Ирина Силачева Все статьи автора
26 ноября 2009, 08:17 1979

Олег Шигаев: "Даже внешне процветающие компании пытаются объявить себя банкротами"

Олег Шигаев
Фото: Trend

Президент "Балтийского банка" Олег Шигаев, объяснил, почему "Автоваз" кредитовать выгодно и почему невыгодно банкам сидеть на мешках с деньгами.

"ДП": Какова сейчас ситуация в банке, можно ли сказать, что кризис пройден?

Центробанк стал акционером "Аэрофлота"

Центробанк стал акционером "Аэрофлота"

369

Олег Шигаев: Остро паническая фаза кризиса, когда вкладчики забирали деньги, закончилась еще год назад. Правда, тогда же у банков возникли проблемы иного рода. Многие клиенты перестали обслуживать кредиты. Качество ссудных портфелей ухудшилось.

Пришлось увеличивать резервы под кредиты. При этом для нас, например, определенную сложность представляло то, что структура активов до кризиса у нас была рублевая, и основную массу кредитов банк выдавал в рублях. А когда население, осознав, что банковская система устояла, снова понесло деньги назад, они возвращались к нам в основном в виде валютных вкладов. Соответственно возник дисбаланс структуры активов и пассивов.

Хотя сегодня эти вопросы для нас по большому счету решены. Все, кто могли нам не заплатить – уже не заплатили, те, кто могли заплатить, заплатили. Ситуация стабилизировалась. Другое дело, что наш Олег ШигаевОлег Шигаевбанк, как и все, ужесточил требования к заемщикам.

Ссудный портфель не падает, но нет и ощутимого прироста. В этой связи упал операционный доход, при том, что у нас большое количество ликвидных средств, в основном валюта, но валютные кредиты сегодня не востребованы. Основная задача, которую мы перед собой ставим, нарастить кредитный портфель по новым правилам.

"ДП": Что это за правила?

Олег Шигаев: Ничего нового изобретать не стали. На мой взгляд, один из главных итогов текущего кризиса заключается в том, что те способы хеджировать риски, которые продвигались в последнее время в качестве панацеи, по сути и оказались источником рисков.

В этой связи я согласен с рядом моих коллег, которые считают, что есть смысл вернуться к старым, хорошо проверенным, но забытым в предкризисный период, правилам банковской деятельности. Многие сегодняшние "новшества" - это традиции банковской системы, которые доказали свою действенность в прежние времена. Банки вернулись к тщательной оценке конкретного заемщика.

В России появится закон о повышении капитала банков до 1 млрд рублей

В России появится закон о повышении капитала банков до 1 млрд рублей

278

Пытаться снизить риск другими способами - это обманывать самих себя. Знать собственника бизнеса, понимать, с кем имеешь дело, - жизнь показывает, что невозможно игнорировать этот аспект в принятии решения о выдаче кредита и ориентироваться только на цифры отчетности.

Мы столкнулись с тем, что люди ведут себя по-разному. У нас и раньше существовало правило, что мы брали личное поручительство от владельца бизнеса, сейчас это правило стало железным, мы всегда оцениваем собственника и управленца.

"ДП": Чему вы доверяете больше - аналитике или личному житейскому опыту?

Олег Шигаев: Естественно, у нас есть дирекция, которая занимается анализом рисков по каждому кредиту. Тем не менее, важный момент - это личное общение представителей банка с теми, кого мы кредитуем, ведь в какой-то степени мы доверяем этим людям и компаниям свои деньги, даже не свои, а своих вкладчиков.

Вообще ответ на вопрос, закончился кризис или нет, зависит от того, с какой позиции смотреть. Для каждого банка жизненно важна возможность нормально кредитовать. Не могу сказать, что такая возможность уже возникла. Желающих взять деньги много, но уверенности в их финансовой устойчивость пока нет.

Все-таки остается ощущение, что с точки зрения общей экономической ситуации кризис далеко не закончился. Закончилось падение, а дальше возможны варианты - то ли ползем по дну, то ли начинаем всплывать. Здесь замеры в пределах статистической погрешности. Но как банкир могу сказать, что пока возможности восстановить кредитование в прежних объемах нет, кризис не закончился.

"ДП": То есть вы будете продолжать сидеть на мешках с деньгами, как сказал Владимир Путин?

Олег Шигаев: Невыгодно банкам сидеть на мешках с деньгами, за эти деньги приходится платить. Есть две возможности привлечь средства на внутреннем рынке – Центробанк и частные вкладчики, которые не спешит перекладывать вклады в рубли. Поэтому уровень ставок существенно выше, чем до кризиса, хотя и снизился по сравнению с пиковыми значениями.

Мы понимаем, чтобы выдать кредит и получить маржу, мы должны очень тщательно подойти к заемщику. Тех заемщиков, которые реально могут вернуть ссуду, ставки отпугивают. Они считают, что банки предлагают деньги дороговато и у них есть возможность использовать альтернативные механизмы, например рынок облигаций, который растет. Тех, кто хотел бы взять кредит, но не уверен, что сможет отдать, нет желания кредитовать ни под какие проценты.

