Как без рук

Можно сказать, что в 2020–е годы рынок труда в России попал в своего рода "идеальный шторм". Наложились сразу несколько факторов. К демографической яме, о которой знали и к которой были более–менее готовы, добавились сразу несколько "чёрных лебедей": сперва рост смертности и снижение трудоспособности из–за пандемии COVID, затем последствия СВО и отток трудовых мигрантов. Не последнюю роль сыграл и стремительный рост сервисных отраслей, которые оттянули часть кадров в курьерскую доставку и подобные бизнесы.

Цифры в общем и целом

Посмотрим на ситуацию в цифрах. Общая занятость в РФ по итогам 2023 года составила рекордные 73,6 млн человек, из них более 8 млн работают в обрабатывающей промышленности. При этом в России сейчас свыше 10 млн мигрантов, это количество назвал на последнем ПМЭФ президент Владимир Путин. Цифры не говорят о каком–то драматическом снижении численности (в 2016–м, например, оценка МВД указывала на 10,2 млн человек). Тем не менее самые разные эксперты в один голос говорят об оттоке мигрантов как о негативном тренде.

Не менее важным может оказаться, что часть обученных именно для промышленности специалистов оттянул на себя оборонно–промышленный комплекс. По словам главы Минпромторга РФ Дениса Мантурова, за 2023 год российский ОПК привлёк более 500 тыс. новых специалистов, а зарплата в отрасли выросла на 30–60%. Это повышает привлекательность таких работодателей, но приводит к росту дефицита кадров в других отраслях промышленности, отмечают в компании Ancor.

Уже отражается на зарплатах

По данным HeadHunter на июль 2024 года, наиболее сложная ситуация сейчас в Центральном (без учёта Москвы) федеральном округе — доля активных вакансий там составляет 18,1%, а доля активных резюме — 14,8%. В СЗФО (без Петербурга) доля активных вакансий — 4,3%, а доля активных резюме — 3,7%. При этом для Петербурга и Москвы характерна обратная ситуация: в крупных городах есть "навес" из свободных кадров, что пока ещё позволяет удерживать баланс.

Чтобы бороться за кадры, работодателям приходится повышать зарплату. "ДП" проанализировал около 90 крупнейших промышленных предприятий СЗФО, по которым есть полные данные в СПАРК за последние 5 лет. Если в 2020–2022 годах средний рост расходов на оплату труда составлял 7,5% в год, то в 2023–м этот показатель вырос на 14,1% (мы оценивали суммарные расходы на оплату труда).

Скорее всего, в 2024 году рост будет ещё значительнее. В компании "Полиграфоформление–ФЛЕКСО" поделились, что в 2023–м рост средней зарплаты составил 26%, в 2024–м — уже 19%. В ГК "Алкор Био" говорят о росте на 5% в прошлом году и на 10% в этом. В "Северстали" указали, что за счёт премий и повышений окладной части доход сотрудников в 2024 году вырос к прошлому году более чем на 20%.

Помимо денежной мотивации компании усиливают партнёрство с ссузами и вузами, дообучают уже работающих сотрудников, расширяют воронку найма за счёт новых аудиторий. Например, в "Северстали" рассказали "ДП", что обучают женщин на традиционно мужские, но в то же время разрешённые законодательством профессии. Например, за 2,5 месяца женщина без профильного среднего профессионального образования может обучиться на машиниста крана, за 3 месяца — на оператора поста управления. Кроме того, есть примеры, когда сотрудницы до прихода на комбинат работали в ретейле или сфере общественного питания, а после обучения (в колледже либо внешних учебных центрах, а затем на предприятии) становились машинистом конвейера, штамповщиком или бригадиром.

Автоматизация — решение?

Во время ковида припоминали почти хрестоматийный пример, как чума в Европе XIV века, уничтожив в отдельных регионах до 60% населения, заставила повышать зарплату рабочим и привела к росту производительности труда. Менее известный случай — голод Ирландии в середине XIX века, после которого население страны уменьшилось на четверть из–за массовых смертей и эмиграции. Это резко сократило доступную рабочую силу и привело к изменениям в методах ведения сельского хозяйства: оставшиеся фермеры больше полагались на механизированные средства производства. Нюанс в том, что изменения шли медленно, а в большинстве ирландцы даже, напротив, переключились на более традиционные формы хозяйствования, увеличив долю земель под пастбища для скота (то есть это скорее даже шаг назад).

Современные исследования в развитых экономиках всё же демонстрируют достаточно чёткую связь между дефицитом труда и инвестициями в автоматизацию. Например, об этом в июне 2024 года опубликовал статью Федеральный резервный банк Сент–Луиса. По их оценкам, начиная с 2021 года увеличение количества трудовых проблем (например, из–за ужесточения рынка труда) стимулировало примерно $55 млрд дополнительных инвестиций в экономику США. Но этот тренд не совсем применим для РФ, где инвестиции в перевооружение сопряжены с заметно снизившимся доступом к технологиям, а также курсовыми проблемами. И есть риск пойти "по ирландскому" пути.

Исследования Центра макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования показывают, что инвестиции всё–таки растут. "За два сложнейших кризисных года объём инвестиций в сопоставимых ценах возрос на 17,2% (2023 к 2021 году), а за четыре (к 2019–му) — на 27,1%", — отмечается в исследовании (опубликовано в августе). Однако прирост носит "вынужденный" характер, это "вложения в стабилизацию", а не "инвестиции в развитие", уточняют эксперты.

"Речь идёт о резком ускорении динамики инвестиций в объекты интеллектуальной собственности (в том числе программное обеспечение) и “прочие виды фондов” — при замедленном росте “материально–вещественного” ядра инвестиций (нежилых зданий и сооружений, а также машин и оборудования). Прирост физического объёма по первой компоненте оценивается нами за 2022–2023 годы в 1,6 раза, что обеспечило 6 процентных пунктов прироста общего объёма инвестиций (из 17,2% общего прироста). Увеличение же физического объёма инвестиций в “материально–вещественное” ядро составило за 2 года 11,4%", — указывают эксперты.

Кроме того, наблюдается снижение "уровня технологичности" инвестиций в основной капитал, выразившееся в сокращении инвестиций в машины и оборудование (при ускоренном наращивании инвестиций в нежилые здания и сооружения). По оценке ЦМАКП по данным Росстата, в целом за 2022–2023 годы физобъём инвестиций в машины и оборудование сократился на 8,1% — при наращивании инвестиций в нежилые здания и сооружения на 35%.

Впрочем, опрошенные "ДП" предприятия тенденцию не подтверждают и присылают примеры сделанных инвестиций: как правило, это закупка дополнительного оборудования под конкретные нужды. Посредниками выступают дружественные юрисдикции, а в качестве производителя оборудования всё чаще фигурирует Китай. "В целом мы довольно быстро адаптировались к новым условиям, — говорят в ГК “Алкор”. — Купить необходимое оборудование можно и через третьи страны, это не тайна".