Анна Хмелева Все статьи автора
29 апреля 2019, 06:22 557

Кому княжество, кому — колхоз. Реформа в Ленобласти разбилась о муниципальный быт

Фото: Евгений Асмолов

Весной 2017 года в 47–м регионе была широко анонсирована муниципальная реформа — одно из любимых "детищ" губернатора Александра Дрозденко. Буква, суть и дух реформы сводились к повышению управляемости территорий и оптимизации издержек. Между строк фигурировало желание "угомонить" неугомонные местные элиты.

Анонсированная губернатором Ленобласти административная реформа опять отложена

Анонсированная губернатором Ленобласти административная реформа опять отложена

1212
Анна Хмелева

Ни для кого не секрет, что Ленобласть может быть названа модельным регионом. Она очень похожа на Россию в целом: с моногородами, селами, городами зажиточными. Но там как не было, так и нет административного центра, и каждый район представляет собой — в зависимости от своей экономики и политики — либо маленькое княжество, либо большой колхоз. Из районов, где есть что делить — власть, полномочия, деньги, — можно выделить Всеволожский, Ломоносовский, Кировский, Гатчинский. Просто исходя из близости к Петербургу. Остальные интересны только отчасти или не интересны совсем. Присутствуют и исключительно интересные, но неприступные для любых властных посягательств "квазигосударства". Это, безотносительно к размеру территорий, Кингисеппский район с Усть–Лугой как местный Сан–Марино, Выборгский — как Ватикан и Киришский — как княжество Монако.

Внешние и официальные причины сложностей вокруг понуждения к муниципальному сожительству лежали на поверхности — работники администраций не хотели лишаться работы, депутаты жалели мандаты, а богатые поселения не хотели делиться своими богатствами с бедными. Про внутренние чаще молчали, но совершенно очевидно, что муниципальная реформа в первую очередь должна была затронуть именно те территории, где эти власть с влиянием есть, а взгляд на жизнь у местных элит часто не в фокусе с взглядом региональным. Изначально декларировалось сокращение количества поселений на 37, с 217 до 180, к весне 2019 года. Спустя 2 года, 24 апреля 2019–го, парламент Ленобласти завершил муниципальную реформу, приняв последние изменения в административном устройстве.

Итоги таковы: "агломерацию" вокруг Петербурга реформа, затевавшаяся в первую очередь для них, не затронула и разбилась о муниципальный "быт". Часть районов отделалась легким испугом, передав некоторые полномочия с уровня поселений на уровень районов, а количество поселений вместо планируемых 180 составило 205. Упразднили лишь 12 штук.

Из общего количества оптимизированных поселений девять пришлись на Волосовский район. И здесь нельзя не выпятить роль главы администрации Василия Рыжкова. Он не просто выполнил поставленную задачу, попутно сократив еще и почти 100 местных депутатов, но и по количественному признаку практически реализовал реформу за весь регион. Уместно отметить еще и политическую смелость Рыжкова: отвечая на вопросы от оппозиционных фракций Законодательного собрания — о количестве сокращенных поселений и депутатов — он фактически заявил об их ненужности. Указав, получается, на многолетнюю неэффективность депутатского и административного корпуса. Остальные участники муниципального процесса наглядно продемонстрировали, что молчание — не всегда знак согласия, а относительная подконтрольность для них лучше и полезнее полной управляемости.

Выделите фрагмент с текстом ошибки и нажмите Ctrl+Enter
Новости партнеров
Реклама