Лев Лурье, историк Все статьи автора
19 декабря 2014, 11:55 6434

Иcторик Лев Лурье рассказывает о трех путях России без Путина

Митинг за единый учебник истории на Васильевском острове.
Фото: Ермохин Сергей

Обвал рубля и международная изоляция — возможность спокойного анализа возможных последствий и выходов. Ведь это только Вячеслав Володин думает, что не будет Путина — не будет России. Разочаруем вице–премьера, Россия и без Путина — останется.

Да хоть и Путин. В истории России были суверены много страшнее. Не говорю уж о Николае I или Сталине. Трудно представить себе открыто опубликованную в 1916 году в Петрограде заметку "После Николая II". Возможных преемников Горбачева года до 1989–го в ленинградской прессе тоже что–то не обсуждали.

Лев Лурье: почему бросают камни в "Сапсан"

Лев Лурье: почему бросают камни в "Сапсан"

3830
Лев Лурье, историк, телеведущий

Обличать президента легко и безопасно. Обвал рубля и международная изоляция — не столько лишний повод для проклятий, сколько возможность спокойного анализа возможных последствий и выходов. Ведь это только Вячеслав Володин думает, что не будет Путина — не будет России. Разочаруем вице–премьера, Россия и без Путина — останется. Рано или поздно и Владимиру Владимировичу надо будет уйти на покой, чай, не молод.

В России смена власти до сих пор происходила пятью способами: естественная смерть вождя, его убийство, добровольная отставка, вынужденная отставка, революция. Если начинать с Петра Великого, статистика такова: добровольно в отставку ушли двое — Борис Ельцин и фактически Дмитрий Медведев. Насильственно сместили пятерых — Анну Леопольдовну, Петра III, Николая II, Никиту Хрущева и Михаила Горбачева. Убили троих — Павла I, Александра II и, скорее всего, Иосифа Сталина. Революция предшествовала отставке последнего императора и выгнала из Зимнего дворца Александра Керенского (то ли один, то ли два). Своей смертью умерли 13 вождей — Петр I, Екатерина I, Петр II, Анна Иоанновна, Елизавета Петровна, Екатерина II, Александр I, Николай I, Александр III, Ленин, Брежнев, Андропов, Черненко. Забавно, что демократическим путем — выборами — преемственность власти в России не осуществлялась ни разу.

При монархическом образе правления в России существовало, словами Александра Герцена, "самодержавие, ограниченное удавкой". Устраивавший элиты наследник становился самодержцем. В советской России преемника назначали предыдущий генсек на смертном одре и политбюро. Так пришли к власти Андропов, Черненко, Горбачев. Путина благословил на президентство Ельцин, Медведева — Путин.

В случае если нынешний кризис не слишком усугубится и затянется, такой мирный вариант передачи власти вполне возможен. Путин может уйти в отставку, назначив премьер–министра исполняющим обязанности до выборов, или не уходить, но сознательно примириться с уменьшением своей реальной власти. Превратиться в некотором смысле в конституционного монарха. Кстати, компромиссная фигура, устраивающая, кажется, всех, известна — это Алексей Кудрин. При этом, ведя переговоры с позиции оставшейся силы, Владимир Владимирович может договориться о безбедном и безопасном существовании не только для себя, но и для своих друзей детства. Никого не обидят. Только не надо доводить до майдана.

Еще один возможный вариант — переворот. Кстати, Путин его может сам и возглавить. К власти приходят Глазьев, Рогозин, Патрушев, вводятся выездные визы, запрещается свободное хождение иностранной валюты. Навальный — в Краснокаменске, Венедиктов — на вилюйском радио. Церетели возводит в Херсонесе памятник Крещению Владимира Святого.

Риски здесь какие: во–первых, мы все же еще зависим от Запада, надо бы подождать 2–3 года, но времени — нет. Во–вторых, как показывает опыт, переворот способен привести к успеху только при перераспределении собственности — от старой элиты к новой.

Скажем, путем национализации. А ни братья Ковальчуки, ни владельцы кафе на улице Рубинштейна просто так с собственностью расставаться не будут.

Лев Лурье: "Мы живем в не самый худший, спокойный период"

Лев Лурье: "Мы живем в не самый худший, спокойный период"

708
Константин Шолмов

Про революцию не хотелось бы и думать. Она возможна, только если все предохранители будут сорваны, а власть окончательно потеряет престиж. Так что Путин окажется в положении Януковича, Шеварднадзе, Акаева. Тогда можно ожидать чего–то вроде "цветной революции" — начинающегося мирными митингами и демонстрациями противостояния с властью в обеих столицах и портовых городах. Как поведет себя наш "Беркут", сказать нельзя, помнится, в 1991–м милиция, внутренние войска и десантура ГКЧП не выручили. Риск еще и в том, что те, кто успешно применят силу, получат огромную власть и могут сами сместить слишком либерального, прозападного, коррумпированного для них президента.

И мирная, и кровавая, настоящая революция возможны, если резкое ухудшение материального положения совпадет с потерей властью остатков популярности. С демифологизацией, которая на наших глазах произошла с Михаилом Сергеевичем и Борисом Николаевичем.

С материальным положением, увы, все ясно. А вот престиж еще есть. Это дает шанс спокойно, без излишней спешки, обдумать вопрос о следующем правителе.

Выделите фрагмент с текстом ошибки и нажмите Ctrl+Enter
Новости партнеров
Реклама