Григорий Набережнов news@dp.ru Все статьи автора
1 июля 2016, 11:18 1172

Будут ли частные российские космические корабли бороздить просторы Вселенной

Фото: ТАСС

Эксперты по инновациям считают, что космическая отрасль зарегулирована в стране даже больше, чем РЖД. Хотя, казалось бы, куда уж больше! "ДП" решил разобраться, могут ли появиться в российской космонавтике свои Илоны Маски и Ричарды Брэнсоны.

— Хотите спутник подержать? — спрашивает меня Никита Парцевский, руководитель проекта "Кубсат–нано" компании "Даурия Аэроспейс".

"ДП" изучил ниши, в которых в России развивается экономика совместного потребления

"ДП" изучил ниши, в которых в России развивается экономика совместного потребления

1 4361
Григорий Набережнов news@dp.ru

— Давайте, — я беру со стола прибор. В моих руках — МКА–Н, спутник для съемки Земли, который умеет снимать поверхность в видимом и инфракрасном диапазоне. На вес — килограмм десять.

— На самом деле не спутник, а полноразмерный макет, пойдемте настоящий покажу, — говорит Никита.

Мы оказываемся в лаборатории компании, посередине нее — полностью стеклянная "чистая комната". Из дверей в комнату сильно дует — внутри создается избыточное давление, чтобы на готовых к запуску деталях не оседали микрочастицы и пыль. На столах в "чистой комнате" — два почти собранных спутника МКА–Н. Снаружи к спутникам тянутся провода и компьютерные шлейфы. "Проводим тестирование систем перед запуском", — поясняет Никита Парцевский. Уже осенью спутники полетят в космос. "Так что это последняя возможность увидеть их перед запуском", — добавляет Никита.

Гонки в космосе

Для "Даурии" этот запуск будет уже далеко не первым. Два года назад компания вывела на орбиту два спутника Perseus–M, а до этого еще и DX–1. Тогда ряд СМИ вообще назвали его "первым российским частным спутником".

Но в другой российской частной космической компании, "Спутникс", считают, что мини–гонку за частную российскую космонавтику выиграли они. И если "Даурия" запустила свой спутник ракетой "Союз" 8 июля 2014 года, то "Спутникс" вывел свою "ТаблетСат–Аврора" на пару недель раньше — 19 июня 2014 года на ракете "Днепр". "Поэтому мы считаем, что мы были первыми. Но мы договорились: будем писать в новостях, что у нас был "первый российский спутник дистанционного зондирования", а они — "первый российский спутник автоматической идентификации судов"", — рассказывает генеральный директор "Спутникса" Андрей Потапов.

Космическая гонка для "Даурии" и "Спутникса" началась примерно в одно и то же время — с 2011–2012 годов, когда они стали резидентами "Сколково". Еще в 2012 году они сидели практически в соседних комнатах в бизнес–центре "Урал". Но история рождения "ровесников" очень разная. "Даурия" — это проект российского частного инвестора и бывшего владельца сети "Техносила" Михаила Кокорича. Он вместе с другими сооснователями — Сергеем Ивановым и Дмитрием Ханом — вложил в проект примерно $10 млн и в 2011 году открыл компанию. Позже в проект $20 млн инвестировал фонд I2BF Global Ventures Ильи Голубовича. Голубович в интервью Forbes объяснял, что до этого в России были только частные космические компании, которые "перепродают чужие снимки с чужих спутников", а в фонде хотели найти тех, кто будет фотографировать землю самостоятельно собственными аппаратами. Из этих денег $3–5 млн ушли на разработку DX–1 и создание инфраструктуры и $4–5 млн — на разработку Perseus–M. Еще небольшой грант предоставил фонд "Сколково".

