Дмитрий Прокофьев Все статьи автора
1 марта 2019, 06:27 994

Луддиты против беспилотников: работа нас всегда найдет

Фото: Photoxpress

Логика развития рынка труда заставляет думать, что работа нас всегда найдет.

Форум труда, который заканчивается сегодня в Петербурге, — хороший повод вспомнить историю. 240 лет назад, в 1779 году, некий Нед Лудд, работник ткацкой фабрики в Лестершире, повздорил со своим мастером. То ли тот не смог объяснить, как работать на новом станке, то ли сам ткач не справился с непривычной техникой. Лудд, которого мастер обозвал бездельником, схватил молоток, но вместо головы начальника разбил в щепки вязальную машину.

Безопасные связи. Чем занимаются специалисты по government relations

Безопасные связи. Чем занимаются специалисты по government relations

1026
Иван Воронцов

Что случилось с Недом Луддом дальше — неизвестно. О нем забыли лет на тридцать, пока в начале 1810–х годов английские рабочие не продолжили его дело, разрушая машины на ткацких фабриках. Причину ненависти к механизмам труженики объясняли просто. Там, где прежде получали работу десятки мастеров–ремесленников, фабриканты стали ставить станки, заменявшие труд множества людей. Давайте разобьем машины и вернем высокие заработки, говорили рабочие. Что ж, ответили фабриканты, если вам не нравятся машины, вместо них будут виселицы! Разрушителей машин, называвших себя луддитами, начали приговаривать к смертной казни, и вскоре их движение сошло на нет.

Современные работники тоже могли бы встревожиться из–за наступления машин. Например, беспилотных автомобилей. Вот в США водитель–дальнобойщик — популярнейшая профессия в половине штатов. За рулем тяжелых траков сидят 3,5 млн человек, а всего в индустрии грузоперевозок занято почти 9 млн американцев. И все эти миллионы с приличными зарплатами создают рабочие места еще примерно для такого же количества людей. Рост экономики формирует спрос на грузоперевозки, соответственно, растет спрос на услуги водителей. И это хорошая новость.

Однако есть и плохая: беспилотный грузовик — уже не будущее, а настоящее. Все необходимые технологии для автономного трака на шоссе есть, их применению мешает в первую очередь страх перед появлением на автостраде многотонной махины, управляемой автоматом.

Что произойдет, когда эта проблема будет решена? Дальнобойщики пойдут на биржу труда? Ведь именно этого в свое время боялись и разрушители ткацких машин.

И напрасно тревожились, скажут экономисты. Движение луддитов остановила на самом деле конкуренция между фабрикантами, а не виселицы. Да, новые машины позволили снизить потребность в трудовых ресурсах, но стремление к прибыли заставляло промышленников внедрять все более совершенные механизмы. А их производство сформировало спрос на мастеров, способных производить и обслуживать сложные машины. Сравнительная дешевизна английских тканей расширила рынок их сбыта, создав спрос на работников транспорта и логистики. В общем, бывшие ткачи не остались без работы. А самого Лудда, говорят историки, вообще будто никогда и не существовало.

И водителям найдется дело, отвечают в стартапе Starsky Robotics. Хотя, может быть, действительно не стоит пока полностью доверять грузовик искусственному интеллекту. Эффективнее будет обеспечить возможность дистанционного управления автомобилями из специально оборудованного центра. Профессия водителя в этом случае не исчезнет, но примет другую форму — из виртуальной кабины он сможет контролировать не один, а сразу несколько грузовиков, принимая на себя управление в случае необходимости.

Это всего лишь один из примеров симбиоза человека и техники. И чем дальше, тем такого должно становиться больше. Но проблема трансформации профессий и рабочих мест никуда не денется. Новые технологии позволят ставить механизм там, где прежде работал человек.

Однако на это стоит посмотреть и с другой стороны. Можно говорить о сокращении работы — а можно об увеличении свободного времени у работников.

Хорошо это или плохо? Больше досуга — в итоге появятся силы на какие–то интересные занятия, и, как следствие, увеличится спрос на услуги, которые их обеспечат. Кстати, наш восьмичасовой рабочий день — это вовсе не результат борьбы пролетариев за свои права. Просто промышленники заметили, что после 8 часов у конвейера количество ошибок рабочего начинает резко возрастать.

Технологии, уничтожающие одни рабочие места, обязательно создают другие — если только не мешать изобретателям и инженерам.

Но для внедрения таких технологий необходимо важное условие — сравнительно высокая оплата труда. А вот с этим у нас большие проблемы.

Дмитрий Прокофьев, экономист

Выделите фрагмент с текстом ошибки и нажмите Ctrl+Enter
Новости партнеров
Реклама