00:0703 июня 2017
Не столько третье место в чемпионате страны, сколько непопадание второй раз подряд в Лигу чемпионов привело к масштабному обновлению в "Зените". Хотя это обновление скорее похоже на попытку повторно войти в реку или залить молодое вино в старые мехи. Желание вернуться на 10 лет назад, когда мы были на 10 лет моложе, когда радость первых российских золотых медалей была остра, а выигрыш кубка УЕФА — неожидан.
С тех пор бронзовые медали — уже неудача, Лига Европы — второразрядный турнир. Задача, стоящая перед "Зенитом", объявлена — команда постоянно должна играть в Лиге чемпионов. Для этого были призваны люди, приведшие "Зенит" наверх 10 лет назад.
Новый генеральный директор Сергей Фурсенко в скором будущем станет президентом клуба. Стиль его управления вряд ли изменился: большой бюджет, именитый тренер, громкие трансферы. Прямой и открытый Фурсенко, в отличие от руководителей "Зенита" последних лет, любил встречаться с журналистами, не боялся реформ (именно он на посту президента РФС перевел наш чемпионат на схему осень–весна), был инициатором шумных пиар–акций (вроде "Аленького цветочка" для сборной).
Новости по теме:
Новая метла: каким будет состав нового "Зенита"
Назад в будущее. Почему Сергей Фурсенко снова стал президентом "Зенита"
Кубок непоймичего
Кто виноват, кроме Луческу
Для примера поэтических воззрений Сергея Александровича на футбол можно привести его цитату после недавнего назначения: "Знаете, Санкт–Петербург в этом смысле — особенный город. Когда в свое время мы строили "Зенит", я отталкивался в профессиональной философии от архитектуры города. И проводил аналогии. То есть я считал, что "Зенит" должен быть самым европейским клубом в России, так же как и Санкт–Петербург является самым европейским городом страны. Питер ведь строился разными архитекторами: Кваренги, Росси, Растрелли, Монферраном. Вот таким образом мы строили клуб. Помню, задавался вопросом: есть ли смысл брать Текке? И вот еду однажды по Каменноостровскому проспекту и вижу мечеть, которая является жемчужиной архитектуры города. В этот момент я понял: Текке надо брать".
Для того чтобы собрать нужных футболистов европейского уровня, нужен проверенный специалист. Новый спортивный директор Константин Сарсания как раз и строил (если использовать термин Сергея Александровича) первые победы "Зенита" вместе с президентом клуба и главным тренером. Возможно, если бы Дик Адвокат не подписал недавно контракт со сборной своей страны, голландец присоединился бы к двум своим друзьям в "Зените".
Конечно, в стиле Фурсенко и подписание звездного тренера (раз уж Адвокат занят) Роберто Манчини, и покупка новых звезд европейского уровня для клуба европейского уровня. Но уже сейчас мы можем предположить главное изменение в политике клуба: будет больше открытости. Новые руководители уже готовы комментировать ситуацию, что выгодно отличает их от предшественников.
В только что вышедшей книге Алексея Сафонова и Максима Михалко "Театр футбола: от фаната и агента до президента" Константин Сарсания вспоминал: "Когда я работал в "Зените" при Сергее Фурсенко и Дике Адвокате, мы всегда были для журналистов открыты. Да, между собой договорились, что работу друг друга не комментируем. Например, я не давал оценок тому, как Дик тренирует команду, правильно ли делает замены. Кроме того, конечно, возникали ситуации, когда рассказывать что–то журналистам было нельзя. В остальном же и президент клуба, и главный тренер, и я, спортивный директор, были для СМИ доступны. Считаю это естественным для солидного и столь популярного клуба. Я никогда не видел оснований закрываться, тем более когда случались резонансные события, они всегда требуют комментариев руководства. Наслышан, что сейчас в "Зените" все по–другому и взять интервью у игроков, тренеров, получить хотя бы короткий комментарий спортивного или генерального директора — большая проблема.
О причинах столь закрытой политики могу только предполагать. Не знаю, почему клуб не налаживает сотрудничество со СМИ так, чтобы интересы "Зенита" учитывались, но и журналисты получали достаточно информации. Хотя, возможно, руководители клуба считают, что никак по–другому работать со СМИ не могут или не должны".
На эту же тему пишет в книге и спортивный журналист Максим Михалко. Описывая взаимоотношения предыдущего генерального директора Максима Митрофанова с прессой, он приводит пример: "В "Зените" же могут впасть в гнев, когда видят критическую статью. А могут и наказать сотрудника клуба, если высказанная им позиция вдруг не совпадет с мнением Максима Львовича и, возможно, более высокого начальства. Например, одного из ветеранов "Зенита", достаточно пожилого человека, клуб на несколько месяцев лишил пропуска на "Петровский" за то, что он дал интервью, в котором кому–то не понравился… заголовок".
Не слишком доступны для интервью были и игроки команды. Максим Михалко пишет, что руководство в лице Максима Митрофанова пыталось блокировать контакты футболистов со СМИ. "Хотя, учитывая то обстоятельство, ставленником какой организации является Максим Львович, очевидно, что при формировании взаимоотношений с журналистами — он фигура несамостоятельная. Так, видимо, принято на разных этажах власти "Газпрома", — отмечает Михалко. Впрочем, у другого выходца из "Газпрома" — Сергея Фурсенко — таких проблем почему–то не было. Надеемся, что и не будет.
