Павел Горошков Все статьи автора
22 декабря 2017, 00:23 719

Руководство УФАС по Петербургу и представители бизнеса обсудили последнюю практику взаимодействия друг с другом

Федеральная антимонопольная служба РФ задает тон на рынке госзакупок, является регулятором рынка торговли, рекламы и корпоративных сделок. При этом она все громче заявляет о себе в банкротных процессах. "ДП" собрал руководство УФАС по Петербургу и представителей бизнеса за круглым столом, чтобы обсудить последнюю практику взаимодействия между ними.

Петр Яковлев, заместитель руководителя УФАС:

Я бы не сказал, что в этом году произошли глобальные перемены на рынке госзаказа. Часть заказчиков по–прежнему пытается готовить документацию и размещать заказы самостоятельно, другая обращается за услугами специализированных организаций. По нашим оценкам, на рынке работают четыре–пять крупных игроков, специализирующихся на этом виде услуг, и несколько десятков поменьше. Ничего плохого в их деятельности я не вижу.

Но с рынка не ушли так называемые профессиональные жалобщики. Хотя грань между ними и нормальными участниками рынка провести тяжело, по нашим оценкам, каждая пятая жалоба подается участником, который не имеет перед собой задачи принять участие в торгах, зачастую он даже не аккредитован на электронной площадке. Вот до тех пор, пока не истек срок подачи заявки, документация считается адресованной неограниченному кругу лиц, и жалобу может подать любой. При этом жалоба не облагается даже минимальной госпошлиной. Эта проблема остается, с ней сталкиваются даже заказчики из силовых ведомств. Пока законодатель не введет пошлину, мы с этим вряд ли сможем что–то сделать.

Никаких инструментов у нас для этого сегодня нет. Потому что не принять от них жалобу мы не можем, а так как они в принципе не подают заявки, мы в отношении них не можем даже применить такой инструмент, как внесение в реестр недобросовестных поставщиков. Потому что, чтобы попасть в этот реестр, нужно сначала подать заявку. У них же единственная цель подачи жалобы — не подать заявку, а вступить в какие–то кулуарные переговоры с заказчиком, чтобы заказчик им позвонил и поинтересовался, на каких условиях он согласен эту жалобу отозвать.

Мы попробуем с нового года, когда схлынет традиционный предновогодний вал жалоб, применить такой инструмент, как инспекция. Отличается она тем, что после получения информации от какого–то источника (например, из заметки в "ДП") мы будем проводить инспекции по всем закупкам, по которым видим отзыв жалобы. Когда заказчики осознают, что проверка будет все равно проведена, они просто перестанут договариваться с вымогателями.

Не является большим секретом, что заказчики зачастую документацию готовят под какого–то конкретного заявителя — и далеко не всегда это обусловлено каким–то корыстным интересом. Порой если они, как мы это называем, объявляют по своей стройке "день открытых дверей", мы в итоге получаем снижение цены на 60–70%, а потом тот, кто получил контракт с таким снижением, бегает по городу и ищет, кто выполнит работу, снизившись на 80%. И УБЭП затем вполне обоснованно спрашивает у заказчика, почему бюджетные деньги ушли неизвестно куда, а работы не выполнены. Здесь какая–то истина где–то посередине, и мы этот баланс соблюдения правил приличия стараемся поддерживать. Потому что полная открытость на практике приводит, как правило, к очень печальному результату.

Интерес к госзаказу у бизнеса есть, и он обусловлен не столько тем, что там так все хорошо, — мы все помним, что даже олимпийские стройки завершились банкротствами и уголовными делами. Просто роль государства в экономике гипертрофирована, и мало обычных коммерческих заказов. При прочих равных условиях поставщик или подрядчик вряд ли захочет связываться с государством из–за сложных бюрократических процедур. Это видно, например, по процедурам, где заказчику надо купить автомобиль популярной марки: дилера еще надо будет уговаривать прийти на аукцион, подарки ему дарить. Иначе он нипочем не придет.

Елена Канцерова, руководитель департамента по управлению и развитию АР «РАД»:

Наша компания является участником рынка электронных торгов. Мы начинали как классический аукционный дом, но уже с 2010 года занимаемся электронными торгами. Изначально мы работали с торгами банкротным имуществом, затем приватизацией и госзакупками по 223–ФЗ, и в декабре 2016 года нас включили в качестве шестой площадки, имеющей право проводить торги в рамках закона 44–ФЗ. Конечно, все эти темы нам близки, потому что нам понятна история оспаривания торгов в рамках процедур банкротства — а сейчас и в рамках процедур госзакупок, — посыл представителей ФАС нам понятен. Потому что количество жалоб на процедуры торгов растет с каждым днем. Конечно, для нас, как для любого игрока рынка, важна инициатива ФАС, направленная на умеривание пыла профессиональных жалобщиков. И идея облагать жалобы пошлинами, на наш взгляд, очень здравая. Хотя, к сожалению, данная инициатива не поддержана, хотя обсуждается давно. Это решение, которого ждет рынок.

Жаль, что на круглый стол не явился комитет по госзаказу: мы его ждали и надеялись на то, что он поделится последней практикой. Будучи допущенными к проведению торгов по 44–ФЗ, мы ждем свою долю закупок Санкт–Петербурга — в соответствии с тем, как эти закупки должны распределяться между площадками.

Интересно, что с каждым годом количество запросов со стороны ФАС к нам растет. Причем истребуемая информация становится все более персонифицированной, и, когда мы получаем такие запросы, у нас есть ощущение, будто нас спрашивает не ФАС, а какой–нибудь СКР.

Карина Епифанцева, юрист Апелляционного центра:

У нас был недавно относительно успешный для нашего доверителя опыт оспаривания торгов, проведенных на площадке РАД, но успешный он был уже в районном суде, потому что ФАС нам отказала. И мы бы, наоборот, приветствовали проявление большей инициативности от антимонопольного органа.

Мы пытались донести до него позицию должника: что процедура торгов может нарушать не только права участников этих торгов, но и права должника. Там суть была в том, что залоговый кредитор по надписи нотариуса обратил взыскание на предмет залога, причем выделил из 10 объектов, составляющих единый комплекс (весьма комфортабельную дачу с участком), два основных (дом с участком) и восемь вспомогательных (в том числе участок, через который только и можно проехать с дороги к основным объектам). И продал вспомогательные раньше, чем основные. В результате тот, кто задешево купил первый лот, также со значительным дисконтом купил и второй, так как без свободного проезда инвестиционная привлекательность основного объекта упала. Но ФАС никаких нарушений в таком положении дел не нашла.

Выделите фрагмент с текстом ошибки и нажмите Ctrl+Enter
Новости партнеров
Реклама