После трехсотлетия хоть потоп

Города-побратимы Петербурга тонут один за другим. В то же время городские и федеральные власти абсолютно не проецируют общемировые проблемы на невские берега.

ПОВЫШЕНИЕ всемирных градусов все больше вытекает в повышение уровня воды. Мировой океан давеча отъел кусок Праги, погрузил в пучину Дрезден. Впрочем, если Европа может вынести аж 8 дополнительных метров -- путем приноса мешков с песком, для Петербурга даже 3 метра -- это катастрофа. Хорошо еще, что в Петербурге нет слона, как, например, в той же Праге, чей слон недавно захлебнулся и сгинул. Зато есть здесь, и деваться тут некуда, например, Эрмитаж, Петропавловка и прочие сугубо прибрежные ценности.

ИЗ КАЖДОЙ СИТУАЦИИ следует извлекать пользу. К примеру, для России мировой потоп далеко не бессмыслен. Наряду с Австралией, ранее климатически сомнительную Россию сейчас называют едва ли не самой водонепроницаемой площадкой в мире. Данным обстоятельством, в частности, холмистая провинция вполне может козырять перед инвесторами.

С ПЕТЕРБУРГОМ как раз далеко не все в порядке. Старик Достоевский, в частности, в свое время напророчил на нашу голову, что трехсотлетие города увенчается приличным потопом. И у потопа есть все основания. Например, работы на дамбе ведутся совсем не безупречно, учитывая также происходящее ныне банкротство генподрядчика ее строительства, что не может не сказаться на темпах работ. Но и здесь на фоне общемировой тенденции можно извлечь свою мораль. Сейчас начинает формироваться федеральный бюджет, который еще есть время увеличить на строчку. Другой аргумент финансирования дамбы -- тот факт, что деньги, отпущенные на трехсотлетие и зачинающийся городской марафет, могут быть в скором времени отмыты в прямом смысле слова. Редакция