Дмитрий Прокофьев, экономист Все статьи автора
11 сентября 2015, 17:19 563

Как китайцы и мексиканцы оказались богаче россиян

Фото: ИТАР-ТАСС/Руслан Шамуков

Экономист Дмитрий Прокофьев объясняет, почему бессмысленны разговоры о суперуспехах российской экономики за последние 15 лет.

Третий раз за последний месяц приходится начинать текст с какого–нибудь министерского высказывания. Министры говорят хорошо. Один заявил, что мы уже обогнали Америку по производительности труда (в смысле, что раньше рабочий получал 10 долларов, а после девальвации стал получать 4 — вот вам и производительность выросла). Другой обнаружил волшебное средство по искоренению коррупции: надо школьникам объяснить, что взятки — плохо, глядишь, когда через 40 лет дети министров сами станут министрами, мы и заживем честно. А третий (министр труда) просто сказал, что в 2015 году реальные доходы россиян снизятся на 4%. Или на 5%, потому что сейчас "сложно дать какие–то точные оценки".

Дворцовый мост на две недели станет красным в честь китайского Нового года

Дворцовый мост на две недели станет красным в честь китайского Нового года

329

Дать точные оценки действительно трудно, недаром тот же самый министр в начале апреля прогнозировал, что "ближе к IV кварталу будет наблюдаться повышение реальных доходов". Загаданный квартал приходит, повышения не наблюдается, и отдадим должное министру: он не стал жонглировать цифрами, утверждая, что дважды два — это даже не пять, а рост благосостояния, но честно сказал: да, Россия, ты обеднела.

Но кто мы такие, чтобы обсуждать слова высоких людей? Можем только посчитать, насколько именно обеднела Россия. Считать можно по–разному. Как в известном анекдоте, когда на вопрос, будут ли деньги при коммунизме, Москва отвечала: "Диалектически", — у кого, мол, будут, а у кого — нет.

Financial Times, ссылаясь на данные Bank of America Merrill Lynch, пишет, что в 2015 году реальные доходы россиян (с учетом инфляции и курса рубля) оказались ниже, чем у китайцев и мексиканцев. Для справки: реальный доход — это не зарплата, а количество товаров и услуг, которые на нее можно приобрести.

Может быть, Bank of America не знает чего–то тайного, что знает Росстат? Может быть, но и официальные статистики не переполнены оптимизмом. Они считают, что с января по июль наши доходы снизились на 2,9% по сравнению с аналогичным периодом 2014 года.

Самостоятельные арифметические расчеты с использованием данных Росстата и ЦБ РФ покажут, что если в мае прошлого года средняя зарплата в России, выраженная в долларах, составляла $930, то в августе этого она достигала $530. То есть сократилась почти вдвое.

А любитель статистики заметит, что зарплаты, измеренные в баррелях нефти, почти не изменились. Примерно 10 баррелей в месяц — вот ваша заработанная доля от нефтяных закромов страны.

Хорошо, воскликнет человек, воодушевленный телевизором, пусть зарплаты ниже, но наконец–то наши товары станут дешевле и возродится производство! Вспомните 1998 год! Как все было плохо, а потом как стало все хорошо.

Как отучить российских чиновников от коррупции

Как отучить российских чиновников от коррупции

443
Дмитрий Прокофьев, экономист

Тут что–то не так, возразит ему человек, вооруженный калькулятором. Ко II кварталу 2015 года импорт снизился по сравнению с тем же периодом 2014 года примерно на 41%, почти повторяя динамику падения "долларовых" доходов. Однако никакого роста внутреннего производства, свидетельствует Росстат, пока не произошло: промышленность сократилась на 7,4% (исключением стали только добывающие отрасли и ЖКХ — по понятным причинам). И цены на российские товары внутри страны не снизились никак, а только выросли.

Да, в долларах стало дешевле, однако получаем–то мы обесценивающиеся рубли. И не так уж много этих самых рублей. Доходы 22,9 млн россиянин не достигают прожиточного минимума, подсказывает тот же Росстат.

Постоянные разговоры насчет каких–то суперрезультатов, которые якобы принесла девальвация рубля в 1998 году, вызывают сомнения. Да, в нулевые экономика начала расти, и воодушевленные люди утверждают, что нефть здесь ни при чем. Но Россия рубежа нулевых — это страна почти без торговых сетей и центров. Без новых автосборочных заводов. Без магазинов IKEA. Потенциал внутреннего рынка был велик, однако на протяжении 15 лет средние зарплаты россиян по–прежнему плясали вокруг магической долларовой цены 10 баррелей. И курс рубля вовсе не падал, а рос (вслед за нефтью), как рос и импорт промышленного оборудования, рассчитывать на который в ближайшее время не приходится.

И еще: Россия начала нулевых — это страна без массового потребительского кредитования. О значении этого драйвера экономики не любят говорить, потому что возвращать кредиты становится все труднее. Бедность расставляет новые капканы, и щелчки их стальных зубов будут звучать все громче и громче.

Выделите фрагмент с текстом ошибки и нажмите Ctrl+Enter
Новости партнеров
Реклама