Светлана Белогубцева, Мария Шевлягина Все статьи автора
30 октября 2018, 00:13 15213

Перелицовка рынка. Пластическая хирургия в ожидании потрясений

Фото: ФОТОЭКСПРЕСС

Городской рынок пластической хирургии переживает революционные потрясения. Итогом принятых в мае 2018–го новых отраслевых требований может стать закрытие большинства небольших клиник. От остающихся на рынке потребуются многомиллионные инвестиции. Новые правила на руку крупным центрам, которые уже соответствуют почти всем требованиям и теперь избавятся от слабых конкурентов.

С июня Росздравнадзор проводит проверки клиник уже по новым требованиям, и результаты для многих плачевны. Как сообщили представители Минздрава, уже проверено более 500 из примерно 1200 российских клиник пластической хирургии. По данным чиновников, в двух из трех проверенных медицинских организаций условия работы не соответствуют новым стандартам.

Росздравнадзор: 15% клиник пластической хирургии сдали лицензии

Росздравнадзор: 15% клиник пластической хирургии сдали лицензии

330

"По нашей оценке, 60–80% частных клиник по итогам проверок закроются или будут вынуждены наращивать инвестиции, чтобы соответствовать новым требованиям", — рассказывает Сергей Ануфриев, директор Петербургского медицинского форума. Это приведет к удорожанию услуг клиник. Неавторизованно врачи говорят о 30%–ном росте цен из–за новых правил.

По сути, речь идет о том, что пластические операции теперь можно делать только в условиях стационара. Даже для "простых" операций потребуется дорогостоящая техника и полный штат квалифицированных по всем правилам врачей.

Авторы новых правил говорят о заботе о пациентах и приводят печальную статистику смертей после "простых" операций.

Как рассказывают в беседах с "ДП" участники рынка, в Петербурге не так много крупных медцентров, которые могут оказать всеобъемлющую помощь, а именно этого теперь требует регулятор.

Логика событий последних месяцев говорит о том, что на рынке останутся лишь крупнейшие клиники и именно они будут определять цены на услуги.

По данным главного пластического хирурга Петербурга Марии Волох, в Петербурге лишь 90–100 пластических хирургов имеют необходимую квалификацию. При этом всего в городе около 50 клиник, которые оказывают такие услуги. Еще примерно 100 частных кабинетов проводят несложные процедуры. Оценить объем рынка в деньгах опрошенные "ДП" эксперты не взялись: слишком большой разброс цен на операции, а сводной статистики по клиникам ни у кого не нашлось. В любом случае речь идет о миллиардах рублей в год.

Доходная медицина. Как открыть клинику за пять шагов

Доходная медицина. Как открыть клинику за пять шагов

1634
Юлия Дерябина

Плюсы и минусы

"После вступления в силу новых правил части клиник придется закрыться. Но я считаю это скорее позитивным трендом, ведь уйдут не самые сильные специалисты, — говорит Мария Волох. — Есть предложения выделить несложные операции в отдельную категорию и предъявлять к их проведению менее жесткие требования. Но я не могу поддержать их, ведь любая, даже малоинвазивная, операция может потребовать более сложного хирургического вмешательства, и необходимо обеспечить возможность его проведения".

Участники рынка, перечисляя плюсы нововведений, указывают, что теперь по каждому медицинскому профилю у них есть критерии: чем данный специалист может заниматься, что входит в его полномочия, что не входит, каким должен быть уровень его образования. Четко зафиксирована необходимость отдельной оплаты переработок. А выполнение обязанностей, которые не входят в компетенцию врача, может быть оспорено в суде.

Однако куда больше вопросов вызывают новые требования к оснащенности клиник и квалификации специалистов. При этом они в основном не касаются самих отделений пластической хирургии. Изменились лишь требования к организациям, в которых они находятся. Теперь, по сути, это должны быть полноценные медцентры с дорогостоящим оборудованием и штатными специалистами разных профилей.

"На мой взгляд, эти требования избыточны. Покупать маммограф для пластической хирургии нет необходимости", — комментирует член общественного совета при Минздраве РФ Сергей Лазарев. То же самое касается и необходимости наличия круглосуточной реанимации.

