Экономический климат страны заметно изменится практически сразу после заключения мирного соглашения, однако ностальгировать по 2021 году бессмысленно
Как показало исследование настроений бизнес-аудитории, которое редакция спецпроектов "Делового Петербурга" провела в последние 2 месяца ушедшего года в кулуарах самых различных деловых мероприятий, подавляющее число бизнесменов почему-то втайне надеется на совершенно несбыточное: возврат после заключения мира как минимум в лето 2021 года и на отмену всех санкций, что были наложены на РФ за последние 4 года.
С другой стороны, большинство профессиональных экономистов пребывают в пессимистичном настроении и не рассчитывают ни на отмену хоть сколько-нибудь значимых санкций, ни на рост экономики РФ.
Что будет с санкциями и акциями
“
"Помимо того что перестанут гибнуть люди, с экономической точки зрения не стоит ожидать мгновенного улучшения ситуации. Да, бюджет сэкономит, по разным оценкам, 3–4 трлн рублей — но вся эта экономия пойдёт на покрытие его дефицита, — считает профессор кафедры экономической и социальной географии России МГУ Наталья Зубаревич. — Статистически в моменте, очевидно, ухудшится динамика промышленного производства. Ведь понятно, что пополнение арсеналов продолжится, но оно будет идти уже не такими высокими темпами. А значит, все те регионы, которые последние годы демонстрировали серьёзный рост промышленности по причине того, что на их территории располагались ведущие предприятия ВПК — в том числе Петербург, — потеряют главный драйвер развития".
"Снятие санкций с России, если оно вообще состоится, будет поэтапным и затяжным. Восстановление связей упрётся не столько в формальные барьеры, сколько в эрозию доверия как на межгосударственном, так и на корпоративном уровне", — уверена и Анна Федюнина, заместитель директора Центра исследований структурной политики НИУ ВШЭ.
Между тем ситуация в гражданских отраслях промышленности пока не позволяет рассчитывать, что они смогут заменить ОПК в качестве драйвера промышленного развития, полагает Наталья Зубаревич. Та же лесная промышленность, исторически сильно развитая и в Ленобласти, и в других регионах СЗФО, по оценке профессора МГУ, с осени 2022 года находится в кризисе и вряд ли начнёт быстро восстанавливаться после заключения мира.
"Если брать инвестиции — то инвестиционная активность замедляется, и дело не только в проблемах базовых для экономики страны добывающих отраслей, в высоких ставках на финансовых рынках, но и в росте неопределённости с правами собственности, и в падении прибыльности компаний на фоне роста налогообложения. И эти факторы никуда не исчезнут сразу после заключения мирного соглашения", — резюмирует Наталья Зубаревич.
Вместе с тем очевидно, что заключение полноценного мирного соглашения серьёзно повлияет на мироощущение экономических субъектов и само по себе серьёзно их воодушевит — вне зависимости от того, признают ли европейские лидеры новую реальность и пойдут ли сразу на отмену санкций, которые наносят серьёзный ущерб в первую очередь европейским корпорациям.
И дело даже не в эйфории, которая наверняка затронет российский фондовый рынок, а в том, что у целого ряда отраслей экономики резко улучшатся дела. И речь здесь не исключительно про авиакомпании, которые неизбежно получат прежние возможности полётов над территорией Евросоюза, или нефтяные корпорации, которые как минимум без прежних издержек, теневых нюансов и тем более весьма условных ценовых потолков смогут продавать свою продукцию в Индию, Китай и другие, в том числе и в отдельные европейские, страны.
Ставка на финансовый сектор
Да, прежней экономической дружбы с ключевыми субъектами Европы, как и восстановления поставок нефти через нефтепровод "Дружба", ожидать не приходится. Хотя с учётом громогласных действий нынешней администрации США вполне возможно бурное обсуждение вариантов, при которых Штаты станут посредником в продаже российской нефти странам Евросоюза. Зато наверняка серьёзно вырастет объём перевалки — хотя, точнее, конечно, перекачки — через порты Ленобласти нефти и сжиженного газа.
Причём, возможно, даже официально российскими танкерами — а не судами под флагами далёких карибских или африканских стран.