Как изменилась жизнь российских фермеров благодаря продовольственному эмбарго

Как изменилась жизнь российских фермеров благодаря продовольственному эмбарго

2502
Григорий Набережнов

Компания "Спутникс" возникла как проект ГК "Сканэкс", которая специализируется на обработке и предоставлении спутниковых снимков Земли. "В один момент в "Сканэксе" возникла идея создать собственный спутниковый проект", — вспоминает заместитель директора "Спутникса" Станислав Карпенко. В 2009 году он работал там инженером. "Сначала проект предложили другим ребятам, но они отказались. А мы сказали: сделаем", — вспоминает он. На все про все было выделено 3 месяца. "Нас спасло такое понятие, как "перенос сроков запуска", — признается Станислав. В итоге на разработку ушло 2,5 года, а система "Чибис–М" была запущена. В 2011 году "Спутникс" становится самостоятельной компанией и резидентом "Сколково". На развитие проекта, по словам Андрея Потапова, "Сканэкс" выделил около 10 млн рублей, "Сколково" предоставило грант 29,5 млн рублей. О причинах выхода "Сканэкса" из проекта в компании "Спутникс" говорить не стали. Представитель компании "Сканэкс" в ответ на вопросы "ДП" не стал комментировать причины создания спутникового проекта и отделения "Спутникса". Были и другие инвесторы. В частности, согласно выписке ЕГРЮЛ на 22 мая, 33,34% доли в ООО "Спутникс" принадлежит ЗАО "Международная космическая компания "Космотрас". Компания была одним из инвесторов "Спутникса", подтвердил Андрей Потапов.

С маленьких спутников начать работу планируют и в компании Yaliny, которая намерена обеспечить спутниковым Интернетом со скоростью до 5 Мбит / с абонентов в любой точке Земли. В компании рассчитывают, что стоимость услуг составит $10 в месяц, еще от $150 до $199 — цена оборудования для приема сигнала. "Маленькие кубсаты — это отличная возможность протестировать разработанные нами системы — солнечных и звездных датчиков, бортового компьютера, GPS–ресивера, одного из видов радиоканала", — говорит партнер компании Иван Иевлев. Однако для развертывания основной группировки в компании будут использовать 144 полноразмерных спутника по 600 кг каждый.

О себе Yaliny заявила в 2014 году, когда открыла на краудфандинговой платформе Indiegogo сбор под проект $250 тыс. Удалось собрать только $4,2 тыс. После этого в компании перешли к поиску инвесторов. Сооснователи Yaliny — Вадим Тепляков и бывший президент "Одноклассников" Никита Шерман. Первоначально Вадим Тепляков вложил в проект $1 млн собственных средств. Также он привлек в проект средства частных инвесторов, которые получили за это меньше 10% акций компании, писали СМИ.

Общий объем необходимых инвестиций (включая запуск 144 спутников) в компании оценивают более чем в $1,5 млрд. Правда, на нынешней стадии проекта компания ищет $40 млн. Имена инвесторов, уже выделивших деньги, Иван Иевлев раскрывать не стал. Согласно выписке ЕГРЮЛ на 22 мая 2016 года, 100% в компании ООО "Ялини Технологии" принадлежит гонконгской "Ялини Лимитед". В Гонконге находится штаб–квартира компании, пояснил Иван.

"В России традиционная связь охватывает 20% территории, где живет 80% людей. А что делать остальным 20%, которые тоже хотят пользоваться всеми благами? — так описывает перспективы Иван Иевлев. — Плюс посмотрите, что происходит на рынке сотовых операторов, они жалуются, что их инфраструктурой, в которую они вложили кучу денег, пользуются "Скайпы", "Вайберы", которые деньги не вкладывали".

Поэтому потенциальными партнерами в Yaliny видят интернет–провайдеров в отдаленных регионах Земли и интернет–сервисы, например Интернет вещей (когда через спутники передаются автоматические сигналы от одного прибора на земле другому), клиентами — жителей этих регионов, путешественников и экстренные службы.

Космическое такси

Спутники "Даурии" и "Спутникса" можно назвать родственниками — они оба относятся к малым космическим аппаратам. К этой категории обычно относят аппараты весом от 1 до 50 кг. Также сюда включаются и те самые кубсаты — аппараты весом от 1 до 10 кг с унифицированными размерами.

Когда "Даурия" и "Спутникс" запустили свои первые микроспутники, в мире их отправили в космос уже больше 300. Так, только в 2014 году в космос, по данным компании Spaceworks, было запущено больше 120 аппаратов массой от 1 до 50 кг. Годом ранее — 92. При этом число коммерческих спутников с 2013 по 2014 год выросло на 63%. По прогнозам Spaceworks, только за 2016 год в мире должны запустить порядка 300 микроспутников, а в 2020 году — уже 400.

