Офисные задиры: чем опасен буллинг в рабочем коллективе

Автор фото: Answer 7/Shutterstock/FOTODOM

Буллинг в коллективе может не только отбить желание работать, но и стимулировать развитие нервных расстройств и проблем с сердцем.

Офисный буллинг существовал всегда, однако об этом явлении долгое время молчали. Считалось, что взрослые люди всегда смогут договориться, поэтому проблема не стоит обсуждения. Однако статистика неумолима: каждая третья жертва офисной травли увольняется не по собственному желанию, а просто потому, что сломалась психологически.

На страже личных границ

Врач–психиатр, член Российского общества психиатров Антон Шестаков даёт следующее определение: буллинг (от англ. bully — "задира") — это систематическое, повторяющееся агрессивное поведение в адрес человека, который в силу обстоятельств находится в менее защищённой позиции.
"Ключевые признаки: регулярность, а не разовый эпизод, намеренность и дисбаланс сил. От обычной рабочей ссоры буллинг отличается тем, что у жертвы нет равных возможностей ответить", — уточняет специалист.
Если школьный буллинг обычно выражается в прямых оскорблениях или драках, то в офисе всё тоньше, но больнее. Это может быть вербальная агрессия под видом не очень корректных шуток. Пассивная агрессия в виде демонстративного молчания в ответ на ваше: "Доброе утро". Или газлайтинг, когда человека убеждают, что он слишком эмоционален. А если он жалуется руководству или HR, то ситуацию переворачивают с ног на голову, его же и обвиняя в агрессии и раздувании конфликта.
Полностью исключить риск буллинга в коллективе практически невозможно. Однако при грамотном поведении шансы пресечь его на самом начальном этапе достаточно велики.
"Важно реагировать рано, пока это ещё тест границ, а не устоявшийся сценарий, — считает врач–психотерапевт АО “Медицина” (Клиника академика Ройтберга) Ирина Крашкина. — Психологи рекомендуют сочетание спокойного обозначения границы (“со мной так не разговаривают”), короткого зеркалирования (“ты сейчас меня унижаешь, это не о’кей”) и при необходимости смены темы или выхода из контакта. Полное игнорирование тоже иногда работает, если это разовая неловкая шутка. Но при повторяющемся поведении “стерпел — значит согласен” роль жертвы только закрепляется. Агрессивное ответное жёсткое пресечение без опоры и статуса может спровоцировать эскалацию, поэтому лучше сочетать уверенность с контролем эмоций".
Если же агрессор не просто коллега, а руководитель, то, по мнению врача–психотерапевта клиники EMS Артёма Миронова, здесь принципиально важно перевести разговор из плоскости "нравлюсь — не нравлюсь" в плоскость деловых задач по факту компетенций и обязанностей.
"На агрессивное или обесценивающее замечание можно реагировать прояснением каких–то критериев по примеру: “Я правильно понимаю, этот формат отчёта не подходит? Какие конкретно исправления вы хотите видеть к такой–то дате? Что нужно доработать, по вашему мнению?” Фиксация на таких моментах — ваш главный инструмент. Ведите ежедневник, в котором будут отражены задачи и какие–то конфликтные ситуации, используйте корпоративную почту для подтверждения договорённостей с руководством или коллегами. Если руководитель переходит на личности или оскорбления, то можно попробовать жёстко обозначить границу: “Я готов обсуждать рабочие моменты, но прошу исключить оценочные суждения в мой адрес или прямые оскорбления”. Без риска не обойтись, но наличие задокументированной деловой переписки — это уже часть вашей защиты перед сотрудниками HR или вышестоящим руководством", — убеждён Артём Миронов.

Показать характер

Как отмечают опрошенные "ДП" эксперты, травле подвергаются далеко не все новички. Существуют люди, черты характера которых снижают риск стать мишенью для офисного абьюзера.
"Есть психотип, который агрессоры могут автоматически считывать как невыгодную цель для их нападок, — поясняет Артём Миронов. — Обычно это человек с устойчивой самооценкой, которая не рушится от внешнего неодобрения или нападок. У него спокойная, уверенная поза, он не суетится по пустякам в общении и в работе, выдерживает паузы в диалоге, не боится вежливого отказа. Агрессору же нужна какая–то реакция на свои атаки — страх, растерянность, вспышка гнева или раздражения, то есть проявление каких–то тяжело контролируемых эмоций. Если человек реагирует предсказуемо или слишком эмоционально, его будут дожимать. Если реакции нет или она не та, которая нравится агрессору, интерес быстро угасает".
По мнению Ирины Крашкиной, буллинг связан не только с личностью жертвы или агрессора, а с культурой коллектива и тем, как в нём принято обращаться с конфликтами и отличиями.
"В любой команде есть конкуренция, борьба за внимание руководства, разные характеры и амбиции, — подтверждает HR–менеджер коммуникационного агентства PR Partner Анастасия Курникова. — Но здоровая команда отличается тем, что там нет систематического унижения одного человека. Ошибки обсуждают спокойно, идеи критикуют без перехода на личность, а токсичное поведение не считается нормой ради результата".
По мнению директора по коммуникациям платформы корпоративного благополучия "Понимаю" Ольги Дудниченко, буллинг в коллективе редко начинается с чего–то громкого.
"Чаще он начинается с “безобидной” шутки, на которую никто не отреагировал. С обесценивания, которое коллеги якобы не заметили. С исключающего жеста, который объяснили фразой “у нас такой стиль общения”", — говорит эксперт.

Стресс как образ жизни

Антон Шестаков подчёркивает, что многолетнее пребывание в атмосфере буллинга вызывает хронический стресс, последствия которого выходят далеко за пределы плохого настроения.
"Со стороны психики — тревожные и депрессивные расстройства, выгорание, стойкое снижение самооценки. Со стороны тела — нарушения сна, головные боли, проблемы с пищеварением, повышенный риск сердечно–сосудистых заболеваний на фоне постоянно высокого кортизола", — перечисляет врач–психиатр.
Именно поэтому, по мнению психолога клиники "Атрибьют" Екатерины Немченко, с психологической точки зрения буллинг не стоит рассматривать как неприятный, но терпимый фон. Даже если зарплата, задачи или статус в компании устраивают.
"Длительное пребывание в среде унижения и давления постепенно формирует устойчивые убеждения вроде “со мной можно так обращаться”, “я должен молчать, чтобы выжить”, “людям нельзя доверять”. А эти идеи могут переноситься уже за пределы работы и негативно влиять на состояние человека", — поясняет Екатерина Немченко.
Поэтому если травля длится несколько месяцев и система не меняется, то увольнение является единственно правильной стратегией выживания.
На нашем сайте используются cookie-файлы. Продолжая пользоваться данным сайтом, вы подтверждаете свое согласие на использование файлов cookie в соответствии с настоящим уведомлением и Политикой о конфиденциальности.