Игорь Фесуненко, тележурналист Все статьи автора
22 марта 2018, 11:43 722

Игорь Фесуненко: Как я ловил и поймал Пеле

До чемпионата мира по футболу FIFA, который впервые пройдет в нашей стране, осталось совсем немного, уже стартовал второй этап продаж билетов на матчи. Билетов в продаже с каждым днем все меньше и меньше. Но есть и хорошая новость: билеты можно не только купить, но и выиграть в рамках масштабной национальной промокампании Альфа-Банка, которая завершится 1 июня. Разыгрываются 3 тыс. билетов на матчи ЧМ-2018, включая самый главный, финальный матч, и 5 тыс. сувениров с символикой предстоящего турнира. Уже стали известны имена первых победителей акции.

За результатами еженедельного розыгрыша можно следить по ссылке 

Альфа-Банк, официальный банк чемпионата мира FIFA 2018™, поддерживает цикл публикаций, посвященных истории и современности великой игры и ее самым ярким представителям. Сегодня мы публикуем очерк выдающегося журналиста Игоря Сергеевича Фесуненко (1933–2016) о его первой встрече с Пеле и интервью короля футбола для советской прессы.

Игорь Фесуненко:

Несколько месяцев я пытался установить контакт с Пеле во время наездов его команды «Сантос» в Рио. Это напоминало попытки сельского пса Шарика гоняться за автомашинами, проносящимися по автостраде мимо деревни: много лая, много пыли, много визга и ноль результата. Великую команду и ее главную звезду надежно охраняли. Помнится, во время одного из наездов «Сантоса» в Рио строгие секьюрити едва не сбросили меня с лестницы, когда я пытался пробиться на зарезервированный за командой седьмой этаж гостиницы «Плаза».

После нескольких безуспешных попыток пробиться через кольцо охраны, ограждавшей короля футбола от контактов с внешним миром, я разозлился и отправился в город Сантос в начале той недели, когда одноименная команда, базирующаяся в этом городе, должна была провести на своем поле три матча подряд. То есть я гарантированно знал, что Пеле в ближайшие дни будет находиться именно там.

Начал я «операцию Пеле» с визита в штаб-квартиру клуба «Сантос» — роскошный дворец в колониальном стиле. Ничего не добился: в клубе не было никакого начальства, а сидевшая при входе девица-ресепсионистка не пожелала мне дать никаких координат Короля: ни домашнего адреса, ни адреса загородной базы, на которой, как она мне сообщила, в те дни находилась команда Короля. «Доступ туда, — сказала она сурово, — категорически запрещен всем посторонним. Особенно журналистам!»

/
Купить фото
Alternate Text
Alternate Text
Alternate Text

Меня выручило обширное досье на Пеле, которое я собирал на протяжении последних 2 лет и которое захватил с собой в Сантос. Там, в этом досье, меня ожидала первая удача: упоминание о крахе делового контракта Пеле с одной из местных фирм. Я сообразил, что в этой фирме наверняка должны быть координаты Короля, а поскольку отношения разорваны не без скандала, фирма, скорее всего, не станет капризничать и согласится сообщить мне его адрес. Расчет оправдался, и через полчаса я направился к дому, где жил Пеле. Я знал, что Пеле вместе с командой находится на загородной базе «Сантоса», но я надеялся (наивный!), что сумею уговорить его жену и заполучить координаты этой базы.

Бдительного портье, сидевшего на входе, удалось обмануть простым способом: я заприметил пожилую женщину, бредущую к этому дому с тяжелыми сумками, подскочил к ней, предложил помочь. Дама после секундного колебания согласилась. И любезно беседуя с ней, я успешно миновал бдительного стража.

Жена Короля поначалу не хотела принимать меня: захлопнула перед носом моим дверь, но я успел вставить ногу между дверью и рамой и неплохо изобразил тяжелую травму. Бедная Розе-Мери растерялась. Вынуждена была пригласить меня, чтобы хотя бы обследовать ногу…

Ну, и так далее: слово за слово, отношения наладились, правда, я тут же с сожалением узнал, что никаких данных у нее об адресе спортбазы или ее телефонах нет: клуб их тщательно засекретил даже от семей футболистов.

— Черт возьми! — выругался я. — А если у вас, не дай, конечно, бог случится какое-то несчастье: пожар, болезнь или что-то еще?

— Да, вот у нас действительно заболела дочка — Кели-Кристина, но сейчас она уже поправилась. Видите, какая прелесть?

В комнату вползла дочь Короля — очаровательное существо лет четырех с громадной куклой в руках. Я осторожно погладил ее по голове.

— Так вот, если случается какое-то несчастье, — продолжила Розе-Мери, — мы звоним в клуб, а они сообщают ему и вместе с ним решают, что нужно сделать, чтобы помочь нам. То ли он позвонит сам, то ли даже его отпустят с тренировки, и он приедет.

Да, Розе-Мери не могла нам помочь, но она вспомнила, что туда, на базу, должен был поехать сегодня футболист Зито. И она позвонила его жене и выяснила, что он только что отправился туда, на базу, но по дороге заедет в клуб.

Я поблагодарил, помчался в клуб (Розе-Мери крикнула мне вдогонку, что если я и в самом деле доберусь до ее супруга, то обязательно должен сказать ему, что Кели-Кристина пошла на поправку. Пускай он не волнуется). И успел там перехватить Зито. Точнее: я сначала пробился к одному из директоров клуба — Сиро Косте и нажал на него, заставив дать Зито команду, чтобы он взял меня с собой. Это стоило мне значительных усилий и небольшого вранья: я сказал Сиро Косте, что у меня личное (сугубо личное!) поручение к Пеле от его жены, у которой я только что был в гостях. Правда, поначалу Сиро Коста отказывался в это поверить, но я назвал ему точный адрес Короля и его домашний телефон и смотрел на него такими голубыми глазами, что заподозрить меня в нечестности было просто невозможно… Опасаясь испортить отношения с Пеле, Сиро Коста разрешил мне поехать с Зито на базу, куда был категорически запрещен доступ всех журналистов, даже местных.