"У нас и так–то врачей–реаниматологов дефицит. И минимум, что может произойти, — выполнение приказа просто станет фикцией. Они практически запретили амбулаторную работу. Единственное, что разрешено, — прием и перевязка", — возмущается Сергей Лазарев.

Эксперт отмечает, что теперь неясно, какие манипуляции могут проводиться в амбулаторных условиях, какие — в стационарных, какие — на дневном стационаре. Еще одна проблема: не разделены вопросы реконструктивно–пластических операций (РПО) и эстетических. По сути, непонятно, можно ли теперь будет удалить бородавку не в полноценной клинике с маммографом и анестезиологом, а в салоне красоты.

Кроме того, активно обсуждается идея внести пластическую хирургию в ОМС, но здесь есть нюансы. Программа госгарантий включает 83 вида РПО, которые уже сейчас выполняются в рамках высокотехнологичной медицинской помощи. Но большинство из них касается не внешнего вида пациентов, а реконструкции внутренних органов. Операции по ликвидации именно внешних дефектов, например после сильных ожогов, тоже предусмотрены в системе ОМС.

Сергей Лазарев обращает внимание на то, что делают их, по сути, те же пластические хирурги. Провести границу между пластическими операциями в понимании обывателей и РПО, как их видят врачи и медицинские администраторы, порой бывает непросто, и, возможно, все же есть смысл отделить эстетическую медицину от пластической.

Нужны деньги

Многопрофильной клиники "ОстМедКонсалт" нововведения в связи с вступлением в силу нового приказа коснулись серьезно — здесь отделение пластической хирургии пришлось закрыть: новым требованиям оно не соответствует. Но генеральный директор клиники Александр Некипелов воспринимает ситуацию конструктивно: "Есть требования — мы будем их исполнять". Бизнесмен считает, что при некоторой избыточности требований доля здравого смысла в них все же есть: "Я за то, чтобы в этой сфере был порядок. Я, например, в принципе не начинал работать, пока у меня не было рентгеновского аппарата".

Сейчас руководство "ОстМедКонсалта" планирует полностью перестроить отделение пластической хирургии и оснастить его по новым требованиям.

"Это практически новый проект — мы проводим полную реновацию оперблока. Все работы планируем завершить к декабрю и подадим заявку на лицензию", — отметил Александр Некипелов.

Сумму инвестиций на эти цели бизнесмен оценивает в районе 20–30 млн рублей. "Работать как положено стоит денег. Не все компании выдержат это условие. Выживут крупные", — уверен глава "ОстМедКонсалта".

"Мы открылись в июне, но уже сейчас у нас проходит внеплановая проверка. Честно сказать, мы рассчитывали, что будем оказывать услуги пластической хирургии, но сейчас вынуждены перевести это направление в режим консультаций, — рассказывает главный врач небольшой клиники, пожелавший остаться неназванным. — Никто из коллег не ожидал, что такое произойдет. Может быть, были в курсе только те, кто владел инсайдерской информацией".

"Пластическая хирургия — достаточно сложное направление на стыке сосудистой, лор–хирургии и офтальмологии, поэтому помощь должна оказываться в центрах, где есть отделение реанимации, лучевой диагностики. Такие центры должны быть оснащены своей лабораторией, — уверена генеральный директор "СМ–Клиники" (ООО "Меди ком") Сусанна Чуприна. — Я не слышала, чтобы знакомые клиники закрывались из–за нового приказа, мы без каких–либо серьезных проблем прошли проверку Росздравом".

По словам Сусанны Чуприной, самое затратное для клиники пластической хирургии — содержание отделений лучевой диагностики, маммографии, лаборатории срочных анализов, оснащение стационара. Один из крупных игроков на рынке пластической хирургии в Петербурге — клиника "Медси". Доля этих услуг составляет около 10% от работы клиники. В "Медси" считают, что инициатива по созданию новых требований правильная и направлена на защиту прав и здоровья пациентов.

Другой крупный игрок в этой нише — клиника "Евромедика". Ее директор Александр Осипов согласен с представителями "Медси".