Если запускать в космос хотя бы четыре микроспутника, то за 2,5 года можно окупить целый проект по их запуску. На таком предположении построен бизнес–план другой российской частной космической компании — "Лин–Индастриал". Так появилась идея создать не только частные российские микроспутники, но и ракету к ним. Сверхлегкая ракета "Таймыр" сможет выводить на орбиту от 10 до 180 кг полезного груза, стоимость первых запусков составит $60 тыс. за 1 кг за каждый пуск, последующие — $40 тыс. за 1 кг, рассчитали в "Лин–Индастриал". "Ключевая проблема — сейчас микроспутники запускаются в основном только так называемыми "попутными запусками", когда на большую ракету с большим грузом ставятся небольшие спутники, — рассказывает главный менеджер компании по интеграции Николай Дзись–Войнаровский, — но зачастую орбиту и точку запуска определяет главный заказчик — у кого летит самый большой груз. Но, например, на солнечно–синхронную орбиту за 2013 год не было ни одного запуска". Если же использовать частную небольшую ракету, то груз можно вывести на ту орбиту, которая будет нужна конкретному заказчику. И если попутные запуски на больших ракетах — это "космические маршрутки", то запуск на "Таймыре" будет напоминать "космическое такси", говорится в презентации проекта.

Сооснователи "Лин–Индастриал" — Алексей Калтушкин и Александр Ильин. В 2014 году они стали резидентами "Сколково". Изначально партнеры хотели создать более тяжелую ракету, способную выводить до 700 кг, однако позже идея полегчала. Ракету они предлагают собирать по принципу конструктора — в зависимости от нагрузки к основному модулю прикрепляются дополнительные, которые служат в качестве второй и третьей ступени. В качестве топлива они намерены использовать керосин, окислителя — концентрированную перекись водорода, что упрощает подготовку ракеты к запуску. Запускать ракеты в компании намерены с полигона Капустин Яр. У компании уже есть предварительная договоренность с Центральной аэрологической обсерваторией, которая запускает оттуда свои метеорологические ракеты. "Мы хотим прототип нашей орбитальной ракеты запускать как метеорологическую ракету — на высоту 100 км с приборами для измерения параметров атмосферы. Продавая эти пуски, мы получим прибыль еще до начала запусков спутников на орбиту", — рассказывает Николай Дзись–Войнаровский.

В проект вложились основатели компании. В декабре 2014 года у них появился еще один частный инвестор — вице–президент компании Wargaming Вячеслав Макаров вложил 3 млн рублей в обмен на долю 3%. Также деньги поступили от "Сколково" и других инвесторов, рассказывает Николай Дзись–Войнаровский. Сейчас компания находится на первом этапе разработки — в него включены обоснования проекта, бизнес–план и испытания ракетных двигателей на стендах. Стоимость всей разработки и летных испытаний в компании оценивают в 420 млн рублей, себестоимость запуска — 103 млн рублей. К моменту первого запуска затраты на проект составят $6 млн, на точку безубыточности планируется выйти к 11–му запуску.

Почти сказка

— Нам "Роскосмос" сам предложили запустить спутник, — рассказывает руководитель проекта "Маяк" Александр Шаенко.

— Это как? — не верю я.

— Пришло письмо: "Уважаемые коллеги, мы слышали, вы делаете студенческий проект, давайте встретимся и поговорим о возможностях бесплатного запуска". Подумали — фейк какой–то. Приехали, встретились, запуск, да, бесплатно, хорошо. Какие нужны документы? Прислали. Написали: "Ваш аппарат принят в перечень тех, кто летит".

— И все?

— Да.

История звучит как сказка, но если все пойдет по плану, то уже осенью 2016 года спутник окажется на орбите. После этого, обещают разработчики, на ночном небе появится самая яркая звезда. Для этого спутник раскроет на орбите солнечный парус из пленки, которая будет отражать солнечный свет. Найти спутник на небе можно будет с помощью приложения для смартфона. На орбите "Маяк" проработает несколько месяцев, после чего войдет в плотные слои атмосферы. Идея спутника — показать, что сделать и запустить его может любой человек. Даже ключевой элемент — система раскрытия паруса — сделана на основе (внимание) обычных строительных рулеток.

