dp.ru Все статьи автора
25 сентября 2018, 13:58 437

Юрист сезона Ирина Мошнякова: "Мы поломали эту практику"

Старший партнер ИПП Ирина Мошнякова доказала в споре с заказчиком, что работы по госконтракту не являются "невыполненными" или "дополнительными".

Ирина, расскажите, в чем была суть претензий госзаказчика?

— Клиент выполнил строительные работы и закрыл контракт, при сдаче были подписаны акты по форме КС–2 и КС–3. Спустя 3 месяца клиент узнал, что госзаказчик выходил на объект, не предупредив его, и без всяких измерений составил акт, что ряд работ, отраженных в документах о приемке, не выполнен или выполнен в неполном объеме. При этом часть объектов находится под землей, то есть речь идет о скрытых работах, установить объем которых невозможно без инструментальной проверки. Далее заказчик подал иск, что не выполнены работы на 77 млн рублей.

Я правильно понимаю, что это достаточно распространенная ситуация?

— К сожалению, да. В последнее время к нам все чаще обращаются клиенты — строительные организации Северо–Западного региона и Москвы с проблемами, возникающими при закрытии государственных контрактов и освоении бюджетных средств. Одной из основных причин являются некорректно подготовленные документы с обеих сторон, начиная с технической документации. Подрядчику, в частности, сложно отчитаться по работам, выполненным с отклонением от указанных в сметной документации.

В данном случае клиент формально отчитался по работам, которые указаны в технической документации. Но, поскольку контракт был закрыт, согласно сложившейся судебной практике, заказчик подал иск с требованием о неосновательном обогащении. По такой категории дел суд устанавливает "отсутствие правовых оснований для удержания перечисленных подрядчику денежных средств за работы, которые не выполнены или в выполнены не в полном объеме, согласно госконтракту". Логика проста — контракт завершен, деньги оплачены, несмотря на оформленные сторонами акты КС–2 и КС–3, заказчик вправе возражать по объему и стоимости работ.

И какая стратегия защиты клиента была избрана в этом деле?

— Она заключалась в том, чтобы доказать суду, что наша ситуация имеет существенные отличия от тех, в отношении которых сформировалась та самая судебная практика, вплоть до позиции Верховного суда. Во–первых, в нашем случае строительным экспертом было установлено, что результат госконтракта достигнут, возведенные объекты функционируют. Им же было выявлено, что, несмотря на факт невыполнения части работ, указанных в актах приемки, для достижения результата подрядчиком проведены другие работы на основании откорректированной им рабочей документации. Во–вторых, что указанные "другие работы" не являются "дополнительными" и не требуют отдельного согласования с заказчиком, так как они осуществлены на основании измененной рабочей документации, которую, согласно контракту, готовил наш клиент. А ст. 703 ГК РФ предусмотрено, что подрядчик вправе самостоятельно определять способы выполнения задания заказчика, если стороны не установили иное. Кроме того, среди условий возникновения обязательства по возврату имущества, приобретенного без оснований, указано увеличение имущественной сферы одного лица в связи с умалением имущественной сферы другого (утрата имущества одной из сторон). Та же судебная строительная экспертиза установила, что стоимость фактически выполненных работ составила не 77 млн рублей, а более 106 млн рублей. То есть отсутствуют основания для удовлетворения требования о взыскании с нашего клиента неосновательного обогащения.

В чем была сложность этого дела?

— Первая инстанция удовлетворила иск заказчика. Суд квалифицировал все работы, перечень которых не совпадал с актами КС–2 и КС–3, как "дополнительные" и выполненные без согласования с госзаказчиком.

Ситуация уникальна тем, что у нас очень жесткий закон 44–ФЗ в части исполнения подрядчиком определенных контрактом видов работ. Если что–то отличается и подрядчик не получил согласование госзаказчика, работы не оплачиваются. Мы поломали эту практику, сказав, что не всегда в подобных ситуациях работы являются дополнительными.

Суды второй и третьей инстанций сочли наши доводы убедительными, указав, что установленные контрактом работы фактически выполнены, результат контракта достигнут, а частичное несовпадение выполненных работ с актами КС–2 и КС–3 не свидетельствует о невыполнении подрядчиком работ в общем объеме.

Самое важное — в постановлении суда отражена позиция, согласно которой госзаказчик также должен выполнять свои обязательства, в частности, по проверке результата работ перед их приемкой. Суд указал, что, согласно ст. 711 ГК РФ, сдача работ заказчику является основанием для возникновения у него обязанности по оплате.

Дело было сложное, им занималась целая команда, хочу выразить особую благодарность моей коллеге и соратнику — адвокату Татьяне Блиновой, которая приняла активное участие в подготовке и реализации тактики защиты клиента в данном процессе.

Выделите фрагмент с текстом ошибки и нажмите Ctrl+Enter
Новости партнеров
Реклама