"Закрывают недобросовестных игроков. Но, если вдруг коснется моих друзей, будем помогать всем миром. Мы ведь не только бизнес ведем, не только дружим, но еще и лечимся друг у друга, — говорит он. — Мы не вставляем друг другу палки в колеса, мы строим отношения конструктивно".

В октябре мы прошли серьезную проверку на соответствие требованиям Росздравнадзора: наличие коечного стационара, маммографа, рентгена, собственной лаборатории и т. д. Мы продолжаем оказывать услуги пластической хирургии без изменений, так как всем строгим требованиям комплекс клиник "МЕДИ на Невском" соответствовал и до их ужесточения.
Марина Касумова
генеральный директор ЗАО "МЕДИ"
Нас с проверкой еще не посетили, мы к ней готовимся. Нам пришлось создать два отделения: клиническую лабораторию и рентгеновское отделение, а значит, и провести полную реструктуризацию работы клиники. Раньше мы руководствовались простой логикой: зачем нам приобретать томограф, если у него нулевая рентабельность? Все анализы можно было пройти в отделении "Инвитро", которое находится через дорогу. Только у "Инвитро" себестоимость такого анализа — 50 рублей, у нас же — 500. Мы будем стараться удерживать цены на услуги, но возможно их незначительное увеличение. Мы вложили деньги, которые хотели потратить на развитие наших услуг по пластической хирургии, а приходится тратить на некоторые вещи, которые раньше спокойно отдавали на аутсорс.
Илья Баталов
заместитель главврача клиники эстетической медицины DEGA

В контексте

Пластическая хирургия еще недавно была диким рынком, сама специальность официально появилась лишь в 2009 году. И хотя нельзя сказать, что это огромные деньги — 12,3 млрд рублей за год по всей России, — странно было бы ожидать, что государство будет эту сферу игнорировать.

Одна пациентка впала в кому, другая после липосакции не могла ходить, у третьей во время операции по коррекции молочной железы врач забыл в груди салфетку. Это список «достижений» только одного непрофессионала на рынке. Летальные случаи тоже возможны: так, всего месяц назад пациентка элитной петербургской клиники скончалась после липосакции. Так что интерес проверяющих к отрасли — совсем не праздный.

Интриги добавляет тот факт, что у всех последних реформ в российской пластической хирургии, похоже, есть неофициальное имя. Как полагают, ключевым лоббистом может выступать жена министра промышленности и торговли Наталья Мантурова. Доктор медицинских наук, заведующая кафедрой в РНИМУ им. Пирогова, внештатный специалист Минздрава…

На этом рынке она далеко не последний человек — владеет сетью клиник эстетической медицины. Но, судя по отзывам специалистов, это история не о бизнес–интересе. Мантурову уважают, называют целеустремленной и человеком огромной энергетики. Считается, что именно с ее подачи отрасль готовится получить и серьезные государственные деньги за счет полисов ОМС. Проблема одна — жесткий стиль управления. Что называется, без демократии.

Наводить порядок на рынке пластической хирургии легко. В Ростове, например, два десятка клиник сдали лицензии даже до проведения проверок — видимо, от греха подальше. Но это случаи, когда адреса известны. Даже если клиника скрывается за неприметной табличкой, приехать туда «в гости» труда не составит.

Куда хуже дело обстоит с так называемыми омолаживающими инъекциями (ботокс и пр.). Специалисты там куда мобильнее, им даже докторами называться не нужно — достаточно продемонстрировать диплом косметолога. Хотя и это делают не все, без проблем проводя процедуры на дому и по знакомству. Неаккуратный укол, некачественный наполнитель — и вместо вечной молодости у пациентки перекошенные губы. Самые неудачливые после таких опытов становятся клиентами все тех же пластических хирургов.

Красота, конечно, требует жертв, но до определенных пределов. Так что теперь жертвы закономерно появятся среди участников рынка. И одними лишь пластическими хирургами дело, скорее всего, не ограничится.

Георгий Вермишев

Выделите фрагмент с текстом ошибки и нажмите Ctrl+Enter
Новости партнеров
Реклама