами. Это, скорее всего, положительно скажется на соблюдении интересов и розничных, и корпоративных клиентов тоже. В этом году конкуренция за ОСАГО на порядок усилилась по сравнению с 2017–2018 годами. С точки зрения потребителя произошла очень хорошая вещь. Нам приходится аккуратно работать с тарифом, чтобы удержать ОСАГО в регионе в рамках положительной маржи.

Дмитрий Лучков, директор петербургского филиала Страхового дома ВСК:

Мы долгое время фактически дотировали те регионы, где ситуация по убыткам в ОСАГО была хуже, чем в Санкт–Петербурге. И сейчас в связи с изменением диапазона тарифного коридора там, где ситуация для компании была не самой лучшей, тарифы поднялись, что позволило нам на сегодняшний день иметь лучшую базовую тарифную ставку в Санкт–Петербурге. У нас сейчас здесь самый выгодный базовый тариф — на 12% меньше, чем у основных конкурентов.

Почему это происходит? Мы первыми начали применять натуральную форму возмещения, даже когда этого не было в законодательстве. Начали проводить переговоры с нашими клиентами, и порядка 60% из них по страховым случаям в 2016–2018 годах поехали на ремонт по ОСАГО. С одной стороны, это плюс для клиента, потому что это определенный сервис: он получает свой автомобиль в первоначальном состоянии, у него нет необходимости проводить дополнительные экспертные оценки. В ряде компаний не было такой формы возмещения и, соответственно, была определенная игра с точки зрения ценообразования по единому справочнику, когда одну и ту же деталь можно было оценить абсолютно по–разному.

Если говорить про ситуацию по ОСАГО юридических лиц, в Петербурге она положительна по транспортным средствам категории В, но глубоко отрицательна по грузовым транспортным средствам. Это связано с тем, что основные парки, которые базируются на территории Петербурга и Ленобласти, имеют разъездной характер работы и эксплуатируются по всей стране. В Петербурге одна история урегулирования, а в Волгограде и Ростове — совсем другая.

Какие еще изменения в системе ОСАГО нужны в первую очередь, чтобы цены полисов стали более справедливыми, то есть точнее отражали риск каждого автовладельца?

Дмитрий Большаков:

Понятно, что компания выступает за свободные тарифы ОСАГО, то есть за возможность самостоятельно устанавливать тарифы. Установка индивидуального тарифа полностью решит проблему справедливости. Такой подход пойдет на пользу клиентам, которые ездят безаварийно, потому что за них будут бороться все страховые компании, предлагая все более интересные условия. Для тех клиентов, которые ездят с авариями или нарушают правила, сейчас предлагается применять различные поправочные коэффициенты за административные нарушения, это повысит цену полиса. Мы не изобретаем велосипед, на других основных рынках это уже работает.

Полис ОСАГО является базовым, а все остальные страховые услуги, включая полное каско, являются надстройкой над этим полисом. Договор ОСАГО заключается в общественных интересах, а не в интересах конкретного причинителя вреда. Поэтому государство вмешивается и говорит: "Покупайте!" — принуждает законом. А все остальное — это сервис страховщиков.

Сейчас рынок ОСАГО почти готов ввести такие же правила игры, как в каско. Если бы был совсем готов, тогда регуляторы или законодатели уже бы это сделали. Мы лоббируем движение в этом направлении.

Единственное предложение по ОСАГО — расширить лимит ответственности по жизни и здоровью с 500 тыс. до 2 млн рублей. В этом прослеживается определенная логика. Если перевозчик страхует ответственность за нанесение вреда жизни и здоровью до 2 млн рублей, почему в ОСАГО — 500 тыс. рублей? Хотя жизнь человека бесценна, но надо каким–то образом уравнять показатели, если мы на что–то опираемся, и сделать лимит выплат стандартным. Очевидно, статистика показывает, что потеря кормильца компенсируется такой суммой (2 млн рублей), исходя из уровня жизни в нашей стране.

Мы не думаем, что это заставит нас сильно повышать тарифы. По сравнению с четырехкратным увеличением уровня ответственности вряд ли это будет критично.

Дмитрий Лучков:

Изменения в законе об ОСАГО не дают возможность более персонализированно делать предложение своим клиентам, мы четко понимаем по тому же каско, что есть определенные параметры, которые очень сильно влияют на стоимость каско. К примеру, у ВСК с 2000 года действует понижающий коэффициент, если водители находятся в браке. Мы видим, что водители в браке или имеющие детей ездят намного менее аварийно, чем другие.

С другой стороны, применение коэффициентов за административные правонарушения и по телематике пока не дает возможности сделать персональное предложение клиенту: во–первых, непрозрачен механизм использования этих средств, потому что все–таки информация об административных правонарушениях подпадает под действие закона о защите персональных данных и ее получение в прямом виде будет нарушением этого закона, а во–вторых, они не дают полноты картины.

Телематика есть далеко не у всех, а данные с ГЛОНАСС на сегодняшний день приходят абсолютно не в том виде, в котором они нужны. Чтобы мы смогли применить понижающий коэффициент, нам нужно получить согласие клиента, год собирать по нему статистику. В Страховом доме "ВСК" мы пока отказались от этой идеи.

Реформа ОСАГО — это не только либерализация тарифов, а еще и расширение выплат, что должно влиять на каско, потому что все больше людей отказываются от полисов каско или покупают урезанные полисы в расчете на то, что у тех, кто их ударит, будет ОСАГО и они получат выплату по ОСАГО. Насколько сильна эта тенденция сейчас?

Дмитрий Большаков:

С нашей точки зрения, стоимость полиса каско падает постоянно и продолжает падать сейчас. Фактор того, что возмещение по ОСАГО работает, наверное, является вторым по значимости. А первый заключается в том, что платежеспособность основного потребителя сейчас не увеличивается. Это значит, что люди начинают выбирать более дешевые полисы, покупают каско с франшизой, а каско с франшизой имеет интересные последствия. Люди не обращаются за урегулированием по небольшим убыткам, чтобы получить скидку за безубыточность на следующий год. Частотность обращений снижается, однако растет средняя выплата.

Несмотря на снижение средней выплаты по каско, количество жалоб по этому виду страхования не превышает этот же показатель по ОСАГО, хотя система ОСАГО до сих пор имеет немало странностей и погрешностей. Я делаю из этого философский вывод, что индивидуальный тариф, который применяется по каско, больше устраивает клиента, чем тариф, который применяется в ОСАГО, правда ставший более индивидуальным, чем ранее.

Дмитрий Лучков:

У нас в городе есть проблема: в основном происходят очень тяжелые ДТП. В Петербурге стиль езды более агрессивный, чем в других городах, даже в Москве. Сразу видно, когда к нам приезжает житель столицы, потому что он никогда не запаркуется мимо разметки, никогда не разгонится больше 70 км/ч и не поедет по Невскому со скоростью более 120 км/ч. Здесь гораздо быстрее ездят, поэтому аварии серьезнее. А обращаются чаще по ОСАГО, наверное, потому, что когда у тебя франшиза 30–50 тыс. рублей по каско, то если ты не виноват, ты, естественно, пойдешь по ОСАГО. Зачем тебе платить эту франшизу и повышать тариф на каско на следующий год? Если ты не виноват, даже не пойдешь обращаться.

Выделите фрагмент с текстом ошибки и нажмите Ctrl+Enter
Новости партнеров
Реклама