Совокупный объём участия резидентов топ–10 иностранных государств в капитале петербургских компаний на июль этого года достиг 55,2 млрд рублей, что больше практически на треть аналогичного показателя 2022 года: тогда он составлял около 40 млрд рублей. При этом число иностранных учредителей в компаниях Петербурга с начала СВО сократилось почти вдвое — с 2,26 тыс. в 2022 году до 1,24 тыс. в текущем. Такие результаты показало исследование сервиса "Контур.Фокус", проведённое по запросу "ДП" и основанное на открытых данных.
Кто остался в России
Главный итог последних 4 лет: иностранный бизнес в Петербурге не столько вырос, сколько стал гораздо более концентрированным и поменял паспорт, считает аналитик, автор telegram–канала "Миролюбов" Денис Миролюбов. "Европейских и американских компаний стало значительно меньше, но крупный капитал оказался намного устойчивее, а часть международных связей переместилась в новые юрисдикции — прежде всего в ОАЭ", — резюмирует эксперт.
Это мнение в целом подтверждает исследование "Контур.Фокус". Так, по состоянию на июль 2026 года финансовый объём участия резидентов Германии в петербургских компаниях за четыре года почти не изменился и составляет немногим более 10 млрд рублей. Зато число самих этих компаний сократилось с 211 до 144.
По оценкам экспертов, немецкие инвестиции исторически концентрировались в капиталоёмком секторе: промышленном оборудовании, энергетическом машиностроении, строительных материалах, фармацевтике и крупном ретейле. "Заводы нельзя свернуть в один день без больших потерь, а гуманитарные и базовые сферы (медицина, фармацевтика, продукты питания) не подпадали под прямые санкционные запреты ЕС, что позволило таким гигантам, как Metro AG или медицинские концерны, юридически сохранять работу", — считает директор департамента внешних связей Торгово–промышленной палаты Петербурга Ирина Карпенко.
Читайте также:
Свои активы в Петербурге сохранили десятки немецких компаний
Петербургские "дочки" немецкого Knauf получили 2,6 млрд рублей прибыли за год
Схема Metro: какие сценарии предложили иностранному бизнесу в России
В Петербурге предложили обложить иностранные платформы видеоигр новым сбором
Топовые иностранные бренды одежды возвращаются в российские магазины
Результаты по ФРГ вице–президент Высшей школы экономики в Петербурге Александр Ходачек объясняет тем, что в первую очередь из капитала городских компаний вышли немецкие предприятия, связанные с государством.
При этом в июле этого года Российско–Германская внешнеторговая палата открыла новый офис в Петербурге, инвестировав 3 млн евро. На текущий момент в городе работают около 150 компаний — членов ВТП (производство стройматералов, продуктов питания, логистический бизнес и т. д.), из них примерно половина имеет прямое немецкое участие, отмечают эксперты.
Давний партнёр и сосед Петербурга — Финляндия немного снизила своё участие в денежном выражении: с 9,27 млрд до 8,7 млрд рублей. Правда, по числу компаний падение более серьёзное: со 187 до 82. Ранее действовавшая модель сотрудничества после 2022 года пострадала: резко сократились трансграничные связи, торговля и возможности работы для небольших компаний, сервисных и потребительских. "Поэтому исчезновение более половины юридических лиц вполне объяснимо, — говорит Денис Миролюбов. — Но крупные активы невозможно вывести из страны вместе с офисной мебелью. Поэтому количество компаний рухнуло намного сильнее, чем денежный объём участия".
В целом же из европейских компаний остаются те, что в случае ухода из России теряют бизнес полностью либо несут серьёзные финансовые потери, полагают эксперты.
Из Кипра — в ОАЭ
Кипр, популярная среди петербургских и европейских коммерсантов юрисдикция, сократил с января 2022 года к июлю 2026–го своё участие по числу компаний с 345 до 163. Но при этом за тот же период времени существенно нарастил объём своего участия в петербургском бизнесе в денежном выражении: с 6,12 млрд до 15,6 млрд рублей.
Эта страна по объёму участия уступила только ОАЭ, которые вложили 15,96 млрд рублей в 33 компании. Хотя по состоянию на январь 2022 года ни по количеству компаний, ни по объёму участия в петербургском бизнесе ОАЭ не входили в топ–10.