Создатель проекта — Александр Шаенко, руководитель образовательной программы "Современная космонавтика" в Московском политехническом университете. Он принимал участие в разработке спутника DX–1 "Даурии" и участвовал в проекте ракет "Ангара". В команде у него более 20 человек. "Они работают по принципу: есть время — работает, нет времени — нет", — говорит Александр.

Приехать посмотреть на спутник он предлагает в компанию по продаже фонарей "Суперфонарик" Антона Александрова, еще одного участника проекта. Здесь, в лаборатории, в обычном бизнес–центре днем делают аккумуляторные батареи для фонарей, а вечером собирают спутник. Мне снова предлагают поднять спутник: "Хотите подержать?" "Маяк" оказывается легче всех остальных — всего полкилограмма веса. "Это мы еще аккумуляторы не поставили, с ними будет четыре", — говорит Александр.

Для финансирования проекта Александр запустил на краудфандинговой платформе Boomstarter сбор денег. К 1 марта 2016 года им удалось собрать даже больше запланированного: 1,9 млн рублей вместо 1,5 млн. Эти средства необходимы для закупки материалов и проведения испытаний, говорит Александр. Также для проекта 350 тыс. рублей предоставил университет МАМИ, он же помог с оформлением бумаг, необходимых для запуска. Часть студентов помогали с разработкой отдельных деталей спутника.

Но даже если бы "Роскосмос" не согласился запускать "Маяк" бесплатно, то общий бюджет вместе с оплатой запуска составил бы 9 млн рублей, приводит подсчеты Александр.

— Ну, может, хотя бы документов много надо было предоставить? — уточняю я.

— Как ни странно, нет. Письмо от ректора МАМИ — "прошу включить аппарат в план запусков Роскосмоса". Сертификаты о невоенном использовании спутника, биологической безопасности. Самое сложное — это испытания. Нужно было провести испытания на вибростенде, которые доказывают, что аппарат не развалится на ракете и не взорвет ее и вакуумные испытания, — показать, как поведет себя спутник в космосе, не будет ли перегреваться и так далее, — рассказывает Александр.

Спутники "Даурии" — те самые, лежащие на столе в стеклянной чистой комнате — эти испытания уже прошли. После окончательных тестов их уберут в герметичные чемоданчики и повезут из компании в НПО им. Лавочкина, которое собирает все спутники на разгонном блоке — части ракеты, которая и выводит аппараты на орбиту.

— Повезете в чемоданчике на машине? — шучу я.

— Нет, конечно. Кубсаты иногда возят в ручной клади в самолете, — говорит Никита Парцевский из "Даурии", — но мы последний раз нанимали компанию, которая имеет разрешение на перевозку ценных грузов, ехали с охраной с минимальной скоростью 40 км / ч. Спутник был упакован в контейнер, лежал в пенопластовой крошке, а все это — еще в одном контейнере. Со всех сторон он был обклеен датчиками ударов, температуры, а когда привезли на место, то мы проверяли их показания.

Иногда спутники доставляются сразу на Байконур, но в "Даурии" спутники отвозили напрямую в НПО им. Лавочкина, поскольку их разгонный блок выводил спутники на заданные орбиты. Далее из НПО отправляют "посылку" на космодром.

"Здесь, на техническом столе, спутник должен быть за месяц до запуска. Здесь тебе дают неделю на проведение последних проверок спутника — зарядить аккумуляторы, протестировать системы", — рассказывает Никита Парцевский. После этого — запуск.

Космический эспрессо

"Индустрия по производству кубсатов может только надеяться, что есть немного эспрессо под сливками капучино", — с такими словами год назад выступил Мартин Свиттинг, глава компании по строительству малых спутников Surrey Satellite Technology Ltd. По его словам, энтузиазм, с которым люди вкладываются в спутниковые проекты, пока можно объяснить только модой, а устойчивых и работающих бизнес–моделей до сих пор никто не показал. Его слова через полгода повторил Рольф Скейтабо, президент Kongsberg Satellite Services, оператора сети наземных станций по приему сигналов со спутников. Он заявил, что на рынке спутников уже много компаний и некоторые "конечно, останутся, но это напоминает "спутниковый пузырь", похожий на пузырь "дот–комов", когда часть компаний остались, а остальные исчезли".

