Андрей Кочетков: сейчас застройщики продают не квадратные метры, а среду обитания

Каковы настроения на рынке ландшафтного дизайна, который прочно связан со строительным и, очевидно, должен испытывать похожие трудности?

— По моим ощущениям, на рынке ландшафтного дизайна ничего глобально негативного не происходит. В элитном и высоком бизнес-сегменте изменений практически нет. В девелоперских проектах класса "бизнес-лайт" есть тенденция к некоторому "усушиванию продукта". Но эту экономию практически всегда удаётся компенсировать правильной логикой проектирования. Можно сконцентрировать бюджет на основных точках притяжения, а в смежных, второстепенных зонах ограничиться поддерживающим благоустройством — и при этом общее ощущение пространства остаётся премиальным.

Если говорить о DEREVO PARK, то в прошлом году мы заметно выросли по объёмам и в этом продолжаем расти. Причина простая: мы, пожалуй, крупнейший игрок на этом рынке. А рынок в основном представлен небольшими фирмами со штатом 10–15 человек. У нас же персонала на порядок больше, и есть собственное строительное направление: крупные инженерный и архитектурный отделы, интегрированный строительный отдел со сметным отделом, ТПО, СДО, МТС и так далее. Благодаря этому мы быстро и качественно разрабатываем любые проекты, чётко укладываемся в бюджет и оперативно вносим изменения, когда они нужны.

То есть если ты не просто рисуешь красивый рендер, а готовишь всю инженерную и сметную документацию, и все специалисты постоянно коммуницируют между собой, это даёт преимущество даже тогда, когда бюджет может корректироваться. Контролируя процесс от начала до конца, гораздо проще гарантировать, что все нужные материалы доедут, стоимость квадратного метра не выйдет за рамки оговорённого, а результат будет соответствовать картинке. Просто создать красивую картинку могут многие, а довести её в точном соответствии до реализации — единицы.

DEREVO PARK ещё и одна из старейших компаний на рынке — основана в 2009-м. Как с тех пор изменились подходы к проектированию и отношение застройщиков к ландшафту?

— Тогда благоустройство ещё не было мейнстримом. Девелоперам приходилось объяснять, зачем оно вообще нужно и что речь идёт не про то, "где посадить кустик", а про полноценную среду. Сейчас есть понятие когнитивной урбанистики — это то, как пространство воспринимается на уровне инстинктов и нашей ментальности. Постепенно то, чем мы занимаемся, стало трендом, и сегодня абсолютно все застройщики понимают, что продают не просто квадратные метры, фасады и МОПы, а среду обитания. Так ландшафт стал одним из главных конкурентных преимуществ жилых комплексов.

Подходы к проектированию тоже поменялись. Если, к примеру, создаётся парк, надо проанализировать потоки: запросить большие данные у сотовых операторов, выявить существующие точки притяжения и нанести их на тепловую карту. Применяются технологии генеративного проектирования — мы запускаем моделирование от разных точек притяжения, то есть буквально программируем передвижение людей и создаём сценарии. Грамотное проектирование, по сути, позволяет управлять средой как программой: закладывать ей нужные функции и совмещать на одной территории сразу несколько сценариев использования пространства. Это целая отдельная наука.

При работе с жилыми комплексами мы на основании данных маркетинговой службы заказчика анализируем психотипы будущих жильцов — вплоть до того, сколько среди покупателей будет экстравертов, а сколько интровертов. От этого напрямую зависит зонирование. Для экстравертов нужны открытые, активные точки притяжения — места, где можно собраться, пообщаться, провести событие. Интровертам, наоборот, важны тихие, уединённые уголки, куда можно уйти от шума и побыть наедине с собой. Мы заранее продумываем сценарии, по которым люди будут пользоваться двором в течение дня, и распределяем функциональные зоны так, чтобы комфортно было каждому — и шумной компании, и человеку, которому хочется тишины. Поэтому мы всегда стараемся запросить аналитику у брендинговых агентств, которые работают с девелоперами, чтобы создать максимально подходящий продукт.

Сейчас "комфортная среда для жизни" стала любимым лозунгом властей самого разного уровня. Как вы оцениваете качество того, что делается в муниципальном благоустройстве?

— Я отношусь к этому с уважением: лучше парк, пусть и неидеальный, чем его отсутствие. И то, что благоустройство вообще стало для городов приоритетом, — это правильно. Объёмы там колоссальные, бюджеты почти всегда ограничены, и то, что для людей в принципе что-то делается, — уже хорошо. Другое дело, что благоустройство — узкая специализация, и со стороны профессионала иногда видно: при тех же деньгах результат мог бы получиться ещё интереснее. Это не в укор, просто взгляд изнутри профессии.

Например, не всегда хватает зонирования — и тогда пространство получается чисто транзитным. Или история с уходом: сады в городе, если речь не о премиальном ЖК, разумнее делать малоуходными, и вот здесь начинается то, что мало кто умеет правильно. Про малоуходность сейчас говорят все, это модное слово, но на чём она реально держится, понимают единицы компаний. А суть в чём: сделать так, чтобы сад потом жил сам, без человека, и поддерживал себя — неважно, городской он или частный. И дело не в том, чтобы просто сократить площадь газона. За этим целая логика — грамотно собранное растительное сообщество, устойчивый биоценоз, в котором растения поддерживают друг друга и сами регулируют среду: одни притеняют и раскисляют почву, другие её структурируют, третьи сдерживают сорняки. Такой ценоз почти не требует ухода, потому что работает как природная система. Создать его непросто — нужно понимать, как растения уживаются между собой, — поэтому чаще идут более привычным путём и разбивают газоны. А газон, для справки, едва ли не самый дорогой в обслуживании и требовательный к уходу элемент ландшафта, хотя со стороны кажется самым простым решением.