Одна из причин этих изменений очевидна — деофшоризация: многие инвесторы из Кипра — это российские холдинги, регистрировавшие свои материнские компании или фонды в кипрской юрисдикции для оптимизации налогов и защиты активов при вложении средств в петербургские проекты — промышленность, девелопмент, ретейл. Но также Кипр может служить гаванью и для иностранных капиталов, участвующих в петербургском бизнесе.
"Российские владельцы начали массово переводить структуры из недружественных юрисдикций в российские специальные административные районы (САР) на острове Русский и в Калининграде, а также в нейтральные юрисдикции, этим объясняется сокращение числа кипрских компаний при одновременном росте их капитала: наблюдается скорее не уход или чистка, а перестройка процессов", — говорит Ирина Карпенко.
В качестве примера она приводит ситуацию с корпоративной структурой аэропорта Пулково: его акционер Zamoralo Holdings перенёс регистрацию с Кипра на остров Русский. Такие "переезды" приводят к сокращению числа иностранных компаний, однако те, кто остаётся, обычно контролируют более крупные активы, добавляет Ирина Карпенко.
Лидерство ОАЭ по размеру капитала в городских компаниях можно объяснить двумя причинами. Сегодня Эмираты становятся ключевым транзитным и холдинговым хабом для бизнеса с российскими корнями. По данным аналитиков и консалтинговых компаний, многие холдинги, покидавшие Кипр, Британские Виргинские Острова или Нидерланды, открывали структуры в нейтральных безналоговых особых экономических зонах ОАЭ, передавая им права владения петербургскими предприятиями. К тому же юридические лица из ОАЭ участвовали в качестве инвестиционных проводников при выкупе активов уходивших западных концернов.
Другая причина — это интерес собственно эмиратского бизнеса к проектам Петербурга. По оценкам экспертов, инвесторы из этой страны участвуют в крупных инфраструктурных проектах федерального уровня, но проявляют интерес и к другим отраслям.
Назад в США
США, в отличие от европейских стран, демонстрируют отрицательную динамику и по капиталу, и по количеству компаний. Американский бизнес изначально был меньше связан с Петербургом физическими активами, чем немецкий или финский. После 2022 года американские компании столкнулись одновременно с санкционными ограничениями, политическими рисками и корпоративным давлением из–за продолжения работы в России. "Выйти из российского присутствия им во многих случаях было проще и логичнее. Снижение со 190 до 41 компании показывает практически демонтаж прежней модели американского присутствия", — подчёркивает Денис Миролюбов.
Ирина Карпенко выделяет два момента, повлиявших на ситуацию с США. Во–первых, американские корпорации оказались жёстче связаны — серией прямых указов президента, включая указ, полностью запрещающий новые инвестиции и экспорт финансовых услуг в Россию. Вторая причина — в характере активов. "Значительная доля американских компаний в Петербурге относилась к цифровой экономике, разработке ПО, консалтингу и общепиту. Они оказались более мобильными: IT–специалисты и аналитики организованно переехали в другие страны, доступ к корпоративным платформам закрыли, а российские юрлица ликвидировали, франшизы были достаточно быстро проданы российским бизнесменам — и американские материнские компании пропали из реестра", — объясняет эксперт.
Тайные покупатели
Исследование "Контур.Фокус" выявило любопытную деталь: Китайская Народная Республика в топ–10 иностранных компаний ни по размеру капитала, ни по количеству компаний не попала ни в 2022–м, ни в нынешнем. При этом в городском комитете по инвестициям отмечают успешный проект с китайским инвестором "Балтийская жемчужина", объём инвестиций в который составил 65 млрд рублей (2005–2026 годы), а также строительство конгрессно–выставочного центра "Дружба". Правда, по второму проекту китайскому инвестору ООО "ЭсБиАй" ещё только предстоит выполнить проектирование объекта, после чего проектная документация должна будет пройти экспертизу. Сроки проекта уже неоднократно сдвигались.
“
"Иных проектов с китайскими инвесторами на сопровождении комитета в настоящий момент нет", — уточнил председатель комитета по инвестициям Петербурга Иван Складчиков, но отметил интерес инвесторов из КНР к развитию в городе высокотехнологичных производств — в частности, к созданию отдельного кластера для китайских предприятий в ОЭЗ "Санкт–Петербург". По словам Складчикова, сотрудничество предполагается в первую очередь в сферах фармацевтики и производства высокотехнологичного оборудования.