Показать устойчивую бизнес–модель использования малых спутников пока не удалось и российским частным космическим компаниям. Например, у "Даурии" было соглашение с ФГУП "Морсвязьспутник" на использование DX–1 для отслеживания местоположения кораблей. Для этого "Даурия" купила в Голландии приборы за $200 тыс. "Но приборы не заработали после выхода на орбиту. Поэтому проект остался в теории", — говорит Сергей Иванов. За плечами у компании также пока единственная крупнейшая сделка среди российских частных космических компаний. В декабре 2015 года "Даурия" продала два находящихся на орбите спутника Perseus–M американской компании Aquila Space за $6 млн. Компанию создали инженеры, которые работали в американском офисе "Даурии". После его закрытия они решили создать собственную компанию. "Когда мы делали тендер на продажу спутников, они предложили самую высокую цену. И это объяснимо — они вместе с аппаратами купили технологию и лицензию", — говорит Сергей Иванов.

Сложно нащупать и рынок дистанционного зондирования, говорит генеральный директор "Спутникса" Андрей Потапов. По его словам, "традиционный рынок" складывался последние 50 лет, на нем есть крупные зарубежные игроки, у которых покупает данные даже российский "Яндекс". В итоге похвастать большой прибылью российские частные космические компании не могут. Работа, которой занимается "Спутникс", может приносить несколько десятков миллионов рублей в год, рассказал Андрей Потапов. "Даурия" коммерческие показатели работы не раскрывает. Правда, согласно данным СПАРК, ООО "Даурия — спутниковые технологии" в 2014 году получило чистую прибыль в размере 20,5 млн рублей, но, по словам гендиректора, компания находится пока на "инвестиционном этапе" деятельности.

Зарабатывать в теории на космическом рынке можно, даже не запустив ни одного аппарата. Сотовые операторы уже заинтересовались технологией активной фазированной решетки, которая разработана в Yaliny. "Операторы хотят, чтобы она поставлялась целиком вместе с готовой базовой станцией и ее установкой", — говорит Иван Иевлев. В ближайшее время может быть подписан контракт на тестирование подобного оборудования, говорит он.

Даже у некоммерческого проекта "Маяк" может быть коммерческое развитие, говорит Александр Шаенко. "Батарейка, побывавшая в космосе!" — приводит он в шутку пример возможного рекламного слогана. "Если без шуток, то это показатель, что такая батарейка может работать и при +60°, и при –20°, в вакууме спокойно греться, и ничего ей не будет", — говорит он. Кроме того, "Маяк" — это еще и отработка технологии спуска спутников с орбиты, на которой за десятилетия скопилось множество космического мусора. "Без паруса наш "Маяк" летал бы года три, а так получается что–то вроде аэродинамического паруса, который "толкает" спутник вниз. Это намного дешевле, чем спускать спутник с орбиты двигателем. Достаточно прикрепить наш кубсат, он в определенный момент раскроет парус, и аппарат целиком сойдет с орбиты", — рассказывает Александр Шаенко. Примерная стоимость такого блока, по его словам, может составлять 5 млн рублей.

Билеты в космос

Несмотря на скромное количество запусков, к российским частным космическим компаниям стоит уже относиться как к полноценному бизнесу, уверяет Сергей Иванов из "Даурии". Даже если посмотреть на тех, кто там работает, становится понятно — это не студенческие развлечения. Большинство сотрудников — это выходцы из крупных корпораций: НПО им. Лавочкина, Центр им. Хруничева, зарубежных космических агентств. Даже любительский проект "Маяк" собирают сотрудники, которые принимали участие в разработке ракеты "Ангара". И в частный космос они все в первую очередь идут работать.

"У нас уже летают спутники — это входной билет на космический рынок", — считает Сергей Иванов. "Бизнес ты начинаешь делать, когда доказал, что твои аппараты летают и работают. Ты либо продаешь данные со спутника, либо продаешь сам аппарат. DX мы не продавали, но это был технологический демонстратор, показывающий возможности компании заказчикам, а Perseus продали", — добавляет гендиректор "Даурии".

