15:2727 сентября 2013
Журналистское расследование о современном рабстве в Катаре поражает своими результатами, и не только потому, что почти каждый день на рабочих местах гибнут люди, но и тем, что все это законно.
Журналистское расследование Пита Пэттиссона тяжелого положения трудовых мигрантов из Непала, которые возводят в Катаре объекты для чемпионата мира – 2022, поражает рассказами об ужасных сценах современного рабства, эксплуатации и злоупотребления, пишет The Guardian.
Неудивительно, что практически каждый день кто-то из рабочих на стройках Катара умирает, в большинстве случаев из-за сердечных приступов и несчастных случаев на рабочем месте при температуре до 50 градусов жары. Однако больше всего потрясает то, что вся эта система долговой кабалы и принудительного труда законна.
Согласно системе "кафала", у каждого "чернорабочего" должен быть поручитель, который будет следить за тем, чтобы мигранты не смогли уехать из страны или сменить работу без разрешения компании. Непальцы, работающие на стройках в Лусаиле, оказываются в двойной зависимости — от посредников, которые за них поручились, и от подрядчиков, которые забирают их паспорта и не платят зарплату по несколько месяцев, чтобы они не могли сбежать. В результате рабочие не могут заплатить своим поручителям и поэтому вынуждены работать бесплатно.
Катар — не единственный форпост "дантова ада", который скрывается за имиджем блестящего, супербогатого, постмодернистского, либерального государства.
Принудительный труд — настоящая проблема в мире глобализованного бизнеса: в таких условиях трудятся 21 млн человек по всему миру. Где нет верховенства закона, зато есть узаконенная дискриминация и уязвимая рабочая сила, там процветает современное рабство. В то же время есть принципы ООН — международные правовые компании не несут ответственности за трудовые условия, которые предлагают их субподрядчики.
У Великобритании долгая история борьбы с рабством, но когда дело доходит до правительственных ведомств, гуманитарных организаций и компаний, работающих за рубежом, закон теряет свою силу.
Как иначе объяснить тот факт, что Великобритания предоставила Узбекистану, который принуждает тысячи взрослых и детей из-под палки убирать хлопок, особый торговый статус?