"ДП": Судя по рассказам предпринимателей, сейчас много желающих запустить инновационные проекты. Но, по их словам, банки оценивают их возможности слишком консервативно.

Олег Шигаев: Любая инновационная идея сопряжена с риском. Многие соглашаются, что наша экономика требует инновационного подхода, но все признают, что инновации в условиях кризиса, это повышенный риск. Взять тот же самый "Автоваз" как некий символ нашей экономики.

Давно говорили о необходимости смены модельного ряда и прочих назревших изменениях, но этого не было сделано в лучшие времена. А сегодня есть люди, которые хотят работать как работали, но их продукция никому не нужна, и никаких затрат не хватит поддерживать это неэффективное производство.

В то же время есть много идей, как обеспечить людей другой работой, но опять же все эти идеи наталкиваются на главный вопрос - кто обеспечит спрос? Кто приобретет то, что они начнут производить? Для малого и среднего бизнеса – это ключевой вопрос.

Да, людям, которые пытаются что-то сделать, кажется, что они придумали все очень здорово, идея красивая, только нужны деньги для ее реализации. Но чтобы вкладывать средства в инновационные проекты, банки должны быть уверены, что будет спрос. Это основной момент. Дальше возникает много сложностей для банков в части оценки рисков.

Когда кредитуют какую-то крупную устоявшуюся структуру, пусть и проблемную, тот же "Автоваз", для кредитора понятно, что, несмотря на свое тяжелое положение, такая компания в конечном итоге может рассчитывать на господдержку, то есть существует какой-то шанс вернуть деньги.

С кредитованием малого и среднего бизнеса ситуация другая. Его собственники часто ориентируются на то, что вот, мол, мы попробуем (и они вроде как уверены, что должно получиться), но если не получится, то как бы ничего страшного.

Но банку-то в любом случае нужно будет вернуть деньги. Мы столкнулись с тем, что даже внешне процветающие компании пытаются объявить себя банкротами, чтобы не отдавать долг. В малом бизнесе всегда высока вероятность, что вчера предприятие работало, а сегодня его уже нет.

Для малых и средних компаний сегодня не существует механизма госгарантий. Банк один на один со стихией предпринимательства, а поскольку еще стихия кризиса не до конца побеждена, с двумя стихиями сразу банкам не совладать.

"ДП": Этот кризис поднял многие этические вопросы, например, нужно ли платить по долгам. В чем вы видите различие этой ситуации с тем, что было в 1998 году?

Олег Шигаев: Природа этих кризисов отличается. Некоторые наши заемщики и в этот раз рассчитывали на сценарий 98го года - все рухнуло, но быстро восстановится. Кроме того, надеялись на девальвацию.

Нам говорили: "Ну что вы, заберете эти активы, они сейчас столько не стоят, а завтра будет инфляция, никто не вспомнит, тысяча рублей это была или миллиард. Все будут считать в других деньгах". Произошло обратное, рубль укрепился, в ряде случаев происходит дефляция. Наверное, есть бизнесмены, которые попытались вести себя по образцу 98го года, но не получилось.

"ДП": Кажется, сейчас Балтийский Банк ведет себя не вполне в тренде: банки начинают самостоятельно управлять проблемной задолженностью. Такие подразделения есть у ВТБ, Альфы и др. У вас будет что-то подобное?

Олег Шигаев: О создании таких структур объявили прежде всего госбанки, думаю, не от хорошей жизни. В начале кризиса государство заявило, что предприятия-должники будут в любом случае сохранены. Через госбанки идут средства господдержки. Многие наши заемщики, набравшие кредитов, и нам говорят – забирайте предприятие, участвуйте в управлении, пожалуйста, готовы вас в совет директоров включить.

Но когда банк начинает бизнесом управлять, оценка риска размывается. Закладывается конфликт интересов сразу. Ведь бизнес это всегда риски, 50 на 50 - это нормальная оценка рисков в бизнесе, а для банка важно, чтобы вероятность возврата средств была более 50%.

Банк более консервативен, это во-первых. Во-вторых, даже если представим, что забрали за долги предприятие. Но в условиях кризиса, когда не понятно, как скоро восстановится спрос, начав управлять, мы столкнемся с тем, что бизнес неэффективный, нужно вложить дополнительные средства, чтобы он как-то задышал. Получается вариант черной дыры, много мини-"Автовазов".

"ДП": Все-таки не очень понятно, почему два года назад кредит в 900 млн рублей не казался рискованным, а сейчас 1-2 млн рублей вызывают рассуждения о том, что все с вероятностью 50 на 50 закончится плохо?

Олег Шигаев: Миллион - два рублей для нас не очень-то интересны, с точки зрения операционных доходов, нужен больший объем. С одной стороны, я понимаю, что когда выдаешь по миллиону-два, риск более диверсифицирован, чем когда даешь разом и 900 млн.

Но если говорить о том печальном для нас примере со "Строймонтажом", мы считали, что риски застрахованы. Мы давали этот кредит на достаточно короткий срок, на определенных условиях, под личное поручительство собственника. Да, чуть не угадали по срокам. Наступил мировой финансовый кризис. Многие не угадали.