Запущенный в 2014 году спутник "Таблесат–Аврора" в компании "Спутникс" также называют "технологическим демонстратором". Благодаря показанным на орбите технологиям у компании уже было несколько заказов на приборы для различных космических аппаратов. Но объемы заказов директор компании Андрей Потапов раскрывать не стал. "Спутникс" обсуждает разработку спутниковых систем с заказчиками из Египта, с Ближнего Востока и из Представители подрядчика представили акты Юго–Восточной Азии. Второе крупное направление — это разработка и продажа готовых стендов для отработки систем управления спутниками. Основными заказчиками выступают университеты и НИИ, говорит Андрей Потапов. В прошлом году "Спутникс" запустил и образовательное направление — для школ и университетов они предлагают конструкторы спутников и полноценные учебные лаборатории.

Чтобы дойти до запуска собственной спутниковой группировки из пары десятков спутников, компании "Спутникс" нужно еще 3–4 года работы, говорит Андрей Потапов. Но нужно понимать, в какую сторону двигаться. "Наиболее коммерчески привлекательная сфера — это связь, — говорит он, — но она заточена на более сложные и дорогие геостационарные системы, которые требуют других технологических подходов к созданию". Проект компании Yaliny по развертыванию 144 спутников — это как раз из серии "сложных" и "дорогих". К подобным проектам подступаются и в "Даурии". Еще в 2014 году компания подписала соглашение с индийской Aniara Communications Pvt. Ltd о разработке двух спутников Nextstar по 1 тонне каждый. Два геостационарных спутника связи будут стоить для индийской компании $200 млн.

— Здесь будете собирать? — спрашиваю я.

— Нет. Мы просто не поместим здесь такой аппарат. Будем готовить инфраструктуру, — говорит Сергей Иванов.

В свое время советская и американская космонавтика очень сильно продвинула гражданские технологии. Плоды космической гонки мы пожинаем до сих пор. Та же микроэлектроника в жизни так быстро не развивалась бы, если бы это не нужно было для космоса. И этот проект, и проект Мильнера–Хокинга о полете на альфу Центавра нанокорабля весом 1 г может очень сильно подвинуть технологии вперед. Например, они предлагают использовать в качестве солнечного паруса пленку с коэффициентом отражения 99,9999999%. Таких материалов в природе пока не существует — максимум, который есть, имеет отражение с коэффициентом 95%. Вдобавок самая тонкая пленка сейчас — 5 микрон, а они предлагают толщиной чуть ли не в два атома. Разгонять свой корабль в 1 г они хотят с помощью лазеров — свет от них должен фокусироваться на солнечном парусе и толкать спутник вперед. Чтобы дать необходимое ускорение, мощность лазеров должна быть порядка 100 ГВт. Но кому нужны такие лазеры? О них грезят, пожалуй, только какие–нибудь психопаты–генералы. В общем, до появления этой идеи никто не думал, как поставить на один кристалл кремния всю аппаратуру, светодиод, камеру и чтобы все было радиационно стойкое и весило 1 г. Это было никому не надо. Поэтому намного больший прок будет даже не от полета, а от разработки этих технологий.
Александр Шаенко
создатель проекта "Маяк"
В традиционной космонавтике есть подход — то, что летает, не трогай. У госкорпораций есть огромный багаж традиций и наследия того, что было. Поэтому ракеты летают времен Королева, а космические корабли до сих пор "Союзы". У частников больше возможностей для экспериментов. Они могут, не имея багажа за собой, делать что–то новое, и оно будет меньше, легче и быстрее работать. Первым такой подход взяли в компании SSTL, которая стала брать обычные, земные, индустриальные электронные компоненты для космических аппаратов. И они летали и работали. Илон Маск работает по такому же принципу — он берет сразу целую партию различных компонентов, тестирует ее, и если она прошла тесты и подошла для космоса, то он покупает всю партию сразу на 10 лет вперед. Этот же подход применяем и мы — если мы работаем с аппаратной базой, мы не берем электронику для космических и военных аппаратов: это дорого и не всегда обоснованно. Если срок службы аппарата 3 года, то применять такие части накладно. Это попытка отказаться от того, что было, и сделать скачок. Раньше же как было: "космос — это лидирующие технологии". Сейчас идет обратный процесс — космос берет все лучшее, что сделано для Земли. Космос уже не двигатель прогресса.
Виталий Егоров
представитель "Даурия Аэропейс"
Выделите фрагмент с текстом ошибки и нажмите Ctrl+Enter
Новости партнеров
Реклама