Понятно, что с учётом необходимости восстановления западных и южных регионов страны начнётся бурное развитие сегментов инфраструктурного и промышленного строительства. Спрос на тех, кто строит дороги и мосты, цеха и склады, вырастет в разы. Новый, пусть и чуть меньший импульс развития получит и отрасль строительства жилых домов — причём не только многоквартирных.
Выиграет и финансовая отрасль — вне зависимости от сохранения или отмены санкций в отношении крупнейших финансовых институтов страны. Помимо банков это будут страховые компании, которые вновь смогут перестраховывать крупные риски за рубежом — пусть и не у европейских перестраховщиков. А также лизинговые компании, которые неизбежно поднимутся на волне поставок из–за рубежа оборудования и транспорта сугубо гражданского назначения.
Безусловно, существуют и ключевые для множества российских потребителей моменты, относительно которых крайне сложно что–то прогнозировать, находясь в тумане войны. Тем не менее в перспективе года после заключения мирного соглашения видится весьма вероятным восстановление в том или ином формате взаимодействия зарубежных платёжных систем с российской Национальной системой платёжных карт.
Это вновь позволит российским торговым точкам принимать к оплате карты VISA и Mastercard, а россиянам — использовать такие карты, выпущенные российскими банками, за границей. Кроме того, карты "Мир", скорее всего, начнут приниматься к оплате в странах, куда россияне чаще всего ездят в качестве туристов, — в Турции и Египте, Индии и Китае.
В Европе возможность расчётов для россиян, скорее всего, будет ещё долго серьёзно ограничена, как и открытие счетов в западных банках, даже тех, головные офисы которых расположены в странах, декларирующих нейтралитет. Впрочем, здесь существует и важный смысловой момент, в оценке которого опрошенные "ДП" экономисты расходятся.
Одни из них уверены, что после всего произошедшего за последние годы не то что вновь появившаяся возможность открытия счетов и расчётов в Европе, но даже и режим наибольшего благоприятствования в этой сфере европейским финансистам ничего не даст. Поскольку никакого массового перевода из России денежных средств на частные счета в западные банки и на счета в них же различных офшорных компаний не произойдёт. Другие, напротив, уверены, что после некоторого перерыва отток частных капиталов в США и Европу может возобновиться.
Конкуренция на рынках
Неизбежным последствием заключения мира станет и возвращение — и не так уж важно, одномоментное или растянутое во времени на год-два, — зарубежных производителей.
В первую очередь, по оценке опрошенных "ДП" экономистов, в Россию вернутся производители одежды, косметики и медикаментов. Однако о прежнем уровне лояльности к ним говорить всё-таки уже не приходится. Отчего неизбежно выиграет рынок рекламных услуг и все те экономические субъекты, которые производят различный контент и размещают у себя рекламу: начиная с телеграм-каналов и заканчивая деловыми СМИ и телеканалами.
“
"Многонациональные компании, сохранившие присутствие на российском рынке, станут первыми бенефициарами — их стратегия "выжидания" окупится. Возвращение ушедших иностранных компаний столкнётся с рядом барьеров. В России уже давно обсуждаются критерии "лояльности" для иностранных инвесторов, что делает возврат условным, — полагает Анна Федюнина. — За время санкций в ряде отраслей, например в пищевой, лёгкой промышленности, производстве мебели, базовой нефтехимии, лакокрасочных материалах, импортозамещение оказалось устойчивым: цепочки либо локализованы, либо переориентированы на Азию, появилось большое количество не только отечественных, но и зарубежных конкурентов из дружественных стран. Это ставит под вопрос конкурентоспособность западных игроков и их востребованность со стороны российского потребителя".
И хотя в высокотехнологичных секторах разрыв связей остаётся болезненным, отмечает она, но даже там возврат будет сдерживаться экспортным контролем и ограничениями с обеих сторон.
"Таким образом, очевидно, что при снятии санкций экономика не вернётся к досанкционному уровню и структуре связей. Новая норма — селективная интеграция на условиях долгосрочного партнёрства, доверия и взаимной выгоды", — резюмирует Анна Федюнина.