Там я и увидел Пеле. Дело шло к вечеру, тренировка только что закончилась, усталые футболисты получили час отдыха, после которого их ждал ужин. И мне нужно было «уговорить» Короля хотя бы на короткое интервью.

Помню, я подстерег его на выходе из душевой.

Он пошел в клубную казарму по гаревой дорожке, а я крикнул ему: «Привет, Пеле! Как дела?» Он откликнулся как воспитанный человек: «Привет! Привет! У меня все в порядке». И пошел себе дальше.

Я пристроился сзади и крикнул ему в спину, что Розе-Мери просила сообщить ему, что Кели-Кристина поправляется. У нее уже нормальная температура. Вчера было 39, а сегодня уже 36 градусов. И вообще Кели — очаровательный ребенок.

Пеле, никак не ожидавший услышать от какого-то странного незнакомого субъекта такую сугубо фамильную информацию, резко затормозил и, изумленный, обернулся.

Я лихорадочно продолжил скороговорку, сообщая, что дочь его прекрасно выглядит, а Розе-Мери пекла сегодня шикарную пиццу.

Король изумленно смотрел на меня. А я ковал железо, пока оно горячо. И сказал, что, конечно, извиняюсь за то, что общался с его супругой в его доме без его предварительного согласия, но у меня не было выбора: никто в клубе не желал мне помочь и не давал координат этой базы «Сантоса». И я, нервно хихикая, сослался на императоров Древнего Рима: вестника, принесшего дурные новости, они велели немедленно казнить, а тех, кто принес новости добрые — награждали. Вот, мол, и я заслуживаю за добрую весть о здоровье его дочери хотя бы маленькой награды: коротенькой, на пару минут, беседы. Два-три вопроса. И всё!

Пеле смотрел на меня в упор. Несмотря на его мягкий и покладистый характер, я не увидел на его лице никакого желания беседовать со мной. И я не был склонен его осуждать за это: после целого дня интенсивной тренировки он имел право расслабиться и отдохнуть…

Но мне удалось расколоть этот айсберг сомнения и недоверия. Он согласился побеседовать со мной. Сказал:

— Ладно, так и быть: три вопроса и 5 минут времени на всё.

Разумеется, я согласился, изобразив на физиономии горячий восторг. Мы с Королем футбола присели на ближайшую скамейку, я достал диктофон, задал первый вопрос, а потом…

А потом мы беседовали больше часа!

Мало того: мы не просто беседовали, я уговорил его даже сбегать в общежитие, взять гитару и напеть мне несколько его собственных песенок!

Да, именно так!.. Готовясь к встрече с ним, я разыскал несколько его ближайших друзей, пообщался с ними, и от одного из них узнал, что он сочиняет песенки и сам их поет под гитару, но эту свою «слабость» он тщательно скрывает от всех знакомых и друзей, не говоря уже о журналистах. Он опасался, что его скромный дар сочинителя бардовских песен начнут сравнивать с его артистическим футбольным мастерством...

На Пеле оказал определенное впечатление сам по себе факт, что какой-то никому не знакомый парень из далекой, «покрытой снегами и льдами» России (как искренне верили в те времена большинство бразильцев) добрался до этой тренировочной базы, куда категорически не пускают даже местных журналистов. Мало того, он (то есть я) раздобыл его адрес, побывал у него дома, побеседовал с женой и тем самым продемонстрировал определенную свою «пробивную» силу...

И особенно сильно впечатлила Пеле моя просьба ответить в мой диктофон на письмо одного из отечественных болельщиков некоего Бурзева из Харькова, которое я ему прочитал. Письмо это было послано в Бразилию после поражения сборной этой страны на чемпионате мира 1966 года в Англии, но до команды бразильской и тем более до Короля не дошло, а было напечатано в газете «Жорнал до Бразил». Наш паренек пытался приободрить бразильцев после драматического провала на том несчастливом для них турнире. Он писал: «Пеле и его товарищи по команде не должны терять веру в свои силы. Они должны помнить, что, несмотря на поражение в Англии, они продолжают оставаться в глазах тех, кто понимает и ценит настоящий футбол, единственными и неподражаемыми чемпионами мира… Подлинные спортсмены должны держать головы высоко поднятыми и не забывать древней мудрости: «Сквозь тернии к звездам!» Мы, советские болельщики, называем Вас, Пеле, «Паганини кожаного мяча». И можете поверить, мы понимаем красоту футбола, любим его и не станем расточать похвалы попусту…»

Тут Пеле прямо-таки расчувствовался. У него даже глаза повлажнели. Впрочем, как я заметил впоследствии, наблюдая за Королем не один десяток лет, он вообще склонен к сентиментальности и весьма легко пускает слезу по любому поводу. А иногда и без должного повода…

Печатается в сокращении. Очерк И. С. Фесуненко — часть авторского учебника по журналистике, написанного им, но так и оставшегося до сих пор неизданным. Сердечно благодарим Издательский центр «Гуманитарная Академия» (Санкт-Петербург), журнал Men’s Healthe и вдову автора Елену Ивановну Фесуненко за возможность публикации.

Новости партнеров
Реклама