Павел Горошков Все статьи автора
14 сентября 2017, 00:04 37165

Расходы петербургских предпринимателей на защиту от уголовного преследования за 3 года утроились

За 3 года затраты петербургских предпринимателей на юридическую защиту от уголовного преследования утроились. Силовые структуры борются с коррупцией, охотно участвуют в бизнес–войнах и активно помогают фискальным органам пополнять бюджет.

Исследование "Карта юридического рынка Петербурга", которое "ДП" ведет уже третий год (новая "Карта" выйдет 20 сентября), наглядно продемонстрировало тренд, о котором крупнейшие юридические фирмы города твердят уже много месяцев: петербургский бизнес все больше денег тратит на услуги специалистов по уголовному праву. В 2016 году эти траты превысили даже расходы на банкротства.

Наркостолица. Как выглядит Петербург на карте преступности России

Наркостолица. Как выглядит Петербург на карте преступности России

3375
Николай Менделев

Эксперты считают, что это четкий признак наметившегося перелома в ходе экономического кризиса: если 2 года назад во главе угла стоял вопрос тотальных неплатежей, то теперь главной угрозой для бизнеса стало возможное уголовное преследование. Причем винят в этом эксперты не только государство, которое с помощью силовиков активно пополняет бюджет, но и самих предпринимателей, которые привлекают уголовно–правовые рычаги для решения своих хозяйственных споров.

Собственно цифры

Если в 2014 году топ–10 крупнейших юридических фирм, занимающихся беловоротничковой преступностью, заработали на этой практике около 250 млн рублей, то в 2015 году этот показатель вырос до 440 млн, а в 2016 году превысил отметку 730 млн рублей.

Рост уголовно–правовой практики отмечают и более мелкие игроки юридического рынка. Многие фирмы, ранее не занимавшиеся "уголовкой", берут в штат специалистов по уголовному праву либо заключают партнерские соглашения с адвокатскими коллегиями и бюро.

В то же время доходы фирм, занимающихся банкротствами, в 2016 году снизились.

Совокупная выручка десятки лидеров этой практики от банкротных процессов за 2014 год составила 480 млн рублей, за 2015–й — 534 млн, а за 2016–й — 526 млн рублей.

Управляющий партнер Capital Legal Services Владислав Забродин о судебной системе в РФ, отношениях бизнеса и власти

Управляющий партнер Capital Legal Services Владислав Забродин о судебной системе в РФ, отношениях бизнеса и власти

1113
Павел Горошков

Снижение доходности этой практики отметили и более мелкие игроки, а некоторые и вовсе сократили банкротные подразделения.

"Практика банкротств не может расти вечно, и уже сейчас она стагнирует, — говорит Егор Носков, управляющий партнер "Дювернуа Лигал", который занялся уголовно–правовой защитой клиентов буквально в 2014 году и за 3 года заработал на этом более 220 млн рублей. — А вот практика white collar crime имеет потенциально гораздо больше жертв, потому что в нее попадают не только предприниматели, но и чиновники и сами силовики. Буквально на днях задержан замглавы ФСИН, а его предшественник уже получил срок".

Поймали волну

Лидерами рынка уголовно–правовой защиты бизнеса являются шесть фирм: Pen&Paper (доходы от практики — 306 млн рублей), "Дювернуа Лигал" (149 млн), CLC (88 млн), "Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры" (70 млн), "Институт проблем предпринимательства" (52 млн) и "Апелляционный центр" (30 млн).

По словам участников рынка, основной тренд задает государство, которое активно привлекает правоохранительные органы в помощь фискальным — налоговикам и таможне. Активность силовиков в отношении бизнеса за 2 года выросла многократно, говорят юристы, уголовные дела возбуждаются при любых попытках бизнесменов вступить в спор с налоговой или таможней по поводу предъявленных недоимок.

Ярким примером такой практики можно назвать ООО "Компания "Марвел": после того как она в 2016 году попыталась оспорить налоговые претензии на 1,17 млрд рублей, ФНС инициировала передачу материалов в правоохранительные органы для возбуждения дела о неуплате налогов. В результате бизнесмены предпочли отозвать иски к ФНС и заплатить налоги, после чего дело было прекращено. А затем просто перерегистрировали компанию в Москве, где выстроили бизнес–процессы уже по–другому.

Между тем доходы от "уголовных" статей бизнеса показали даже такие узкоспециализированные фирмы, как "Онегин групп" (специализируется на медицинском праве) и морские юристы ("Юринфлот", "Навикус", "Инмарин", "Ремеди" и др.).

"Давно не было уголовных дел у моих клиентов, но в этом году появилось одно: таможня возбудила, клиент–иностранец уже в статусе подозреваемого. Очень страдает", — говорит управляющий партнер "Юринфлот–СПб" Владимир Морковкин.

