Опьяняющие итоги

В России появился рейтинг трезвых и пьющих регионов. Сказать, что те, кто меньше пьет, лучше живут, не получается.

ВРоссии появился рейтинг самых пьющих и самых, соответственно, трезвых регионов, подготовленный движением "Трезвая Россия" и проектом "Национальный рейтинг", ранее известным лишь политическими рейтингами губернаторов и депутатов. Оказалось, что самые пьющие регионы — Еврейская автономная область, Ненецкий автономный округ и Магаданская область. Да и вообще во главе списка в основном дальневосточные и сибирские края и области. Хотя затесались между ними, например, Новгородская, Вологодская и Костромская области.
Среди самых трезвых, тоже естественно, Северный Кавказ, где алкоголь зачастую вообще запрещен, южные регионы, а также Петербург с Москвой. Короче, чем южнее, тем пьют меньше, хотя в трезвость столиц верится с трудом. Достаточно выйти в пятницу вечером на улицу, например, Рубинштейна, чтобы засомневаться. Впрочем, возможно, петербуржцы просто ездят напиваться за город. Ведь Ленинградская область в рейтинге на 42–м месте.

Отсутствие зависимости

Авторы исследования сообщают, что основывались на статистике продажи водки и пива, смертности от алкоголя, преступлений, совершенных в состоянии опьянения, и развитости местного антиалкогольного законодательства.
Довольно легко предположить зависимость благосостояния региона и уровня алкоголизации. Если взять рейтинг регионов по качеству жизни за 2014 год, составленный агентством "РИА–рейтинг", то семь из 10 самых благоприятных регионов можно увидеть и в группе самых трезвых регионов. Но это не всегда работает, потому что оставшиеся три региона (Нижегородская, Тюменская, Воронежская области) попали уже в группу риска. Волгоградская область, которая по качеству жизни на 37–м месте, в рейтинге трезвости — на девятом, а непьющая Калмыкия по уровню жизни на предпоследнем, 82–м месте.
Согласно прошлогоднему рейтингу инвестиционной привлекательности, составленному Агентством стратегических инициатив, первое место заняла Калужская область, которую вообще принято ставить в пример остальным. А в алкорейтинге Калужская область находится на 39–м месте после Орловской и Курской областей, которые никто в пример не ставит. А Костромская область в инвестиционном рейтинге вообще на пятом месте. То есть регионы, может быть, и привлекательны, но при этом пьют там иногда получше, чем в непривлекательных.
Кавказские республики запрет на алкоголь не спасает — во всех экономических рейтингах они неизменно занимают последние места. Дело в чем–то другом. И если составители рейтинга хотели сказать, что чем меньше пьют люди, тем лучше у них идут дела, то у них не получилось. Кстати, именно Северная Осетия, остающаяся одним из самых трезвых регионов, славится знаменитыми спиртзаводами. Есть в этом обстоятельстве какая–то недосказанность.

Не жалея средств

Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) считает, что в России потребляют 15,1 л чистого алкоголя на душу населения в год. Последние данные, прозвучавшие в докладе за прошлый год, относятся, правда, к 2010 году. Хотя если посмотреть на статистику стран, то нельзя сказать, что государства–трезвенники могут похвастаться какими–то особенными успехами. Ну вот в Сомали, например, не пьют, а результат еще хуже, чем в России. Напротив, в европейских странах потребление алкоголя пусть и поменьше, чем у нас, но тоже весьма приличное. У нас, кстати, по непьющим или по употребляющим подросткам вполне среднеевропейские показатели, даже получше, чем у многих.
Но о том, что в России много пьют, мы и так знаем, без всякой статистики. Вопрос, что с этим делать. Ведь власти и так делают все, что требуется по рекомендациям ВОЗ, — и стоимость водки повышают, и продажу все время ограничивают, и даже какое–то время пытались ввести нулевую толерантность к допустимому содержанию алкоголя в крови для водителей. То есть упрекнуть их вроде бы не в чем.
Чтобы сократить долю нелегального алкоголя, недавно даже придумали новую систему его учета, традиционно недоделанную, к которой большинство торговых точек подключиться не успевает, потому что ничего о ней не знает, а потому она может в скором времени вообще прекратить работу. Как нередко бывает, на помощь внезапно приходит разгильдяйство.