00:0315 апреля 2026
Охлаждение экономики, вызванное жёсткой денежно–кредитной политикой Банка России, заметно и в стране, и в регионах Северо–Запада. Оно проявляется, например, в сокращении прибыли предприятий. Но регулятор тщательно мониторит ситуацию и не считает её угрожающей. Об этом в интервью "ДП" рассказал начальник Северо–Западного ГУ ЦБ РФ Павел Шаптала.
Один из главных параметров, влияющих на денежно–кредитную политику (ДКП), — это инфляция. Каковы наиболее яркие региональные особенности показателей инфляции в Северо–Западном федеральном округе (СЗФО)?
— Мы ожидаем, что инфляция по итогам года будет 4,5–5,5% по России и к своей цели — вблизи 4% — придём в 2027–м. В целом наблюдается снижение годовой инфляции. Если говорить про цифры, то в СЗФО в 2025 году инфляция составила 5,8%. В 2024–м она была больше 9%. По России цифры похожие: 5,6% и 9,5%. В январе 2026 года рост цен месяц к месяцу ожидаемо увеличился. Это было связано с разовыми факторами — с НДС и тарифами, которые повышались в этот период. Но уже в феврале мы видим замедление месячной инфляции и рассчитываем, что в дальнейшем она продолжит снижаться. Очень важным показателем для нас ещё является устойчивая инфляция. Видна тенденция на её постепенное снижение.
Если говорить про динамику в регионах, то, безусловно, есть некие отличия. Вот мы, например, северный регион, где большое значение имеют транспортные расходы и услуги ЖКХ. По продовольственным товарам Север добавляет к инфляции, а что касается непродовольственных товаров, то здесь, в принципе, у нас динамика похожа на общероссийскую. В целом наблюдается замедление темпов роста цен. Прежде всего это, наверное, связано с неким охлаждением спроса на непродовольственные товары, особенно на товары длительного пользования: компьютеры, телевизоры и так далее. Что касается услуг, здесь, наоборот, у нас темпы роста более высокие. Это связано в первую очередь с туристической привлекательностью Северо–Запада. В частности, в семи из 11 регионов СЗФО в январе наблюдался больший темп роста по сравнению с общероссийским.
В комментариях к решениям по денежно–кредитной политике представители ЦБ РФ часто упоминают напряжённость на рынке труда, ведущую к гонке зарплат. Насколько сложна ситуация на рынке труда в Петербурге и других субъектах СЗФО? Появились ли здесь признаки охлаждения в 2025 году?
— Да, в целом в последние годы мы наблюдали высокую напряжённость на рынке труда, но сейчас видим и отдельные элементы нормализации ситуации. В частности, в Петербурге и СЗФО ситуация понемногу меняется. Безработица хотя ещё низкая, но всё–таки перестала снижаться. В Петербурге в 2025 году она была 1,5%, в среднем по СЗФО — порядка 2%.
Банк России регулярно проводит опросы предприятий — они носят название "Мониторинг предприятий". В них в числе прочего мы задаём вопросы и по рынку труда. Предприятий, которые участвуют в этом мониторинге, достаточно много — по России более 15 тыс. и более 2300 по Северо–Западу. Это предприятия из разных отраслей. То есть обеспечиваем репрезентативность выборки. Участники мониторинга отмечают, что напряжённость на рынке труда потихоньку охлаждается.
Остановилась гонка зарплат, которая была в последние годы. Предприятия стали указывать, что у них меньше потребность в персонале по разным причинам. В некоторых отраслях отмечается снижение спроса на продукцию. Где–то просто результат стали показывать те инвестиции, которые ранее осуществляли предприятия, — повысилась производительность труда, в связи с этим потребность в персонале меньше. И ещё предприятия стали более сдержанно оценивать пересмотр оплаты труда. Теперь планируемые темпы роста зарплат более умеренные. Эти признаки говорят о том, что ситуация на рынке труда нормализуется.
Представители бизнес–сообщества утверждают, что жёсткая ДКП уже привела к резкому снижению инвестиционной активности, и ждут продолжения этого снижения. Подтверждается ли эта тенденция данными, имеющимися в распоряжении ЦБ РФ по Петербургу и СЗФО?
— Я бы сказал, что кредиты — это, конечно, существенный источник для инвестиций, но не единственный и не главный. И статистика показывает, что основные средства, которые используются для инвестиций, — это собственные средства предприятий. Цифры это подтверждают. По Северо–Западу 47,5% — это инвестиции за счёт собственных средств предприятий, 16,6% — за счёт заёмных средств, а остальное — разные источники, в том числе средства бюджета. А по Санкт–Петербургу цифры ещё более значимые — собственные средства составляют 57,9%, кредиты банков — 11,2%. Мы в рамках "Мониторинга предприятий", кстати, тоже задаём такой вопрос: какие инвестиции предприятия планируют и что является сдерживающим фактором инвестиций? И вот основным таким фактором является экономическая неопределённость, а кредиты — только на четвёртом месте.