Другим катализатором тренда, по словам участников рынка, является пробуксовка гражданских, цивилистических, механизмов разрешения споров.

"Эффективность арбитражного процесса все еще довольно низка, никто не исполняет решений судов, исполняют только приговоры, — говорит управляющий партнер "Апелляционного центра" Иван Решетников. — Тон здесь задает, конечно, ФСБ: все значимые уголовные дела идут при участии чекистов, и если у нас когда и говорят про неотвратимость наказания, то имеют в виду их".

Кто нынче платит

Список бизнесменов, топ–менеджеров и чиновников, которые вынуждены тратить десятки миллионов рублей на адвокатов, год от года растет. Если в 2014 году главными клиентами беловоротничковых адвокатов были владельцы разорившихся туроператоров и ярко выделявшийся на их фоне бывший сенатор Александр Сабадаш, то в 2015 году громких дел прибавилось.

Был арестован владелец ГК "Город" Максим Ванчугов, объявлен в международный розыск экс–совладелец Балтийского банка Олег Шигаев, в связке с арестованным губернатором Коми Вячеславом Гайзером был задержан экс–сенатор и петербургский бизнесмен Евгений Самойлов, а бизнес–партнер Андрея Аршавина Петр Тиньгаев якобы признался следствию, что подделал подпись футболиста на договоре поручительства перед Сбербанком на 1 млрд рублей.

В 2016 году практику white collar crime петербургских юрфирм пополнили своими кейсами и деньгами новые персоны, включая участников рейтинга миллиардеров "ДП". Среди них — совладелец холдинга "Форум" Дмитрий Михальченко и ряд его топ–менеджеров, президент компании "Усть–Луга" Валерий Израйлит, бывший вице–губернатор Петербурга Марат Оганесян, владелец холдинга "ЭСИХ" Антон Зингаревич, гендиректор "Интарсии" Виктор Смирнов, бывшие совладельцы банка "Таврический" Сергей Сомов и Дмитрий Гаркуша, а также бывший генеральный директор "Ленэнерго" Андрей Сорочинский.

В 2017 году правоохранительные органы продолжили взятый курс: под следствие попал владелец холдинга "Генеральная строительная корпорация" Виктор Кудрин, взят под стражу заместитель директора Эрмитажа Михаил Новиков, обвинен в мошенничестве владелец кооператива "Семейный капитал" Игорь Белоусов.

White collar crime (беловоротничковая преступность) последние пару лет демонстрирует реактивный взлет, а количество преступлений экономической направленности, которыми занимаются следственные органы, увеличилось в геометрической прогрессии. Теперь на эту часть юридического рынка пожаловали коллеги из ФСБ: значительную часть таких дел они сопровождают либо расследуют самостоятельно. Мера пресечения в виде ареста для фигурантов таких дел сегодня стала "обычаем делового оборота". Таким же обычаем стало то, что налоговая проверка любого крупного бизнеса сопровождается правоохранительными органами и в девяти из 10 случаев заканчивается возбуждением уголовного дела. Вне зависимости от уплаты недоимки или отмены решения налогового органа в суде.
Алексей Добрынин
Алексей Добрынин
Партнер Pen&Paper
Наметившийся рост числа уголовных дел, возбуждаемых по "бизнес–статьям" УК, говорит о том, что государство обратило внимание на деятельность бизнесменов, особенно там, где есть госфинансирование. Часто повторяется один сценарий: ОБЭП инициирует дело, производит выемки и обыски, изымая из офисов документацию и все носители информации. Копирует ее неохотно, возвращать желанием не горит. Понятно, что работа бизнеса парализуется. Наиболее эффективный способ защиты бизнеса в таких случаях — ежедневная бомбардировка следователя ходатайствами и обжалование его отказов в вышестоящих органах и прокуратуре. Это заставляет их взять дело на контроль и не допускать нарушений.
Алексей Рыжкин
партнер "Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры"
Перенос акцентов в уголовно–правовую плоскость связан с пробуксовкой процедур банкротств и фискальной политики. В кризис государство жестче следит за финансовой дисциплиной, а бизнес яростнее сражается за свои деньги. Цивилистические конструкции тут оказались несостоятельными, и, естественно, вакуум заполняется уголовно–правовым материалом. Когда вопрос не получается решить планово, его пытаются решить силой. Картина может измениться с ростом применения субсидиарной ответственности руководителей и бенефициаров. При всем азарте уголовно–правовых баталий конструкции там, в силу особенностей системы, крайне грубы. И нам, и бизнесу хотелось бы игры потоньше. Потому что излишняя простота развращает профессиональный рынок.
Наталья Шатихина
Наталья Шатихина
управляющий партнер CLC
Новости партнеров
Реклама