17:4411 августа 2017
Это ремейк фильма Дона Сигела "Обманутый" (1971) по роману Томаса Каллинана. "Роковое искушение" во многом повторяет даже его отдельные мизансцены, но это совершенно другое кино. Ушедший от нас в этом году кинокритик Даниил Дондурей говорил, что ремейки удаются в тех культурах, где основные ценности общества сохраняются на протяжении долгого времени. В таких случаях малейшие черточки или акценты в ремейке способны дать ощущение современности и в то же время как бы подтвердить верность основным принципам. В этом зазоре между прошлым и нынешним как раз и возможно размышление — или приглашение к нему, что в конечном итоге и дает возможность фильму под условным жанровым обозначением "авторское кино" влиться тем не менее в мейнстрим, встроиться в большой прокат.
Где–то в Луизиане времен Гражданской войны раненого янки Джона Макберни (Колин Фаррел) находят и выхаживают воспитанницы–конфедератки из частного пансиона для девиц, формально он враг, военнопленный, по сути — заложник какой–то более сложной ситуации, которую у нас принято называть гендерной. Единственный мужчина в женском царстве — ситуация в своем роде безвыходная: возможность любовного приключения витает в воздухе, его вероятность электризует всех участников драмы (ситуация войны снимает формальности, культурные и прочие ограничения, война также обостряет чувства).
Если бы кейс Джона разбирал современный психолог, он сказал бы, что герой выбрал неправильную стратегию — за что и поплатился. Джон решил сорвать джекпот, то есть одержать сразу все возможные победы, но, с другой стороны, его к этому подталкивали все участники драмы.
Этот фильм критики сразу же окрестили феминистским — в этом есть какое–то сужение проблемы, ее упрощение. При обзоре этого фильма также важно не поддаться соблазну мужского шовинизма, который тут подсказывает самый простой ответ: что вот, мол, это фильм о женском коварстве (этот вариант чаще всего приходит в голову и зрительницам, как можно судить по репликам после просмотра). Все это совершенно несправедливо.
Фильм Копполы в данном случае можно было бы назвать экзистенциальным, рассматривая ситуацию как человеческую — и даже неразрешимо человеческую.
Это фильм не о женщинах и мужчинах, а о том, что в жизни хотя и есть выбор, но количество вариантов все–таки ограничено и нужно уметь это соотносить с кажущейся безграничностью свободы действий. Во–вторых, это, как ни странно, о поведении в социуме. Нужно учитывать "габариты жизни" — лучше всего об этом сказано, как ни странно, в русской сказке "Грибок–теремок".
В сущности, мы имеем дело с ситуацией — благодаря таланту и оригинальной трактовке Копполы, — где нет правых и виноватых, и каждый действует до поры, повинуясь естественным инстинктам (и кто кого тут упрекнет?..), но именно несовместимость инстинктов и правил жизни в социуме порождает неразрешимые человеческие конфликты.
Фильм Копполы предполагает множество вариантов трактовок — именно этим он и хорош, а вовсе не тем, что кому–то или чему–то выносит приговор. Он хорош тем, что постоянно ставит тебя в тупик — по размышлении, — поскольку никакой логики тут нет, а есть при этом еще и постоянное подмигивание того, что в человеческом обиходе принято называть судьбой. Существует ли она? — или существуют только люди? — вот в конечном итоге к чему приводят размышления об этом фильме, и много куда еще могут привести.