Если вернуться к денежно–кредитной политике, как раз низкая инфляция является той основой, которая позволит эту неопределённость снизить. При низкой инфляции и инвестировать будет проще, и планировать легче на длительный период.
Инвестиции на самом деле рекордными темпами росли в прошлые годы — по Северо–Западу с 2023 по 2025 год они увеличились на 34%. Прирост инвестиций по Петербургу за этот период был 25,4%.
Неизбежным следствием жёсткой ДКП является ухудшение финансовых результатов компаний. Стал ли 2025 год периодом замедления роста или уменьшения совокупной прибыли предприятий и организаций в Петербурге и СЗФО? Если да — в каких сегментах это проявляется?
— Ну если говорить про СЗФО, то совокупная прибыль предприятий продолжила снижаться. В 2024 году снижение было на 18%, в 2025–м — на 23,1%. По Петербургу эта цифра в 2025 году составляет 13,3%. Если смотреть по отраслям, то в основном снижение прибыли идёт за счёт обрабатывающих производств, а также финансовой и страховой деятельности. Экономическая активность охлаждается, поэтому, собственно, и прибыль предприятий становится более умеренной. Расти на пределе своих возможностей экономика долго не может.
Я уже сказал о динамике показателей, но при этом абсолютные цифры всё равно высокие. По данным Росстата, на Северо–Западе в 2025 году прибыль составила 3,3 трлн рублей, а в Петербурге — 1,5 трлн рублей.
Высокие ставки по кредитам рано или поздно оборачиваются ухудшением платёжеспособности заёмщиков. Наблюдает ли регулятор увеличение доли просроченной задолженности в тех или иных сегментах кредитования? Существует ли, по вашей оценке, угроза волны дефолтов и банкротств среди бизнеса и населения?
— Мы не видим значительного роста просроченной задолженности в Санкт–Петербурге, есть даже снижение. На 1 февраля 2026 года у компаний она составляла 2%, а в среднем за 2023–2024 годы — 2,6%. Если говорить про МСП (малое и среднее предпринимательство. — Ред.), тут есть некоторый рост просроченной задолженности, но показатель всё равно ниже, чем за 2019–2021 годы. На 1 февраля просроченная задолженность в этом сегменте была 6,6%, а в среднем за 2019–2021 годы — 11,7%.
По розничному кредитованию показатель на 1 февраля 2026 года — 3,2%, а в среднем за 2023–2024 годы — 2,4%. Я бы сказал, что в целом качество обслуживания кредитов остаётся на очень высоком уровне. И мы не считаем, что наша жёсткая ДКП ведёт к увеличению доли просроченной задолженности. Постепенное снижение ключевой ставки будет способствовать тому, что дисциплина сохранится и роста "просрочки" не будет.
Прибыль банков в целом по России сократилась в 2025 году. Как обстоят дела с прибыльностью у петербургских банков и других финансовых организаций, подконтрольных ЦБ РФ?
— У финансовых и страховых организаций Санкт–Петербурга сальдированный результат в 2025 году снизился в годовом выражении до 164,6 млрд рублей. Но он всё ещё выше, чем в 2019–2023 годах. При этом совокупный объём чистой прибыли российского банковского сектора составил 3,5 трлн рублей. Это ниже, чем в 2024 году, когда было 3,8 трлн рублей. Основным фактором, оказавшим сдерживающее влияние на динамику, стал рост расходов банков на формирование резервов для покрытия потенциальных убытков по кредитам. Такие результаты банковского сектора, как и совокупная прибыль компаний Петербурга, — это всё–таки коррекция после рекордных темпов роста прошлых лет.
Как обстоят дела в Петербурге и СЗФО с борьбой против мошенников в финансовой сфере? Увеличивается ли частота случаев мошенничества и ущерб от них? Какие меры, принимаемые Банком России против распространения мошенничества, дают наиболее заметный эффект?
— Начну с общероссийской статистики. Объём операций без добровольного согласия, то есть количество похищенных денег, увеличился за 2025 год на 6,4% и составил 29,3 млрд рублей. Но благодаря мерам, которые принимаются для противодействия хищению, за тот же период банки предотвратили хищения на 13,9 трлн рублей. При этом количество операций без добровольного согласия клиентов за 2025 год выросло на 31,2%, до 1,5 млн. То есть прошло некое смещение. С одной стороны, количество операций увеличилось, а средняя сумма похищенного существенно снизилась. Почему это произошло? Благодаря масштабным и разносторонним мерам Центрального банка удалось вывести из тени хищения небольших сумм, которые раньше оставались вне поля зрения. За счёт того, что с прошлого года было введено обязательное наличие в банковских приложениях специальной кнопки, благодаря которой человек может сразу сообщить в банк о хищении и получить электронную справку о мошенническом переводе для обращения в правоохранительные органы. Доля похищенных денег в общем объёме переводов начиная с прошлого года вышла на плато — это 8 копеек из 10 тыс. рублей переводов. Хотя цифры, конечно, достаточно большие, но эффективность антифрод–систем высокая — 99,9%.
