Лев Лурье, историк Все статьи автора
30 января 2015, 10:05 7700

Лев Лурье: мифы и быль о блокаде

Фото: Фото ИТАР-ТАСС

 Историк Лев Лурье - о распространенных мифах, связанных с блокадой Ленинграда.

Мало в году дней, которые так объединяют горожан, как две январские даты — 18 и 27 января: годовщины прорыва и освобождения. Судя по социальным сетям, в эти дни рефлексируют о блокаде вне независимости от возраста, социального положения и политических взглядов. Для петербуржцев освобождение от осады — то же, что освобождение Освенцима для евреев. К тому же январские юбилеи — они именно наши, городские. А для такого гордого города, как Петербург, это многое значит.

Блокада — и страшная история, и культивируемый сверху миф. Сам термин "героическая оборона Ленинграда" возник на исходе блокады непосредственно в Смольном. Ленинградское руководство, как и их шефы в Москве, "проспали" наступление немцев, довели город до блокады. Сталин прямо приказывал командованию Ленинградского фронта сдавать город. Балтийский флот подлежал уничтожению. Все значимые городские объекты были заминированы. Однако Гитлер решил взять город измором. Так что героическая оборона была во многом вынужденной. Пишут, что город выстоял благодаря Жукову. Но каждый, даже поверхностно знакомый с документами, знает — 17 сентября по заранее подготовленному плану немцы начали отводить свои танковые соединения под Москву. Ввязываться в городские бои они не хотели, понимая, что это чревато огромными потерями. Нацисты выполнили свою задачу — блокировали Ленинград. Обрекли, как им казалось, все население на неизбежную голодную смерть. Так называемые же "жуковские десанты" неизменно заканчивались неудачей и большой кровью. И как раз в период его руководства фронтом немцы взяли Петергоф, отрезав Ораниенбаумский плацдарм.

Мифом является и представление о том, что все ленинградцы единодушно любой ценой стремились отстоять город. Обстоятельное исследование Никиты Ломагина "Неизвестная блокада" демонстрирует другую картину. Понимая, что всех, скорее всего, ждет мучительная и неизбежная смерть, многие надеялись, что немецкая оккупация будет меньшим из зол. Вторая мировая война знала такие случаи: Париж был объявлен открытым городом. А старшее поколение помнило Брестский мир, когда, отдав территории, Ленин спас и Россию, и советскую власть. Пораженческие настроения, грозившие перерасти в бунт, пошли на убыль, только когда голод притупил все чувства и не оставил сил на борьбу. Были и те, кто пользовался блокадой для личного, порой неслыханного обогащения. Однако очевидно: если бы большинство ленинградцев были такими, город неминуемо бы пал. Можно корить ленинградское партийное руководство за разные огрехи, но все же оно не потеряло управление городом и главное — уже ранней осенью догадалось, какое значение может иметь Ладога для выживания Ленинграда. Впрочем, ледовая дорога поначалу использовалась не для спасения людей, а для вывоза оборудования ленинградских заводов и оружия. Если бы массовая эвакуация жителей началась в декабре, а не в феврале, можно было бы спасти жизни еще 300 тыс. ленинградцев.

Действия командования Ленинградского и Волховского фронтов часто поражают своей бессмысленной жестокостью. Война под Ленинградом больше напоминала не маневренную Вторую мировую, а позиционную Первую мировую. И каждая попытка штурма немецких оборонительных сооружений заканчивалась новым Верденом.

Ситуация на Ленинградском фронте коренным образом изменилась только после Сталинграда. Немецким военачальникам стало очевидно: войска группы армий "Север" не имеют ни определенных задач, ни перспектив. Фактически блокада Ленинграда была прорвана Дорогой жизни. А в январе 1943 года благодаря самому талантливому и профессиональному из военачальников Ленинградского фронта Леониду Говорову ее удалось прорвать и на земле. С января 1943–го по январь 1944–го пролились реки солдатской крови в тщетных попытках отбросить немцев дальше от Ленинграда. Командование группы армий "Север", в свою очередь, умоляло фюрера разрешить отход 16–й и 18–й армий к Пскову, за линию "Пантера".

Дальнейшие события на Ленинградском фронте напоминают две судьбоносные русские победы. Осенью 1480 года татаро–монголы последний раз пытались взять Москву, простояли несколько дождливых месяцев на берегах подмосковной речки Угры и ушли обратно. Растворились в степи сами по себе. И, конечно, чудо 1812 года, когда, взяв Москву, казалось бы, победоносный Наполеон вдруг позорно бежал восвояси. Когда в январе 1944 года советские войска перешли в решительное наступление, немцы бежали с невероятной скоростью.

Выделите фрагмент с текстом ошибки и нажмите Ctrl+Enter
Новости партнеров
Реклама