Лев Лурье Все статьи автора
24 ноября 2017, 00:06 3923

Топонимическая контрреволюция. Лев Лурье о том, как менялись названия улиц в Петербурге с царского периода по наше время

Сегодня, 24 ноября, Топонимическая комиссия решит, будут ли Советские улицы снова называться Рождественскими, а площадь Восстания — Знаменской. Станет окончательно ясно, кто победил в Гражданской войне — белые или красные.

Революция от испуга. Лев Лурье о том, как страх общества перед неминуемым возмездием привел большевиков к победе

Революция от испуга. Лев Лурье о том, как страх общества перед неминуемым возмездием привел большевиков к победе

1744
Лев Лурье

Петербургская топонимика соединяет огромное количество исторических напластований. Названия улиц менялись и до революции. Беспокоились прежде всего о благозвучии и респектабельности — Малая Мещанская становилась Казначейской, Большая — Казанской, Грязная превращалась в Николаевскую. Посмертно отмечали общепринято великих: Новопетергофский проспект переименовали в Лермонтовский, Новую улицу — в Пушкинскую, Малую Морскую — в Гоголя.

Настоящую борьбу с прошлым начали большевики в соответствии со своим Планом монументальной пропаганды. Как в "Городе Солнца" Томмазо Кампанеллы, решительно все — памятники, плакаты, названия улиц, граффити — должно было агитировать за новую власть.

Прежде всего взялись за царей и религию: мост Петра Великого становится Большеохтинским, Николаевская улица переименовывается в Марата, Рождественские — в Советские, Преображенская — в Рылеева, Архиерейская — в Льва Толстого, Спасский переулок — в улицу Рабочего Петра Алексеева.

Не забывают и своих вождей: Широкая — Ленина, Гатчина — Троцк, Гороховая — Дзержинского, Исаакиевская площадь — Володарского, Дворцовая — Урицкого. Так как поначалу революция ожидалась всемирная, не забыты были ни Робеспьер, ни Карл Либкнехт, ни Роза Люксембург.

В 1944 году начинается откат от революционного в пользу имперского, от интернационального — в пользу национального. Исчезают площади Урицкого и Володарского, проспекты Карла Либкнехта и Нахимсона.

Французская набережная становится набережной Кутузова, улица Эдисона — улицей Яблочкина. Петергоф заменяют Петродворцом, Ораниенбаум — Ломоносовом, Шлиссельбург — Петрокрепостью.

Самой радикальной волной переименований ознаменован 1952 год — сразу 108 новых названий. Особенно повезло героям исторических фильмов — в Смольном решили: раз они пропущены в прокат сталинской цензурой, значит, никакой идеологической опасности не представляют. Гагаринская становится улицей Фурманова, Большая Вульфова — Чапаева, Малая Вульфова — Котовского, Малый проспект получает имя Щорса. В честь героев "Молодой Гвардии" названы улицы Олега Кошевого, переулки Ульяны Громовой и Сергея Тюленина.

Лучшее из худшего. Историк Лев Лурье о кандидатах в президенты

Лучшее из худшего. Историк Лев Лурье о кандидатах в президенты

2235
Лев Лурье

При Хрущеве проспект Сталина становится Московским, Сталинградский — снова Лиговским. При Брежневе царила стабильность — улицы Вилли Песси и Хошимина, проспект Тореза, Бухарестская, Будапештская и Пражская появились на окраинах.

Романтический Петросовет в 1990–е годы вернул городу Конногвардейский бульвар, Английскую набережную и проспект, Гагаринскую, Введенскую, Галерную, Гороховую, Фурштатскую, Шпалерную, Захарьевскую, Итальянскую, Кавалергардскую, Кирочную, Караванную, обе Конюшенные и Сенную площадь. Переименование улиц туда–обратно, как мы видим, любимая городская забава. Покой нам только снится. От перемены символов городская среда меняется мало. Гораздо важнее символическое наполнение — идеологический вектор.

Немногие жители бывшего Смольнинского района отождествляют себя с Рождественской частью Петербурга. Советы как форма власти не обязательно связаны с большевиками.

Площадь Восстания — один из немногих топонимов в городе, связанный с реальным историческим событием — свержением самодержавия. На площади находится одноименная станция метро. Рядом — улица Восстания. Но логика в переименовании имеется. Член Топонимической комиссии Борис Тихомиров в интервью "Фонтанке" сказал: "У слова "восстание" ассоциации с бунтом, мятежом, майданом. А люди — так они, подлецы, ко всему привыкают, так Достоевский писал".

Впрочем, и у оппонентов возражения из той же оперы: "Безответственная политика идеологической борьбы с советским прошлым, как демонстрирует опыт Украины, Польши и стран Прибалтики, по сути, означает позорную русофобскую и антисоветскую практику, которая на руку лишь государствам НАТО и другим внешнеполитическим врагам России".

Я бы не стал будить страсти и отложил переименование в долгий ящик. Но Топонимическая комиссия учреждение подневольное, как мы помним по истории с мостом Ахмата Кадырова. Так что посмотрим, куда нынче ветер дует.

Новости партнеров
Реклама