Хотя в итоге наши риски все-таки застрахованы - разного рода залогами, поручительствами. Там есть нюансы, мы столкнулись с некой практикой, которая была применена в том числе и против нас, но я считаю, что это управляемый вопрос; как говорится, наше дело правое, мы победим.

Возвращаясь к малому бизнесу с кредитами в один-два миллиона рублей, я еще раз подчеркиваю, что изучение такого рода клиентов требует от банка особых усилий. Этот бизнес более мобильный. Если рассуждать в простых категориях, у каждого малого бизнесмена есть несколько предприятий, ООО, он все оптимизирует, между ними гоняет какие-то средства, то есть анализировать приходится не одно предприятие, а некий конгломерат.

При этом, как правило, собственности у него особой нет, обороты часто связаны между компаниями. В залог особенно нечего взять, кроме товаров в обороте, личной машины, квартиры. Собственно, в этой связи оценка малого и среднего бизнеса - это оценка персонажа, который этот бизнес ведет.

Банки, когда пытаются наладить такого рода программы, сталкиваются с тем, что это большой объем аналитической работы, при этом для них эффект выдачи одного миллиона рублей даже под высокий процент оборачивается такой маржей, которую все эти расходы на оценку могут съесть.

Всем известно про административные барьеры, частые проверки, вымогательства денег, поэтому многие ведут свой бизнес исходя из сложившейся практики, не особо скрывают, что их задача все оптимизировать и придумать некие схемы: имущество на одной фирме, оборудование на другой, продают они через третью компанию.

Банку приходится анализировать не только сами компании, но и схемы оптимизации, во что они выльются – какова вероятность, что придут и закроют компанию или все более нормально. То есть затрат на предварительную работу по выдаче кредита порой больше, чем дохода от процентов.

"ДП": В чем тогда будущее банковской системы, если бизнес кредитовать рискованно, а потребительского бума, чтобы кредитовать частного заемщика, тоже нет?

Олег Шигаев: Мы всегда ориентировались на органический рост. Открывали счета вкладчикам, занимались зарплатными проектами, у нас появлялись пассивы, а значит, возможность кредитовать. Мы кредитуем предприятия, прежде всего те, кто у нас обслуживается, и сотрудников этих предприятий. Мы со своим консервативным подходом во времена бума порой себя чувствовали как белая ворона.

Нам говорили - зачем вам нужны эти зарплатные проекты, эти вкладчики, это ж так головная боль.

Проще взять денег на Западе - длинные, дешевые, рубль только крепчает, все замечательно. Наши попытки выдачи потребкредитов в торговых точках успехом не увенчались: при нашем строгом подходе к заемщикам у нас никогда не получалось выдавать больше 30% от заявок.

Торговцы говорили, что им не выгодно с нами работать, есть очередь от банков, одобряющих 90% заявок. Мы, конечно, на такие условия пойти не могли и сконцентрировались на работе со своими клиентами. Когда начался кризис, оказалось, что консервативная политика в банковском секторе себя оправдала.

Сейчас ориентируемся на расширение программ кредитования, в первую очередь, для собственных клиентов. Мы кредитование своих клиентов не останавливали даже в пик кризиса, но если раньше шел прирост по выдаче кредитов, то сейчас объем гашения превышает объем выдачи, портфель сокращается. Поэтому расширяем линейку предложений.

"ДП": Как себя чувствуют банкиры вне банковской деятельности? появилась мода на дауншифтинг, как у ритейлеров, например?

Олег Шигаев: Я думаю, что у банкиров, сталкивающихся с неплатежами, периодически возникает мысль все бросить, уехать на Гавайи или в деревню, но в конечном итоге профессиональные навыки такие желания гасят.

В нашей среде пока нет таких ярких примеров дауншифтинга. Наверное, профессия накладывает отпечаток. В основном в банкиры идут люди с крепкими нервами. Естественный отсев происходит уже на ранних этапах карьеры.

"ДП": Будут ли еще потрясения? повторения ВЕФКа, Глобэкса? Насколько система стабильна изнутри.

Олег Шигаев: На мой взгляд, главный фактор - это политическая воля. В 1998 году возобладала одна тенденция. Сейчас, с точки зрения политической установки, действует другая парадигма, которая предполагает, что лучше обойтись без социальных и прочих потрясений. Можно по-разному оценивать решения по спасению банков, но спасали не банки, а банковскую систему.

Если бы банки рушились, и вкладчики не понимали, что происходит, то не осталось бы камня на камне от нашей экономики. Но этого не допустили, и я понимаю, что есть установка не допустить такого и впредь. Не хочется говорить о неконтролируемых сценариях как извне, так и изнутри, когда никто не может гарантировать, что не случится потрясений, которые могут негативно повилять на российскую экономику и финансовую систему.

Но, если исключить внештатные ситуации, в целом острых периодов ожидать не стоит.

Выделите фрагмент с текстом ошибки и нажмите Ctrl+Enter
Новости партнеров
Реклама