Дмитрий Прокофьев, экономист Все статьи автора
17 июля 2015, 09:51 571

Зачем Китай продвигает BRICS

Фото: Станислав Красильников/ТАСС

В экономическом плане Китаю не очень интересен BRICS. Однако, продвигая эту организацию, Пекин получает возможность говорить на мировой арене от имени 3 млрд человек. Другой вопрос: будет ли Китай учитывать чьи-то интересы, кроме собственных.

Случаются истории, которые годятся в качестве примера почти в любой учебник. И BRICS тому яркий пример.

Суммарный долг компаний КНР оценивается в $16,1 трлн

Суммарный долг компаний КНР оценивается в $16,1 трлн

486

Начать следует с учебника маркетинга, где "кейс BRICS" может быть вставлен в главу, рассказывающую о важности правильного нейминга. Десять лет назад акроним BRIC придумал Джим О’Нил, аналитик Goldman Sachs. О’Нил заметил, что первые буквы слов Бразилия, Россия, Индия, Китай в английском языке образуют слово "кирпич". Купи кирпич! Какое предложение может быть доходчивее? Никакого экономического или политического объединения этих стран Джим О’Нил и вообразить не мог — он просто "упаковывал для продажи" акции стран с наибольшим потенциалом роста фондовых рынков.

Можно спорить о том, оказался ли инвестиционный банкир хорошим пророком. За последние 6 лет (с учетом прогноза 2015 года) индийский ВВП рос на 7% в год, бразильский — на 2,9%, российский — на 1,7%.

В отношении Китая Джим О’Нил не ошибся, за тот же период китайский ВВП прибавлял в среднем по 8% в год, хотя последние события на биржах Поднебесной заставили экономистов подумать о кошмаре — кризисе китайской экономики. Основания для таких предположений есть. В 2015 году рост экономики КНР не превысит 6,5%. И если темпы снижения сохранятся, то в 2020 году Китай окажется в рецессии. Но сейчас экономика КНР "весит" больше, чем все экономики ее партнеров по BRICS, вместе взятые.

S — South Africa — присоединилась к "кирпичу" в 2010 году именно с подачи Китая. Вот здесь можно говорить о примате политики над бизнесом, поскольку южноафриканский ВВП составляет всего четверть российского, а тот, в свою очередь, уступает китайскому примерно в 8 раз. Правда, подушевой ВВП в России в 2014 году превысил $13 000, в Китае же он составляет $7600, в ЮАР — $6500. Впрочем, в России этот показатель снижается уже второй год подряд, а в Китае растет. Зато рейтинг экономической свободы Global Index of Economic Freedom ставит ЮАР на 72–е место, Бразилию — на 118–е, Индию — на 128–е, Китай — на 139–е, а Россию — на 143–е место.

Вообще, деловая статистика BRICS представляет собой замечательный материал для математических задач. Например, предполагается, что создаваемый в рамках BRICS так называемый Банк развития будет иметь капитал $100 млрд. С начала 2015 года отток капитала из России, по официальной оценке ЦБ РФ, составил $52,5 млрд. Вопрос: если капитал продолжит уходить из страны такими же темпами, сможет ли этот банк помочь российской экономике? Для наглядности можно напомнить, что по итогам 2014 года чистый вывоз капитала из России составил $154,1 млрд. Добавим, что МВФ и World Bank имеют в своем распоряжении более $2 трлн активов в различных формах, а в последнем меморандуме о предоставлении нового пакета помощи Греции речь шла о сумме 80 млрд евро.

Любители задач на дроби могут развлечь себя и другими вычислениями. Например, товарооборот стран BRICS с Китаем немного превышает $200 млрд, в то время как товарооборот Китая и Южной Кореи составляет $300 млрд. Вопрос: во сколько раз торговля с одной Южной Кореей важнее для китайской экономики, чем торговля в рамках BRICS?

К слову, участники BRICS вообще не очень стремятся торговать между собой. Без учета торговли с Китаем их межгосударственный товарооборот составляет около $110 млрд. Из этой суммы на долю торговли с Россией приходится $20 млрд. Да и сама Россия предпочитает делать бизнес с другими странами.

Народный банк Китая провел максимальную за 20 лет девальвацию юаня

Народный банк Китая провел максимальную за 20 лет девальвацию юаня

267

В 2014 году ее объем торговли с ЕС и США достигал $430 млрд. С тех пор он, конечно же, значительно уменьшился, в течение одного года российский экспорт снизился на 30%, а импорт — наполовину. Но товарооборот сократился со всеми российскими деловыми партнерами, и в первую очередь — с Китаем (минус 30%). Другое дело, что Китай не обратил на это большого внимания, ведь бизнес с Россией — это 2% внешнеторгового оборота КНР. То же самое можно сказать и про торговлю Китая с BRICS, ведь она не превышает 4% общего оборота Поднебесной.

Логичным будет вопрос: что же является действительным содержанием сотрудничества BRICS? Ответ можно найти в русскоязычной версии "Жэньминь жибао", заявляющей, что "Двойной саммит" полагается на китайскую мудрость". Продвигая BRICS, мудрый Китай получает возможность говорить на мировой арене от имени 3 млрд человек. Но кто ответит, позволит ли Китай говорить кому–то, кроме себя, и будет ли учитывать чьи–то интересы, кроме собственных?

Новости партнеров
Реклама