По неофициальным оценкам экспертов, в Петербурге может работать до 800 компаний с капиталом из КНР в логистике, торговле, промышленности. Инвестиции из Китая растут, но отследить их по открытым источникам практически невозможно, говорят эксперты. А сама китайская диаспора в Петербурге может достигать 100 тыс. человек.
Самый очевидный пример — автопром. Большинство производящихся в Петербурге автомобилей — это локализованные китайские модели. Но ни автопроизводители из КНР, ни петербургские власти никогда не комментировали условия партнёрства.
В городском комитете по промышленной политике, инновациям и торговле на запрос "ДП" не ответили.
Альберт Трофимов
советник China Window Consulting Group
Фактическим препятствием для инвестиций служит боязнь китайских инвесторов последствий так называемых "вторичных санкций" от их "западных партнёров". Это выражается в первую очередь в значительных препятствиях в проведении расчётов. Очевидно, что крупные китайские банки и корпорации не хотят терять доступ к долларовой и европейской инфраструктуре. Весьма распространённая практика входа российского бизнеса в Китай через гонконгские компании применяется и в обратную сторону: китайский инвестор может заходить не напрямую, а через свои холдинговые структуры в Гонконге. Такой вариант позволяет задействовать различные плюсы Гонконга как юрисдикции без валютного контроля, с особым режимом налогообложения офшорных доходов и т. д. Весьма вероятно выстраивание структуры участия и через иные дружественные юрисдикции, например Казахстан, ОАЭ, Кыргызстан. Конечный китайский бенефициар может быть не виден и по другим причинам, связанным с особенностями структурирования проекта: номинальное участие российских лиц, наличие у китайской стороны опционов, долговое участие вместо долевого, контрактные схемы реализации проектов и т. п.
Артём Копылов
партнёр коллегии адвокатов Pen & Paper
Наблюдаемая динамика в значительной степени отражает общую перестройку корпоративных структур российского бизнеса после 2022 года. Компании постепенно уходят из недружественных юрисдикций, поскольку наличие собственника из такой страны может существенно усложнять корпоративные сделки, расчёты, распределение дивидендов и иные трансграничные операции. Российское регулирование также предусматривает специальные режимы и ограничения для целого ряда операций с лицами, которые связаны с недружественными государствами. На этом фоне капитал закономерно перераспределяется в более нейтральные и дружественные юрисдикции. ОАЭ остаются одним из наиболее привлекательных вариантов: здесь достаточно гибкое корпоративное регулирование, развитая финансовая инфраструктура и в целом благоприятный инвестиционный климат, при этом юрисдикция сохраняет сравнительно лояльное отношение к российскому бизнесу и российским бенефициарам. Поэтому рост участия компаний из ОАЭ в российском бизнесе выглядит вполне закономерным. Во многих случаях эмиратские компании фактически занимают место европейских холдинговых и иных корпоративных структур, использование которых стало существенно сложнее.
Елена Ткаченко
профессор кафедры экономики и управления предприятиями и производственными комплексами СПбГЭУ
Я со сдержанным оптимизмом оцениваю возможности притока иностранных инвестиций в Петербург. Общаясь с представителями различных промышленных компаний из разных стран, могу отметить интерес к экономике нашего города как со стороны стран ЕС и США — они ищут безопасные пути захода к нам, — так и со стороны стран Азии. Сейчас для иностранных инвесторов самый интересный период: хотя риски и высоки, но стоимость активов ниже, чем в другое время, при этом и маржа тоже высокая. Поэтому идёт поиск безопасных механизмов, одним из которых может стать использование цифровых финансовых активов. Полагаю, что в ближайшем будущем у нас в городе возможна локализация производства комплектующих к автомобилям китайских марок. КНР проявляет интерес к различным отраслям — от торговли и медицины до производственных и промышленных компаний. Среди сдерживающих иностранные инвестиции факторов я бы отметила нашу бюрократию. И хотя у нас что–то делается для улучшения инвестиционного климата, но медленно, мало и недостаточно.