Есть и совсем технические тонкости. Давно известно, например, что если уровень благоустройства выше уровня дорожек, заметно растёт запылённость, — поэтому крупные города уже уходят от газонов "с горкой": в той же Москве так давно не делают. Такие вещи просто приходят с опытом.

В чём Петербургу особенно повезло — его очень трудно испортить. Это один из первых городов в Европе, где градостроительство стало наукой, и уникален он самой своей структурой: знаменитое трёхлучие от Адмиралтейства, ансамбли, площади, простор у больших соборов. Такой каркас сам задаёт пропорции — оттого испортить город так сложно.

Что сейчас является главным трендом в ландшафтном дизайне?

— Естественность, натуральность, привнесение устойчивых природных сообществ в городскую среду. У нас, например, есть площадка, где мы испытываем сочетание разных типов многолетников — смотрим, как они дружат между собой. Условно: иголки падают с ели, раскисляют почву, и в ней хорошо чувствует себя рододендрон, потому что он такую почву любит. Получается естественная экосистема. Наша задача — научиться её копировать и приносить в город.

По сути, мы переносим в город целые пласты живой природы — это и есть биоценоз. И именно за счёт него возникает малоуходность: устойчивое сообщество растений само себя поддерживает и почти не требует обслуживания. А для девелопера это прямая выгода — эффектная "живая" среда, которая при этом не превращается в постоянную статью расходов на эксплуатацию.

Второй момент — блэкбокс-гарден. Это проектирование натурального луга, который живёт и меняется сам по себе: картинка перекраивается каждые несколько недель по заложенному тобой сценарию, и за сезон один и тот же участок успевает показать несколько разных "настроений". По сути, это программирование живой природы во времени.

Ну и, конечно, общий тренд на интерактивность, когда при помощи искусственного интеллекта создаются разные сценарии взаимодействия с человеком: звуковые эффекты, световая партитура, объекты, которые как-то на тебя реагируют. Отдельное направление здесь — арт-объекты на основе нейросетей. Это малые архитектурные формы и инсталляции, которые не просто стоят в пространстве, а считывают движение, время суток, погоду и в реальном времени меняют подсветку, звук или собственную форму. По сути, нейросеть генерирует поведение объекта, и он каждый раз "общается" с человеком по-новому — пространство перестаёт быть статичным и становится живым.

В премиальном сегменте по-прежнему актуальна тихая роскошь: формирование приватных пространств для релаксации и максимальное разделение потоков. Чем более элитный ЖК, тем меньшими группами мы "собираем" людей — запрос на приватность пространства здесь только растёт.

Известно, что ещё пять лет назад большая часть ландшафтных растений импортировалась. Как поменялась ситуация? Площадка, о которой вы говорили, — это собственный питомник?

— Нет, это именно испытательная лаборатория для исследования растений на выносливость и сочетаемость, а также место передержки: здесь материал какое-то время находится под наблюдением, мы за ним ухаживаем и при необходимости лечим, чтобы затем перевезти к заказчику. Питомники в России практически исчезли в девяностые, но сейчас стали снова появляться, и порядка 70% посадок мы заказываем у них. Правда, такое комплектование — очень непростая задача, потому что ни один питомник не предоставляет достаточный ассортимент нужного качества.

Поэтому у нас каждый год происходит, как мы это называем, кругосветное дендрологическое путешествие: дендрологи объезжают более ста различных питомников в разных регионах России. Каждый объект комплектуется из 25–30 питомников, потому что материал везде очень разный по качеству, приживаемости и так далее.

Если же нужен уникальный и максимально качественный материал, мы дополнительно комплектуемся в Германии — там питомникам по сто с лишним лет, деревья совсем другого уровня, к тому же быстрее растут и при этом отлично приживаются у нас. Каждый год мы привозим оттуда много фур растений. Конечно, маршруты доставки изменились, логистика подорожала, и не со всеми ландшафтными компаниями из России немцы сейчас готовы работать. Но нас они знают давно, поэтому проблем с импортом мы не испытываем.

Один из знаковых для Петербурга проектов в вашем портфеле — благоустройство внутренних пространств бывшего Конюшенного ведомства. Как это место будет выглядеть после обновления?

— Проект пока не утверждён заказчиком, идёт поиск решений, поэтому я могу говорить только об общих подходах. У Конюшенного ведомства потрясающий background: здесь когда-то располагалось само ведомство, и это уже задаёт месту особый характер. Во дворах мы планируем создать многофункциональное пространство — максимально трансформируемое под разные мероприятия и при этом с круглогодичным использованием, и зимой, и летом. По сути, это будет уголок зелени в самом центре Петербурга.

Главная уникальность места — в его расположении. Оно находится на пересечении основных туристических пешеходных потоков города. Представьте маршрут: от канала Грибоедова к Спасу на Крови, дальше к Дворцовой площади, откуда можно сесть на метеор и отправиться, например, в Петергоф. Конюшенное ведомство стоит ровно на этом пути, на стыке сразу нескольких знаковых пешеходных маршрутов Петербурга. И очень здорово, что это место преображается и что мы прикладываем к этому руку, — уверен, проект получится по-настоящему сильным.

Есть у нас и ещё один знаковый, не менее масштабный проект, но о нём пока, к сожалению, рассказать не могу — он в стадии разработки. Думаю, скоро о нём узнают.